Закон греч

Закон греч

Содержание

Морфологические и синтаксические свойства

Произношение

  • МФА: ед. ч. [ zɐˈkon ]
  • Семантические свойства

    1. юр. юридический акт, принятый высшим представительным органом государственной власти либо непосредственным волеизъявлением населения (в порядке референдума) и регулирующий, как правило, наиболее важные общественные отношения[≈ 1][≠ 1][▲ 1][▼ 1] ◆ закон о собственности; закон о престолонаследии
    2. обобщ. совокупность юридических норм, право[≈ 2][≠ 2][▲ 2][▼ 2] ◆ блюстители закона ; в стране правит закон
    3. устойчивая объективнаясвязь между явлениями природы, поддающаяся описанию в виде математической формулы или формализованного постулата[≈ 3][≠ 3][▲ 3][▼ 3] ◆ Закон природы.

    Гиперонимы

    Родственные слова

  • существительные: законник, закономерность, законодатель, законотворчество, законопроект, беззаконие
  • прилагательные: законный, подзаконный, незаконный, законодательный, законотворческий
  • глаголы: узаконить
  • наречия: законно, законодательно, незаконно, беззаконно
  • Этимология

    Происходит от праслав. *zakonъ, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск., ст.-слав. законъ (др.-греч. νόμος, θέσπισμα), русск. закон, укр. закíн (-о́ну) «исповедь, причастие», болг. зако́н, сербохорв. за́кон «обычай, закон, вера», словенск. zákon (род. п. -óna), чешск., словацк. zákon «закон», польск. zаkоn «закон, завет, монашеский орден». Ср.-греч. ζάκανον заимств. из болг. Связано с кон, искони́, нача́ть, начну́. Первонач. знач. «начало»; родственно латышск. cinâtiês «подниматься», лат. rесēns «свежий, бодрый, недавний», ирл. cinim «я возникаю». Использованы данные словаря М. Фасмера. См. Список литературы.

    Фразеологизмы и устойчивые сочетания

  • асимптотический закон
  • воровской закон; вор в законе
  • закон инерции
  • закон природы, законы государства, свод законов
  • закон суров, но это закон
  • законы Ньютона:
    • первый закон Ньютона
    • второй закон Ньютона
    • третий закон Ньютона
  • нарушать закон
  • основной закон
  • преступать закон
  • соблюдать закон
  • Пословицы и поговорки

    Метаграммы

    • Английскийen: law, legislation
    • Бурятскийbua: хуули
    • Испанскийes: ley
    • Итальянскийit: legge
    • Латинскийla: lexж.
    • Немецкийde: Gesetzср. -es, -e
    • Палиpi: nīti
    • Португальскийpt: leiж.
    • Румынскийro: lege
    • Украинскийuk: законм.
    • Финскийfi: laki
    • Французскийfr: loiм.
    • Шведскийsv: lag, föreskrift
    • Эсперанто и eo: leĝo
    • Это незаконченная статья. Вы можете помочь проекту, исправив и дополнив её .
      В частности, следует уточнить сведения о:

      ru.m.wiktionary.org

      1 закон

      основной закон θεμελιώδης (βασικός) νόμος•

      избирательный закон εκλογικός νόμος•

      чрезвычайный закон έκτακτος νόμος, έκτακτο μέτρο•

      соблюдать -ы τηρώ τους νόμους•

      свод -ов συλλογή νόμων, κώδικας•

      уголовные -ы ποινικοί νόμοι•

      обнародовать -ы δημοσιεύω νόμους•

      нарушать -ы παραβιάζω τους νόμους, παρανομώ.

      закон архимеда η αρχή του Αρχιμήδη•

      всемирный. закон тяготения ο νόμος της παγκόσμιας έλξης•

      закон тяготения ο νόμος της βαρύτητας•

      -ы развития природы и общества οι νόμοι εξέλιξης της φύσης και της κοινωνίας•

      -ы классовой борьбы οι νόμοι της ταξικής πάλης.

      -ы правописания οι ορθογραφικοί κανόνες•

      -ы шахматной игры κανόνες σκακιού•

      -ы приличия κανόνες καλής συμπεριφοράς.

      2 закон

      3 закон

      вне зако́на — εκτός νόμου

      4 закон

      5 закон

      6 закон

      См. также в других словарях:

      ЗАКОН — необходимое, существенное, устойчивое, повторяющееся отношение между явлениями. 3. выражает связь между предметами, составными элементами данного предмета, между свойствами вещей, а также между свойствами внутри вещи. Существуют 3.… … Философская энциклопедия

      ЗАКОН — муж. (чем дело закончено) предел, постановленный свободе воли или действий; неминучее начало, основание; правило, постановление высшей власти. Закон Божий, откровение, составляющее сущность веры; закон христианский, христианская вера. Закон… … Толковый словарь Даля

      Закон — У этого термина существуют и другие значения, см. Закон (значения). В политике и юриспруденции набор правил или норм поведения, который определяет, предписывает или разрешает определённые отношения между людьми, организациями и государством,… … Википедия

      ЗАКОН — ЗАКОН, закона, муж. 1. Постоянное и необходимое отношение, связь между явлениями, существующая в объективном мире независимо от человеческого сознания (филос.). «Понятие закона есть одна из ступеней познания человеком единства и связи,… … Толковый словарь Ушакова

      Закон ТВ — телевизионный канал «Закон ТВ» Страна … Википедия

      Закон — нормативно правовой акт высшего представительного органа государственной власти или самого народа, регулирующий наиболее значимые отношения, воплощающий права и свободы человека, его приоритеты и ценности и обладающий наивысшей юридической силой… … Элементарные начала общей теории права

      Закон — 1) необходимое, существенное, устойчивое, повторяющееся отношение между явлениями в природе и обществе. Понятие закон родственно понятию сущности. Существуют три основные группы законов: специфические, или частные (напр., закон сложения скоростей … Политология. Словарь.

      закон — Правило, постановление, положение, основание, начало, принцип; вера. Ср. . См. вера, правило.. вменить себе в закон, держать закон, отступать от закона, по закону, предусмотренный законом, принять закон. . Словарь русских синонимов и сходных по … Словарь синонимов

      закон — ЗАКОН (nomos греч.) понятие и термин, исторически возникшие применительно к регуляции общественных отношений и в дальнейшем перенесенные на понимание природы. Генезис понятия 3. в древнегреческой философии был связан с такими… … Энциклопедия эпистемологии и философии науки

      ЗАКОН — необходимое, существенное, устойчивое, повторяющееся отношение между явлениями в природе и обществе. Понятие закон родственно понятию сущности. Существуют три основные группы законов: специфические, или частные (напр., закон сложения скоростей в… … Большой Энциклопедический словарь

      ЗАКОН — ЗАКОН, а, муж. 1. Не зависящая ни от чьей воли, объективно наличествующая непреложность, заданность, сложившаяся в процессе существования данного явления, его связей и отношений с окружающим миром. Законы природы. Законы движения планет. З.… … Толковый словарь Ожегова

      translate.academic.ru

      В этом смысле законы суть ограничения, перечни запретов. Иногда русское слово «закон» этимологически трактуют не в смысле положить чему-либо конец или закончить, а, наоборот, в противоположном смысле — выход за кон, за конец, в бесконечное, что точнее отвечает дефиниции закона природы как формы бесконечности. В ведической философии общий регулятор движения вещей обозначается термином «рита» (от санскр. rta — двигаться; nta — закон движения; отсюда — «ритуал», т. е. «ход вещей», напр., в форме ритма Солнца, суток, жизни).
      По своим атрибутам закон природы следовало бы определить как «призрак» и «чудо». Ведь сам по себе он неметричен (он везде и нигде), чувственно не воспринимаем (у него нет геометрической формы, цвета, вкуса, запаха, его невозможно потрогать или услышать). Закон — некая виртуальная основа явлений, их имманентная сторона. Метрически протяженное проявление того или иного закона зависит от условий, в которых он действует. Сторонники отождествления понятий отношения и внутренней связи определяют закон через родовое понятие связи, а именно как существенную связь явлений. Однако закон — это не внутреннее единство разных, а внутреннее единое. Закон есть объективная виртуальная монада, т. е. сверхчувственный монолит, который невозможно даже мысленно расчленить на некие связанные части.
      Источник познания закона — интуитивное мышление. Чувственный опыт и логическое мышление суть лишь вторичные и приближенные переводы неизобразительных интуитивных монад на язык фактов, понятий и наглядных графических схем. Как свидетельствует история науки, сам по себе рутинный перебор множества фактов и их тонкий логический анализ редко завершаются открытием закона. Открытие закона — удел не столько армии трудяг-экспериментаторов и изощренных аналитиков, сколько редких ученых с гениальной интуицией, способных приоткрывать свои интуитивные догадки о законах при помощи скромных эмпирических и теоретических средств. Но, повторим, объективный закон лишь частично репрезентируется системой понятий; стихия существенного отношения во многом недоступна продуктивному воображению и аналитическому мышлению. Более или менее ясно сформулированный закон позволяет уловить смысл природных или социальных явлений и очень высоко ценится в науке.
      Понятие объективного закона надо отличать от понятия субъективно установленной нормы человеческого поведения (скажем, от юридического или морального закона). В каждом социуме есть свои установления- законы, выражающие волю субъектов социального управления и обязательные для всех членов данного общества. Объективный закон действует в бесконечной сфере явлений неизменно и с непреложной необходимостью. Напротив, люди подчас нарушают предписанные им правила жизни, а то и вовсе заставляют законодателей менять свод законов; в этой стране одни законы, а в другой — иные. Вместе с тем у объективного закона и закона как установленной нормы поведения есть общее свойство определять и регулировать ход событий.

      Существует мнение, что вначале термин «закон» понимался в религиозном смысле — как кодекс священных заповедей-запретов, продиктованных Богом через пророков человечеству (Тора, Закон Божий, Ветхий Завет, Новый Завет). Затем понятие вечного и неизменного закона-завета стали связывать с предписаниями земных наместников Бога — фараонов и царей. Постепенно значение этого понятия расширялось, им стали обозначать важнейшие правила жизнедеятельности, вводимые любым политическим режимом. Наконец, под влиянием монотеизма наука и философия Нового времени распространили понятие закона на сферу природных и социальных явлений, придав ему статус объективности.
      Монотеистический взгляд таков: Бог из ничего сотворил мир и подчинил явления природы и общества незримым объективным законам. Эти законы регулируют природные процессы по аналогии с заветом, заключенным между Богом и людьми. Бог чудесным образом порой вмешивается в мир и общество, меняет характер действия в нем естественных законов. Смысл Книги Природы вычитывается через познание физических законов. В споре с монотеистами деисты настаивали на том, что Бог не вмешивается в мир и общественную жизнь, чудес не бывает, объективные законы природы и общества вечны и неизменны. Атеизм отказался от идеи сотворения Богом мировых законов, но в остальном наследовал представления деистов о вечности, неизменности, необходимом и сверхчувственном характере объективного закона.
      Но есть и иное мнение, согласно которому идея объективного закона была сформулирована еще древними китайскими и греческими мыслителями. Лао Цзы учил о Дао — всеобщем законе, упорядочивающем хаос и указывающем людям правильный путь в жизни. В философии Гераклита развита мысль о Логосе-законе, определяющем судьбы вещей и людей. Мировой разум (Нус) согласно Анаксагору регулирует образование вещей из бесчисленных семян (гомео- мерий). Представление о Логосе, детерминирующем космос, развивалось последующими мыслителями Древней Греции и европейского Средневековья. Так, Фома Ак- винский рассматривал «naturales leges» как заложенную Богом в вещь тенденцию двигаться к определенной цели.

      Декарт первым из философов Нового времени применил понятие закона природы как причины того или иного движения. Ньютон отличил методологические правила ученых от объективных законов. Ставшее нормативным для естествознания требование выражать закон математической функцией способствовало быстрому накоплению «количественных законов» (эмпирических и теоретических), раскрытию качественной специфики изучаемых предметных областей и успешному практическому приложению познанных законов. В то же время скептицизм, агностицизм и субъективный идеализм фальсифицируют тезис о существовании объективных законов. Объективный идеализм приписывает закону природы идеальное существование, независимое от человеческого сознания.
      По Гегелю, в абсолютной идее заложены законы ее саморазвития: изменчивый мир явлений возвышается до царства законов и сохраняется в нем. Явления эманируют из закона как своей основы. Закон не потусторонен явлению, а есть спокойное идеальное иное явления; он непосредственно наличествует в нем, отсвечивает и проявляется в вещах. Явление же есть изнанка и разложение закона. Гегель заключает, что закон — это существенное отношение, тождество разного содержания с другим содержанием, так что положенность одного есть положенность другого.

      Закономерности функционирования и развития общества исследовались Аристотелем, Боденом, Вико, Монтескье, Кондор- се, Гердером, Гельвецием, Руссо, Тьерри, Минье, Гизо, Гегелем, Сен-Симоном, Кон- том, неокантианцами и многими другими мыслителями. Марксизм представил историческое развитие общества как результат
      действия объективных экономических законов, имеющих характер тенденций. Эти законы менее долговечны, чем законы природы. Они реализуются через деятельность людей, ставящих перед собой осознанные цели, но считаются независимыми от общественного и индивидуального сознания (экономический детерминизм).
      Объективные законы классифицируют по разным основаниям. Можно подразделять их по формам движения материи: физические, химические, биологические и социальные. По степеням общности выделяют специфические, общие и всеобщие законы и закономерности. Общие законы скорее действуют не автономно, а проявляются через сотни специфических существенных отношений. Наука постоянно стремится отыскать единый и универсальный закон природы, из которого бы логически вытекала вся иерархия общих и частных законов. Но мало верится, что такая цель вообще достижима наукой. Современная материалистическая наука уже не считает «законы природы» уставом небес, поэтому применяемое ею понятие мирового закона вводит в заблуждение.
      Динамическими законами (напр., законами классической механики) однозначно объясняют функционирование индивидуальных объектов. Под статистическими законами имеют в виду законы-тенденции, управляющие большими совокупностями предметов (классов вещей или коллективов людей); такие законы позволяют с той или иной долей вероятности описывать поведение отдельных объектов. Говорят также о причинных и непричинных (функциональных, структурных, коррелятивных) законах. В отечественной философии в 70-х гг. XX в. состоялась дискуссия по вопросу об изменчивости законов природы и общества. Одни авторы допускали, что объективные законы (в особенности закономерности социального бытия) эволюционируют под влиянием изменяющихся условий его действия. Другие отстаивали тезис о неизменности законов. Из опасений «идеологически вредных» умозаключений об изменчивости всеобщих законов диалектики и законов социализма дискуссия была свернута.
      Тем не менее проблема изменчивости законов природы и общества остается актуальной в рамках диалектической философии. Ведь коль скоро закон есть существенное отношение, а сущность противоречива, то и в объективном законе надо мыслить движущие его внутренние противоречия. Эти противоречия в конечном счете (пусть за очень большой промежуток времени в сравнении с историей человечества) могут изменять содержание и способ действия закона. Если законы все же диалектически противоречивы, тогда логической формой их выражения должна стать конъюнкция рефлексивных противоположностей или антиномия. Естествознание до сих пор избегает антиномических способов описания законов природы. Например, ученому проще утверждать, что есть отдельно описываемый закон всемирного тяготения и есть независимо от него объясняемые различные силы отталкивания. Но не точнее ли, вслед за Гегелем, говорить о едином законе притяжения-отталкивания? Так, спутник вращается вокруг Земли именно благодаря симметричному противоречию в нем притяжения и отталкивания — из-за равнодействия одновременно приложенных к спутнику центростремительной и центробежной сил. Основываясь на тезисе о том, что социальная реальность обладает «вулканическим» элементом, французский социолог Дж. Гурвич предложил «гипердиалектическую» гипотезу об изменчивости объективных законов развития общества. Ряд специалистов по синергетике вслед за И. Пригожиным считают, что все физические константы со временем эволюционируют, законы природы недолговечны, необратимо изменяются под влиянием флуктуаций и даже могут прекращать свое действие. В таком случае объективному закону не следует приписывать атрибуты вечности и абсолютного постоянства.
      Д. В. Пивоваров

      scicenter.online

      Греческое владычество. Перевод книг священного писания на греческий язык

      Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут Ему: Емануил.
      Исаия 7,14

      Вернувшись из вавилонского плена в середине шестого века до Рождества Христова, иудеи почти два столетия оставались под властью персидских царей.

      Но вот, по предсказанию пророка Божия Даниила, настал конец и Персидской монархии. Она должна была уступить место новому царству — Греческому. Его основателем был знаменитый Александр Македонский. Быстрыми и блестящими победами он стал завоёвывать древний мир.

      Однако век Александра Македонского, полный удивительных побед, длился очень недолго. Основанная им империя продержалась только до его смерти. В 323 году до Рождества Христова она распалась на четыре царства, два из которых — Египет и Сирия — сыграли важную роль в истории богоизбранного народа.

      Это было относительно спокойное и мирное время. Египетские правители давали иудеям большую свободу. Они позволяли им беспрепятственно исповедовать свою веру, селиться везде, где они пожелают, и вести торговлю со всем Средиземноморьем. Мало-помалу иудеи расселились по всем торговым городам на берегу Средиземного моря. Где бы они ни находились, они не изменяли своей вере и поклонялись истинному Богу. Иудеи строили молитвенные дома — синагоги, где собирались для общей молитвы и чтения Священного Писания. В синагоги допускались и язычники.

      Этот великий труд был осуществлён во времена правления египетского царя Птолемея Второго Филадельфа. По его просьбе из Иерусалима прислали подлинник Священного Писания и семьдесят учёных иудеев, которым предстояло стать переводчиками. Перевод был успешно сделан и в дальнейшем получил название «Септуагинта», что в переводе с латинского языка означает «семьдесят».

      Чтение Септуагинты просветило многих идолопоклонников и помогло им уверовать в истинного Бога.

      Из Септуагинты язычники узнали удивительное пророчество о том, что непорочная Дева родит Сына, и Его рождение будет означать, что отныне Бог будет пребывать с людьми.

      zakonbozhiy.ru

      (от греч. logos) – первоначально – слово, речь, язык; позже, в переносном смысле – мысль, понятие, разум, смысл, мировой закон; у Гераклита и стоиков – мировой разум, идентичный с безличной, возвышающейся даже над богами закономерностью Вселенной, с судьбой (греч. heimarmene). Иногда, уже у стоиков, логос понимается как личность, как Бог. У Филона, неоплатоников и гностиков греч. идея логоса сливается с представлением о Боге в Ветхом завете; отныне логос является как вечно свойственная Богу сила разума, слово и вечная мысль Бога, которая в качестве логоса создала мир и которая пронизывает его и связывает; он является как перворожденный сын Бога, как др. Бог, посредник между Богом и человеком (мистика логоса). В христианстве (уже у Иоанна, но по-настоящему отчетливо только у отцов церкви) логос становится обретшим плоть словом Бога, “сыном” Бога, который пришел на землю как исторический Христос. Свое окончательное место в христианстве этот логос занял только в результате установления его в качестве второго лица в догмате о триединстве (троица).

      (Греч.) Проявленное божество у каждой нации и народа; внешнее выражение или следствие вечно сокрытой причины. Так, речь есть Логос мысли, поэтому и переводится соответствующим образом как “Глагол” и “Слово”, в ее метафизическом смысле.

      (греч. logos — слово, мысль, разум, закон) — термин, первоначально обозначавший всеобщий закон, основу мира, его порядок и гармонию. Одно из осн. понятий греч. философии. Как о законе и порядке о Л. говорит Гераклит: все совершается по Л., к-рый вечен, всеобщ и необходим. Идеалисты (Гегель, Виндельбанд и др.) неоправданно отождествляют Л. Гераклита со всеобщим разумом. Платон и Аристотель понимают Л. и как закон бытия, и как логический принцип. У стоиков термином “Л.” обозначен закон физического и духовного миров, поскольку они сливаются в пантеистическом единстве (Пантеизм). Представитель иудейско-александрийской школы Филон (1 в.) развил учение о Л. как о совокупности платоновских идей, а также как о созидающей божественной силе (разуме) — посреднице между богом и сотворенным миром и человеком (он также называл Л. “человеком бога”, “архангелом” и т. д.). Сходное толкование Л. мы находим в неоплатонизме и у гностиков, а позднее — в христианской литературе, в к-рой Л. отождествлялся с Христом, и у схоластов (напр., у Эриугены). В новое время Гегель называл Л. в своей философии абсолютное понятие. Идею божественного Л. пытались возродить представители религиозно-идеалистической философии в России (Трубецкой, В. Эрн и др.). В вост. философии понятиями, аналогичными Л., являются дао и, в известном смысле, дхарма.

      (греч. logos) – философский термин, фиксирующий единство понятия, слова и смысла, причем слово понимается в данном случае не столько в фонетическом, сколько в семантическом плане, а понятие – как выраженное вер-бально. В значении данного термина имеется также не столь явно выраженный, но важный оттенок рефлексивности: “отдавать себе отчет”. Исходная семантика понятия “Л.” была существенно модифицирована и обогащена в ходе развития историко-философской традиции. В данном процессе может быть выделено два этапа: собственно философский и философско-религиозный. Впервые в философский оборот понятие Л. было введено Гераклитом. Согласно его натурфилософскому учению, единство феноменологически разнородного космоса обеспечивается тем, что за видимой пестротой явлений стоит эмпирически не фиксируемая универсальная закономерность разворачивания форм бытия. Последовательность, ритм, внутренний смысл их возникновений и смены, направление и цель общего космического движения определяются именно Л. Космические катаклизмы (а гераклитовский космос динамичен и даже катастрофичен) есть лишь необходимые звенья общей гармонии: Л. всегда остается равным самому себе. Для античной натурфилософии характерна космологическая модель, в рамках которой последовательно сменяют друг друга два процесса: оформления и деструкции. Космос возникает из хаоса, чтобы, прожив свой век (понимаемый древнегреческими мыслителями как единство времени и судьбы), вновь подвергнуться дезорганизации и возврату в хаос: апейронизация у Анаксимандра, утрата предела у пифагорейцев и т.п. Доминирование этой модели порождает в древнегреческой натурфилософии принцип исономии (“не более так, чем иначе”): миры меняют друг друга, и наличный мир – лишь один из возможных. Плюралистический идеал вариабельности мироустройства, тем не менее, не приходит в противоречие с идеей единства: таковое обеспечивается Л. как универсальной закономерностью космических пульсаций. Однопорядковость понятий “космос”, “мир”, “судьба”, “век” в античной натурфилософии (наличный мир как ставший космос – свершившийся век, одна из судеб мироздания) позволяет всем им противопоставить понятие Л. в различных его аспектах, что выявляет и актуализирует многие пласты его содержания. Разнообразие последних обнаруживается в работах античных толкователей Гераклита (от Климента Александрийского до Марка Аврелия): Л. как вечность, охватывающая сменяющие друг друга века; как рок, определяющий судьбы миров; необходимость, скрывающаяся за случайными событиями; общее, объединяющее многообразие, и – наконец – закон, сквозящий сквозь кажущуюся произвольность, некий “смысл” космического процесса, который как бы “отдает себе отчет” в том, что в нем происходит. Эта нащупанная Гераклитом универсальная космическая закономерность впоследствии по-разному именовалась в натурфилософских учениях – в зависимости от того, на каких аспектах этой закономерности фокусировалось внимание тех или иных мыслителей: Филия/Нейкос (Любовь/ Раздор) у Эмпедокла, Нус (разум) у Анаксагора и т.п. Эволюция понятия “Л.” в постсократической философии может быть прослежена по двум векторам. С одной стороны, с завершением натурфилософского этапа развития античной философии – соответственно – утрачивается онтологическое содержание термина “Л.”, – акценты смещаются в логико-гносеологическую сферу. Платон трактует Л. как “понятие”, “суждение”, “обоснование”, “теорию” и “критерий”. Аристотель добавляет такие значения, как “слово”, “определение”, “доказательство” и “силлогизм”. Отголоски прежней онтоло-гичности можно усмотреть лишь в единичных использованиях Платоном этого термина в значении “первичная причина” и “закон движения звезд”. Вместе с тем, позднее исходная натурфилософская трактовка Л. вновь входит в фокус внимания и получает дальнейшее развитие. Так, стоиками была доведена до своего логического предела традиция истолкования Л. в качестве универсальной и необходимой основы как каждого конкретного мира-космоса, так и самого процесса последовательной их смены. Космический универсум понимается в стоицизме как воплощение Л., а в семантике последнего акцентируются творческое (“творческий огонь”) и инициирующее (“сперматический Л.”) начала, что придает содержанию понятия Л. креационную окрашенность. Однако в стоическом определении Л. как “оплодотворяющего принципа” еще отчетливо прослеживаются следы влияния как ранней (натуралистической), так и поздней (логико-гносеологической) традиций его интерпретации. В рамках неоплатонизма происходит окончательная денатурализация семантики Л. Впитав в себя аристотелевские идеи о перводвигателе мироздания, неоплатонизм вырабатывает концепцию об эманациях от всесовершенного “верховного светоча” к низшим и менее совершенным ступеням универсума. В этом контексте оформляется понимание Л. как умопостигаемоего содержания эманации, пронизывающего собой и регулирующего все мироздание. Чувственный мир есть воплощение эманирующего Л. (“творческого принципа”): внутренний Л. превращается в “произнесенный”. Креационная семантика Л., предложенная стоиками, наполняется в неоплатонизме новым смыслом: творческий потенциал переадресуется слову. Таким образом, поздние концепции античной философии подготовили благоприятную культурную почву для оформления христианского догмата о воплощении Бога-слова. Творение мира есть воплощение слова Божьего: “И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. [. ] И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. [. ] И сказал Бог: да будет твердь посреди воды… [И стало так.] [. ] И назвал Бог твердь небом…” Быт 1, 1-7. Соответственно, пришествие и земная жизнь Христа интерпретируются как воплощение (“вочеловечивание”) Божественного откровения (“слова жизни”). Ноуменально отождествляясь с Богом-Отцом, (“В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог”- Ин, 1, 1), Л. феноменально воплощается в Боге-Сыне (“И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины” – Ин, 1, 14), выступая, таким образом, связующей субстанцией ликов Троицы. Понятие Л. органично входит в христианский Символ веры, порождая многочисленные свои толкования в теологической традиции от патристики до аджорнаменто. В силу богатства своего содержания понятие Л. прочно вошло в категориальный аппарат философии различных направлений и использовалось в разнообразных контекстах (Фихте, Гегель, Флоренский, Эрн и др.).

      первоначально – слово, речь, язык; позже, в переносном смысле – мысль, учение, понятие, разум, смысл, мировой закон; у Гераклита и стоиков – мировой разум, идентичный с безличной, возвышающейся даже над богами закономерностью Вселенной, с судьбой. Иногда, уже у стоиков, логос понимается как личность, как Бог. У Филона, неоплатоников и гностиков греческая идея логоса сливается с представлением о Боге. В русской философии логос – понятие, с помощью которого она передавала субстанциальную пронизанность мира Божественным Словом; закономерность развития всей действительности.

      — философский журн., выходивший в 1910-1913 гг. при изд-ве “Мусагет” (Москва) и в 1914 г. при изд-ве Товарищества М. О. Вольфа (Петербург). С самого начала его редакторами были Гессен, Степун, Метнер, в 1911 г. к работе редакции был привлечен Яковенко, в, 1913 г. – В. Э. Сеземан. “Л.” был рус. вариантом “Международного издания по вопросам культуры”, выходившем также в нем. (с 1910), итал. (с 1914) вариантах. Инициатива его выпуска принадлежала кружку рус. (Гессен, Степун, Н. Бубнов) и нем. (Р. Кронер, Г. Мелис) студентов, учившихся в Гейдельберге. Деятельное участие в организации журнала приняли Г. Риккерт в нем. издатель П. Зибек. Истоки этого начинания коренились в остро переживаемом кризисе европейской культуры и надежде на приход “нового первосвященника” вечных ценностей, способного осуществить синтез распадавшегося человеческого бытия. Задачи рус. издания, первый экз. к-рого вышел в июне 1910 г., были определены статьей “От редакции”, написанной Гессеном и Степуном. Философия рассматривалась как рациональное знание – «цветок научного духа» и «самостоятельный фактор культуры”, определяемый в своем развитии лишь ей присущими законами, принципиально свободный от внефилософских влияний. Настаивая на автономности философии, они вместе с тем не изолировали ее от “общего культурного фона”, а призывали опираться на содержательные мотивы науки, общественности, искусства и религии, выросших на национальной почве, чем может быть достигнута главная задача – преодоление культурного распада и искомый синтез, “полнота школьных, культурных и национальных мотивов”. Философия будет тогда, считали они, и вполне национальной, и приобретет также сверхнациональное значение, подобно тому, как в истории философские системы мирового значения оставались вместе с тем глубоко национальными. Поэтому “Л.” не ставил задачей развитие именно национальной философии и его позиция по отношению к прошлому и настоящему состоянию рус. философии была остро критической. Авторы вступительной статьи полагали, что ее религиозное направление (славянофилы, В. С. Соловьев) и позитивистское (Михайловский) обнаруживают “отсутствие сознания бескорыстности научного духа” и сильную зависимость от внефилософских мотивов жизни и культуры (политики, религии и т. д.). Уверенные в богатых философских возможностях рус. культуры, они утверждали, что после “творческой выучки” у европейских учителей отечественную философию ожидает большое будущее. Приобщение рус. читателя к европейской философии и, с другой стороны, расширение культурного кругозора Запада за счет знакомства с рус. культурой будет плодотворным для философии, как таковой. Такая постановка задачи определила содержание материалов рус. издания “Л.”. В 8 его выпусках (из них 3 – сдвоенные) было помещено 62 статьи, из к-рых 28 принадлежали зарубежным, преимущественно нем., авторам. Были опубликованы по пять статей Г. Риккерта и Г. Зиммеля, по одной – Э. Гуссерля, В. Виндельбанда, Б. Кроче, Н. Гартмана, П. Наторпа и др. Рус. авторами были Яковенко (8 статей), Степун, Г. Э. Ланц, Н. О. Лососий (по 3 статьи), Гессен (2 статьи). По одной статье дали В. Э. Сеземан, П. Б. Струве, Франк, И. А. Ильин и др. В журнале был хорошо поставлен критико-библиографический отдел (ок. 120 рецензий как на классические философские работы, так и на совр. рус. и европейскую философскую литературу). Исходной позицией для положительных построений ведущих авторов “Л.” был критицизм, воспринятый в форме неокантианства и обогащаемый феноменологическим методом Гуссерля. Важно отметить, что для “Л.” неокантианство было способом не отрицания национальных религиозных ценностей, а строгого определения последних в системе культуры и орудием формирования и очищения философского сознания. Авторы журнала не чуждались мировоззренческой и метафизической проблематики, желая только ее научного разрешения, не выходя за рамки познавательного опыта. Поэтому их главными темами стали выяснение границ между различными сферами культурной деятельности и борьба с психологизмом в гносеологии (Яковенко), выявление сферы иррационального и возможности включения его в рациональные построения (Степун, Гессен), определение природы непредметного познания, в к-ром нет разрыва между субъектом и объектом, т. е. определение места и роли интуиции в процессе познания метафизической реальности. Утверждая автономию философии, авторы “Л.” по-разному понимали ее содержание. Яковенко и Степун предложили собственные концепции; первый – систему плюрализма, опирающуюся на метод критико-трансцендентального интуитивизма, а второй – один из вариантов философии жизни, главной темой к-рого стала природа творческого акта. Гессен и В. Э. Сеземан на время существования журнала были, скорее, популяризаторами кантианства и авторами конкретных разработок его отдельных проблем. Появление “Л.” вызвало резкую реакцию со стороны одного из ведущих представителей рус. религиозной философии, Эрна (Нечто о Логосе, русской философии и научности // Московский еженедельник. 1910. №29-32). Европейскому рационализму “Л. “, оцененному Эрном крайне негативно как теории “среднего арифметического между разумами всех людей”, он противопоставил философию как учение о живом разуме Бога и обвинил инициаторов журнала в незаконном использовании названия христианско-платоновского Логоса. Его выступление вызвало реакцию со стороны Франка, обвинившего Эрна в “философском национализме”. Франк настаивал на рациональной природе философского знания вообще, что исключает противопоставление европейской и рус. философии. Он отметил также, что приписываемый Эрном только рус. мысли онтологизм наличествует и в западноевропейской философии в рамках рационализма. Материалы “Л. ” сами явились примером взаимопроникновения спиритуализма, гегельянства, критицизма и интуитивизма. В 1925 г. издание журнала было возобновлено в Праге под ред. Гессена, Степуна и Яковенко, но в свет вышел только один номер. В редакционной статье признавалось, что старому изданию были присущи “черты школьничества и ученичества”, что “гегемония теоретического знания суживала плоскость философского спора проблемой познания одной только непосредственно данной действительности”, между тем как формы знания являются “только отрезком, только изначальной частью той идеальной области… которая объемлет и нравственные и эстетические ценности, сущности правовые и хозяйственные, религиозный опыт, – словом, всю ту “ризу Божества”, которая составляет также и подлинное сверхиндивидуальное, и образующие индивидуальность содержания души человека”. Теперь философия воспринималась как “своеобразный духовный опыт” проникновения в сущность бытия, находящегося за границами познания. Говоря о значении “Л.”, следует отметить его просветительскую образовательную деятельность по ознакомлению рус. об-ва с новейшими результатами западноевропейской мысли и созданию благожелательной и заинтересованной атмосферы их освоения и использования в собственных философских построениях. При этих обстоятельствах стало возможным применение феноменологического метода у Вышеславцева, И. А. Ильина, Степуна и даже формирование феноменологического направления рус. мысли (Шпет, Яковенко). Вместе с тем “Л.” участвовал в общем движении рус. мысли к синтезу различных философских направлений с целью достижения “философского конкретизма, выраженного в стремлении философски понять и изобразить живой опыт” и “философской метафизичности, выраженной в усилиях приблизиться к абсолютному Сущему” (Яковенко Б. В. Тридцать лет русской философии, 1900-1929 // Философские науки, 1991. № 10. С. 90).

      — первоначально – слово, речь, язык; позже, в переносном смысле – мысль, понятие, разум, смысл, мировой закон. У Гераклита и стоиков – мировой разум, идентичный с безличной, возвышающейся даже над богами закономерностью Вселенной.

      1) В древнегреческой философии слово, речь, ее смысловая структура, а также закон упорядоченности бытия, придающий космосу осмысленность и целостность. Это также принцип разумности мироздания (см.: МИРОВОЙ ЗАКОН; МИРОВОЙ РАЗУМ).

      2) Филон Александрийский (I в.), следуя ветхозаветной вере, высоко оценил древнегреческое понимание Логоса как высшего прообраза мира и впервые сблизил его с библейским Словом Божиим – высшей Премудростью, действующей в единстве с повелением Творца “да будет”. Логос стал надкосмическим; Филон признал его “вторым Богом” – посредником между тварью и Творцом. Этот Логос предстает у Филона неоднозначно то как Сын, то как высшая из сил Божиих.

      3) В христианстве понимание Логоса задается словами “В начале был Логос, и Логос был с Богом, и Логос был Бог” (Ин. 1.1). Логос воплотился и пришел к людям в лице Иисуса Христа, пребывал в вечности до воплощения на земле, через Него было сотворено все сущее и Он возглавил всю тварь, совершив на земле победу над грехом и смертью.

      4) Св. Юстин Философ и Климент Александрийский писали о Логосе как об учителе человечества, источнике истины в дохристианской мудрости и христианской философии: до явления Христа “семена Логоса” рассеивались всюду, по всем культурам разных народов, и принесли плоды в разных учениях, каждое из которых содержит ту или иную крупицу истины. Задача христианского философа, опираясь на полноту откровения Логоса, собрать фрагменты истины и построить здание христианской мудрости. Позднее Отцы Церкви дали догматическую разработку учения о Логосе как второй ипостаси Св. Троицы.

      (от греч. logos — слово, понятие, разум) – категория, широко употреблявшаяся в античной и ср.-век. философии и имевшая различное содержание в конкр. филос. « религ. учениях. Так, напр., Гераклит Эфесский понимал под Л. всеобщую (мировую) закономерность, разумную основу мира. По мнению Аристотеля, существуют внутренний (невысказанные мысли) и внешний Л. (слово как высказанная мысль) .Философы-стоики считали, что Л. – это то, что присутствует во всех вещах и способствует их развитию. Термин «логос» широко употреблялся и философами-гностиками, в т. ч. и гностич. сектами христиан, к-рые утверждали, что Л. – это бог-сын (Христос), посредник между богом-отцом и сотворенным им «миром видимым и невидимым», «голос божий и мудрость». Отголосок этих верований особенно силен в Евангелии от Иоанна, к-рое изображает Иисуса как воплощение Л., явившееся для того, чтобы открыть людям план мира и просветить их. В этом же смысле концепцию Л. использовали «отцы церкви» — представители патристики. Ср.-век. схоласты пытались объединить концепции Л. «отцов церкви» и Аристотеля.

      — речь, приводящая к очевидности то, о чем речь в речи. Это сообщающая речь, делающая свой предмет очевидным и доступным другому .Логос способен обладать структурной формой синтеза. Логос может быть истинным и ложным. Истинность логоса означает его способность изъять сущее из его потаенности и дать его увидеть не потаенным. Быть лживым для логоса значит скрывать – выдавать что-то, за то, что оно не есть.Способность скрывать вытекает именно из синтезирующей структуры логоса, то есть из его способности показывать нечто как нечто. Как давание видеть логос можно понимать как ум. Как нечто, что стало видимо в его отношении к чему-то логос можно понимать как отношения и пропорции.

      (греч. logos) – философский термин, фиксирующий единство понятия, слова и смысла, причем слово понимается в данном случае не столько в фонетическом, сколько в семантическом плане, а понятие – как выраженное вербально. В значении данного термина имеется также не столь явно выраженный, но важный оттенок рефлексивности: “отдавать себе отчет”. Исходная семантика понятия “Л.” была существенно модифицирована и обогащена в ходе развития историко-философской традиции. В силу богатства своего содержания понятие “Л.” прочно вошло в категориальный аппарат философии различных направлений и использовалось в разнообразных контекстах (Фихте, Гегель, Флоренский и др.). Р.Бартом развита идея “логосферы” как вербально-дискурсивной сферы культуры, фиксирующей в языковом строе специфику ментальной и коммуникативной парадигм той или иной традиции, конституирующихся в зависимости от различного статуса по отношению к власти (энкратические и акратические языки). Феномен Л. в рационалистическом своем истолковании фактически стал символом культуры за падного типа, воплотив в себе фундаментальные установки западной ментальности. Именно поэтому концепт “Л.” становится первым адресатом постмодернистской критики классического типа философствования и стиля мышления в целом. Феномен Л. в культуре постмодерна десакрализуется (см. Логомахия) и становится объектом решительной негации (см. Логотомия). Выступая с позиций нелинейного рассмотрения своего предмета, постмодернизм решительно порывает с презумпцией “линеарности” (Деррида), неизменно сопрягая последнюю с идеей Л. В этом контексте постмодернизм ставит целью “освобождение означающего от его зависимости или происхождения от Логоса и связанного с ним понятия “истины” или первичного означаемого” (Деррида). В этом отношении, по самооценке постмодернизма, “перенесение внимания на полисемию или на политематизацию представляет, наверное, прогресс по сравнению с линейностью письма или моносемантического прочтения, озабоченного привязкой к смыслу-опекуну, к главному означающему текста или к его основному референту” (Деррида). Фактически выступая с программой создания методологии нелинейных динамик, постмодернизм осуществляет радикальный отказ от идеи линейности и традиционно сопрягаемой с ней идеи единозначной, прозрачной в смысловом отношении и предсказуемой рациональности, выраженной в понятии Л.

      (греч. logos) – термин древнегреческой философии, означающий одновременно “слово” (или “предложение”, “высказывание”, “речь”) и “смысл” (или “понятие”, “суждение”, “основание”). Этот термин был введен в философию Гераклитом (ок. 544 – ок. 483 до н. э.), который называл Л. вечную и всеобщую необходимость, устойчивую закономерность. В последующем развитии человеческой мысли значение этого термина неоднократно изменялось, однако до сих пор, когда говорят о Л., имеют в виду наиболее глубинную, устойчивую и существенную структуру бытия, наиболее существенные закономерности развития мира.

      www.philosophydic.ru

      Читайте так же:  Правила направления на мсэк

    Обсуждение закрыто.