Квалификация по ст 105 ук рф

Квалификация по ст 105 ук рф

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ УБИЙСТВ,
СОПРЯЖЕННЫХ С РАЗБОЕМ

Пунктом «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ предусмотрена ответственность за убийство, сопряженное с разбоем.

Убийство — это умышленное причинение смерти другому человеку (ч. 1 ст. 105 УК РФ), разбой — нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 162 УК РФ).

В соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и(или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Понятие «нападение» используется не только в ст. 162 УК РФ, но и в ст.ст. 37, 209, 227, 340 и 360 УК РФ. Однако в Уголовном кодексе не дано разъяснения данного термина. Оно имеется в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» от 17 января 1997 г. № 1. В пункте 6 данного Постановления указано, что под нападением следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» от 27 января 1999 г. № 1 убийство, сопряженное с разбоем, квалифицируется по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в совокупности со статьей УК РФ, предусматривающей ответственность за разбой.

Аналогичная рекомендация содержится в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 27 декабря 2002 г. № 29, где в п. 22 отмечается, что такое убийство надлежит квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, а при наличии в действиях виновного в разбойном нападении других отягчающих обстоятельств (например, разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и т. п.) эти признаки объективной стороны разбоя должны быть указаны в описательной части приговора.

Большинство ученых(1) так же полагают, что действия лица, совершившего разбой и сопряженное с ним убийство, должны квалифицироваться по совокупности п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ.

Это подтверждается и судебной практикой.

Так, приговором Архангельского областного суда от 15 октября 2010 г. А. осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и признан виновным в убийстве Х. Д. во время разбойного нападения при следующих обстоятельствах.

9 января 2010 г. в период с 10 ч 35 мин до 12 ч 40 мин А. решил совершить разбойное нападение на Х. Д. и ее убийство с целью хищения у нее денег.

Реализуя задуманное, А. вооружился молотком и вошел в квартиру, где находилась потерпевшая.

В квартире, с целью хищения денег и убийства потерпевшей, А. напал на Х. Д., используемым в качестве оружия молотком умышленно нанес потерпевшей не менее восьми ударов по голове, причинив телесные повреждения характера тупой открытой проникающей черепно-мозговой травмы, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью, от которых наступила смерть Х. Д. на месте происшествия, обыскал квартиру и похитил принадлежащие потерпевшей 15 600 рублей и не представляющую ценности бутылку водки, с похищенным скрылся и распорядился им по своему усмотрению(1).

От убийства, сопряженного с разбоем, когда предметом последнего являются находящиеся при потерпевшем вещи (деньги, часы и т. д.), необходимо отличать убийство с последующей кражей принадлежащего убитому имущества. С объективной стороны данные преступления похожи: и в том, и в другом случае потерпевшему причиняется смерть и происходит изъятие находящегося при нем имущества. Однако если второе деяние квалифицируется по ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 105 УК РФ (когда убийство совершено, например, на почве личных неприязненных отношений), то квалификация первого предполагает более суровую ответственность по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ. Различие здесь необходимо приводить по субъективной стороне: при убийстве с последующей кражей умысел на хищение чужого имущества у виновного всегда возникает после причинения смерти потерпевшему, а разбой и сопряженное с ним убийство предполагают наличие умысла на завладение чужим имуществом до начала выполнения объективной стороны убийства.

Так, по делу С., осужденного Рязанским областным судом за разбой и умышленное убийство, сопряженное с разбоем, приговор был изменен потому, что вердиктом присяжных не было установлено совершение С. убийства с целью завладения деньгами потерпевшей.

Присяжные заседатели признали до-казанным, что 13 марта 2000 г. С. пришел в квартиру своей знакомой Б., в процессе общения с ней накинул ей на шею петлю и задушил. Затем он похитил из квартиры деньги и вещи, принадлежавшие по-терпевшей. Однако из вердикта не усматривалось, что умысел у С. на хищение имущества Б. возник до применения в отношении ее насильственных действий.

Поэтому его действия переквалифи-цированы с п.»в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ и исключено осуждение по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ(2).

Примером аналогичной квалификации является решение Новосибирского областного суда по делу Т. Т. в помещении торгового киоска в ходе совместного распития спиртных напитков совершил убийство своей знакомой Ж., нанеся ей удары ножом в жизненно важные органы, после чего завладел имуществом Ж., а также имуществом, принадлежавшим владельцу киоска.

Органами предварительного расследования действия Т. были квалифицированы

по пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 162 УК РФ как убийство, совершенное с особой жестокостью, сопряженное с разбоем, и разбой, совершенный с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Установив, что убийство Ж. было совершено Т. на почве возникших в результате ссоры личных неприязненных отношений и только после этого у него возник умысел на хищение чужого имущества, суд переквалифицировал действия Т. с п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 105 УК РФ(1).

В пункте «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ признак сопряженности убийства с разбоем предусмотрен наряду с признаком «из корыстных побуждений», поэтому возникает вопрос о возможности квалификации одновременно по двум этим признакам.

О. С. Ивченко полагает, что «признаки корыстных побуждений и сопряженности с разбоем, хотя в чем-то и пересекаются, но характеризуют разные стороны убийства при отягчающих обстоятельствах», следовательно, делает она вывод, нужно указывать оба этих признака, так как «такая квалификация деяния будет юридически наиболее полно и точно отражать сущность совершенного преступления». Автор обосновывает свою позицию так: «Пункт “з” ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает ответственность за убийство из корыстных побуждений, а равно ответственность за убийство, сопряженное с разбоем, что… подчеркивает самостоятельность этих преступлений. Понятие корыстного убийства шире, чем убийство при разбойном нападении, вследствие чего убийство, сопряженное с разбоем, не может охватывать понятие убийства из корыстных побуждений. В отдельных случаях лицо, совершающее убийство, может не принимать участие в разбое, или обвинение в разбое может отпасть по обстоятельствам дела, но при наличии корыстных побуждений этот признак убийства остается»(2).

Большинство же ученых(3) приходят к справедливому, на наш взгляд, выводу, что в случае совершения убийства, сопряженного с разбоем, нет необходимости дополнительно вменять признак «из корыстных побуждений», поскольку а) сопряженность умышленного лишения жизни человека с разбоем означает обусловленность убийства данным преступлением, а следовательно, и его субъективными признаками(4); б) разбой совершается из корыстных побуждений и, соответственно, характеризуемое корыстными побуждениями убийство, сопряженное с разбоем, является частным случаем корыстного убийства(5).

Такой же позиции придерживается и суд. В Обзоре кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1998 год указано, что убийство, совершенное по совокупности с разбойным нападением, характеризуется корыстными мотивами(6). В Постановлении от 28 апреля 2004 г. по делу Г. Президиум Верховного Суда Российской Федерации указал: «Суд первой инстанции правильно установил, что Г. совершено убийство в процессе разбойного нападения, однако излишне вменил квалифицирующий признак преступления — убийство “из корыстных побуждений”.

Отграничение убийства, сопряженного с разбоем, от оставления в опасности при совершении данного преступления проводится по субъективной стороне: в первом случае у виновного имеется прямой или косвенный умысел на лишение жизни человека, при оставлении в опасности виновный лишь ставит потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние при отсутствии умысла на убийство.

Так, приговором Челябинского областного суда от 28 августа 2006 г. З. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизодам от 5, 24, 26 марта, 9 июня, 23 июля, 17 августа 2004 г.); А. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ; Г. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизодам от 5, 24, 26 марта, 9 июня, 23 июля, 24 октября 2004 г.), п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизоду от 8 ноября 2004 г.), ч. 1 ст. 325 УК РФ, ст. 125 УК РФ.

З., А. и Г. были признаны виновными в серии ограблений водителей автокранов и иных лиц, А. и Г. — дополнительно в разбое, а Г. еще и в похищении официальных и важных личных документов Б. и в заведомом оставлении в опасности Г. Л., которого сам поставил в опасное для жизни состояние.

Органами предварительного следствия действия Г. по эпизоду в отношении Г. Л. были квалифицированы по пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ.

В кассационном представлении государственный обвинитель указал на необоснованность переквалификации действий З., А. и Г. со ст. 162 УК РФ на ст. 161 УК РФ и переквалификации действий Г. с пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к следующим выводам.

По эпизоду от 26 марта 2004 г. — ограбление водителя автокрана Г. Л. и ООО виновность Г. и З. доказана показаниями осужденного З. в процессе предварительного расследования, представителя ООО М., свидетелей Б., Г., П., вещественными и другими собранными доказательствами.

Оценив приведенные данные в совокупности с другими доказательствами, суд обоснованно квалифицировал действия Г. и З. по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ.

Заведомое оставление Г. Л. в беспомощном состоянии доказано показаниями потерпевших С. и Р. о том, что после похищения автокранов их увозили в безлюдное место, где насильно поили водкой.

Из показаний З. следует, что после похищения автокрана Г. и другое лицо увезли Г. Л.

Из протокола осмотра места происшествия видно, что тело Г. Л. было обнаружено 30 марта 2004 г. в пригороде Челябинска у заброшенного производственного здания.

По заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть Г. Л. наступила от переохлаждения организма, перед смертью он находился в тяжелой степени алкогольного опьянения, поскольку выпил не менее 580 мл спиртного.

Из показаний свидетелей и медицинских документов видно, что Г. Л. спиртные напитки не употреблял.

По сообщению гидрометеорологической службы, температура воздуха в Челябинске 26 марта 2004 г. была минус 8,4 градуса.

Оценив приведенные данные, суд обоснованно квалифицировал действия Г. по ст. 125 УК РФ.

Несостоятельны доводы кассационного представления о том, что Г. совершил умышленное убийство Г. Л., что суд необоснованно переквалифицировал его действия с пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ.

Суд обоснованно указал в приговоре, что по делу нет данных о наличии у осужденного умысла на лишение Г. Л. жизни, что он совершил действия, направленные на это.

Суд установил, что участники ограбления, как и в предшествующих случаях, напоили потерпевшего водкой, оставив его в безлюдном месте. В остальных случаях потерпевшие выбирались из тех мест, где их оставляли грабители. В данном случае потерпевший от выпитой водки потерял сознание и не пришел в себя. По стечению обстоятельств, температура воздуха в ночь на 25 марта понизилась, он замерз. В деле нет данных о том, что Г. с целью лишения потерпевшего жизни оставил его пьяным в безлюдном месте, зная, что он замерзнет. Доводы кассационного представления по этому поводу основаны на предположениях(1).

В рассматриваемом примере суд, не установив умысла Г. на лишение жизни Г. Л., переквалифицировал его действия со ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ. Переквалификация действий виновного со ст. 162 УК РФ на ст. 161 УК РФ произведена судом в соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 27 декабря 2002 г. № 29, согласно которым «в случаях, когда в целях хищения чужого имущества в организм потерпевшего против его воли или путем обмана введено опасное для жизни или здоровья сильнодействующее, ядовитое или одурманивающее вещество с целью приведения потерпевшего в беспомощное состояние, содеянное должно квалифицироваться как разбой. Если с той же целью в организм потерпевшего введено вещество, не представляющее опасности для жизни или здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием». Виновные насильно поили потерпевших водкой — веществом, которое, как, по всей видимости, и определил суд, само по себе не представляет опасности для жизни или здоровья.

В другом случае суд, исходя из обстоятельств дела, установил наличие косвенного умысла на умышленное причинение смерти потерпевшему при совершении разбоя и квалифицировал действия виновных как убийство, сопряженное с разбоем.

Приговором Омского областного суда от 1 августа 2005 г. Л. и Б. наряду с иными составами преступлений были осуждены по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за разбой группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил об отмене приговора в отношении Л. и Б., считая, что выводы суда в части обоснования косвенного умысла на убийство потерпевшего противоречивы, выводы суда об умышленном характере преступных действий Б. и Л., направленных на причинение смерти К., носят противоречивый характер.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации установила, что вывод суда о доказанности вины Л. и Б. в разбойном нападении на К. и его убийстве группой лиц по предварительному сговору, сопряженном с разбоем, соответствует материалам дела и подтвержден приведенными доказательствами.

Так, сами осужденные Л. и Б. не отрицали того обстоятельства, что договорились забрать у таксиста деньги. С этой целью Б. поймал такси, а затем позвал в машину Л. В тот момент, когда водитель разворачивал машину, Б. нанес ему удары штакетиной по голове, а Л. — по туловищу. Затем они подвергли водителя избиению на улице, повезли в сторону пляжа, чтобы забрать деньги. На пляже вытащили К. из машины, обыскали, забрали деньги, которые потом поделили. Когда водитель стал подниматься, вновь нанесли ему удары. Затем на машине уехали с места происшествия и бросили ее в районе аэропорта.

Эти обстоятельства следуют и из явки с повинной Б. и Л. и протоколов проверки их показаний на месте, протокола осмотра места происшествия — пляжа, где был обнаружен труп К., протоколов выемки, заключения биологической экспертизы о наличии следов крови потерпевшего К. на одежде осужденных, выводов судебно-медицинской экспертизы о характере и степени тяжести причиненных
К. телесных повреждений и причине его смерти, которые объективно подтверждают показания осужденных об обстоятельствах дела.

Выводы суда об умысле Л. и Б. на убийство потерпевшего в приговоре надлежаще мотивированы.

Как обоснованно указал суд в приговоре, о косвенном умысле Л. и Б. на убийство К., сопряженное с разбоем, свидетельствуют не только их показания, в частности: о предварительной договоренности об открытом хищении денег, угоне автомашины, об избиении потерпевшего без предъявления ему каких-либо требований имущественного характера, о бессознательном состоянии потерпевшего, наступившем от их совместных действий, о перевозке и оставлении потерпевшего в безлюдном месте в холодное время года, которые суд взял за основу при вынесении приговора, но также и количество, характер и локализация телесных повреждений, причиненных К. в область жизненно важных органов, которые причинены были совместными согласованными действиями обоих подсудимых.

Эти данные свидетельствуют о том, что Л. и Б., избив К. и оставив его в бессознательном состоянии в безлюдном месте в холодное время года, осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность наступления общественно опасных последствий, в том числе и в виде смерти потерпевшего, не желали последствий в виде смерти потерпевшего, однако относились к ним безразлично(1).

www.procuror.spb.ru

Квалификация по ст 105 ук рф

По ч.1 ст.105 УК РФ квалифицируется убийство, совершенное без квалифицирующих признаков, указанных в ч.2 ст.105 УК РФ, и без смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 106, 107 и 108 УК РФ (например, в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникшим на почве личных отношений).

Квалифицированным убийством принято называть убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих обстоятельств (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Разумеется, все остальные признаки основного состава убийства тоже должны быть налицо. Если в действиях виновного имеются два или несколько квалифицирующих признаков, то все они должны быть указаны в предъявленном обвинении и приговоре. Однако они не образуют совокупности преступлений и наказание назначается единое, хотя наличие двух или нескольких квалифицирующих признаков учитывается при определении тяжести содеянного.

К квалифицированным видам убийства законодателем отнесены следующие:

а) двух или более лиц;

б) лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

в) лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника;

г) женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;

д) совершенное с особой жестокостью;

е) совершенное общеопасным способом;

ж) совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

з) из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом;

и) из хулиганских побуждений;

к) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;

л) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести;

м) в целях использования органов или тканей потерпевшего.

Совсем недавно из числа квалифицирующих признаков было исключен пп. «н» ст.105 УК РФ. Произошло это с принятием Ф едерального закона от 8 декабря 2003 г. №162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» [1] . Это связано с пересмотром законодателем понятия «неоднократность» для того, чтобы лицо, отбывшее наказание, но имеющее судимость и совершившее аналогичное преступление, не подпадало под действие соответствующего квалифицирующего признака статьи Особенной части УК РФ, а действия лица, совершившего несколько преступлений, предусмотренных одной уголовно-правовой нормой, квалифицировались по совокупности преступлений. В связи с этим из УК РФ были исключены статья 16, а также упоминание о судимости и неоднократности, как квалифицирующих признаках.

Итак, рассмотрим подробнее каждый из квалифицирующих признаков.

По п. «а» убийство «двух и более лиц» квалифицируются действия лица совершившего убийство двух и более лиц, когда действия виновного охватывались единым умыслом. Убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление — убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч.1 или ч.2 ст.105 и по ч.3 ст.30 и п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ.

Необходимо учитывать, что при одновременном убийстве двух и более лиц возможно сочетание различных мотивов. Это должно быть отражено, если наличествует квалифицирующий признак.

Единство умысла может усматриваться и тогда, когда убийства двух или более лиц произошли с разрывом во времени. Так, В. во время отбывания наказания за разбой решил отомстить всем свидетелям, которые дали в суде уличающие его показания. Выйдя на свободу, он приехал домой к одной из свидетельниц — О. и пытался ее убить, ударив ножом в спину. Затем В. пошел по адресу второй свидетельницы Ж. и убил ее. В. был задержан при посягательстве на жизнь третьего свидетеля. Все упомянутые деяния объединены единым умыслом, а это означает, что совершено единое продолжаемое преступление, требующее квалификации по п.»а» ч.2 ст.105 УК РФ [2] .

До внесения в УК РФ в декабре 2003 года изменений убийство двух или более лиц при отсутствии единого умысла квалифицировалось по п.»н» ч.2 ст.105 УК РФ по признаку неоднократности. В настоящее время, каждое из убийств будет квалифицироваться по ч.1 ст.105 УК РФ.

По п.»б» ч.2 ст.105 УК РФ квалифицируется убийство лица или его близких, совершенное с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность.

Как подчеркивается в п.6 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года, под осуществлением служебной деятельности следует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от формы собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству, а под выполнением общественного долга — осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо о местонахождении лица, разыскиваемого в связи с совершением им правонарушений, дача свидетелем или потерпевшим показаний, изобличающих лицо в совершении преступления, и др.).

К близким потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений (например, лицо с которым потерпевший состоял в так называемом «гражданском браке»).

По п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ «убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии» надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Важно акцентировать внимание на состояния лица, которые не характеризуется как беспомощность. Для этого обратимся к судебной практике по уголовным делам.

Так, в Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 февраля 2001 г., акцентируется, что содеянное обвиняемым не может быть квалифицировано как убийство лица, находящегося в беспомощном состоянии, поскольку сильное алкогольное опьянение потерпевшей не является беспомощным состоянием в том понимании, как того требует п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ [3] . В другом деле разрешенном Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 7 февраля 2001 г. подчеркивается, что содеянное обвиняемым не может быть квалифицировано как убийство лица, находящегося в беспомощном состоянии, поскольку сон не является беспомощным состоянием в том понимании, как того требует п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ [4] .

Впрочем, как отмечают исследователи, судебная практика по вышеназванному вопросу противоречива, и отдельные эксперты, предлагают использовать «широкое» понятие беспомощности [5] , включающее и сон и алкогольное опьянение. Действительно до 1997 года Верховный суд публиковал в БВС решения, согласно которым состояния сна и алкогольного опьянения относились к беспомощному состоянию [6] , с 1999-2000 гг [7] . и по настоящее время, ВС РФ названные состояния не относятся к беспомощным.

Анализируя этот дискуссионный вопрос И.М. Цокуева подчеркивает «данный признак (сон и алкогольное опьянение) названы квалифицирующими именно в силу того, что преступник сознательно выбирает жертву, не способную оказать эффективное сопротивление». Обязательной субъективной характеристикой, закрепленной законодательно, является ясное осознание виновным беспомощного состояния жертвы как неотъемлемой особенности ее физического или психического здоровья, а не временного состояния (например, сон, обморок, алкогольное опьянение и т.д.). Более того, в подобных случаях следует разграничивать признаки беспомощности и бессознательности как проявления неодинаковых физиологических процессов, происходящих в организме человека [8] . На это обращает особое внимание профессор С.И. Дементьев: сон, обморок, различные виды опьянения высокой степени (алкогольного, наркотического, лекарственного) он рассматривает как бессознательное состояние человека [9] .

На наш взгляд, необходимо, чтобы ВС РФ четко сформулировал свою позицию по данному вопросу, и тем самым положил конец теоретическим и практическим спорам.

Еще один аспект на который нужно обратить внимание при определении наличия п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ — согласно мнению Верховного Суда, если нападавший, заранее замысливший лишить потерпевшего жизни, сам приводит его в такое состояние — например, путем связывания, жестокого избиения и т.п., — когда последний в принципе не может оказать должного сопротивления, указанные действия признаются способом осуществления преступного намерения и не расцениваются как убийство с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Другое дело, когда убийца использует беспомощное состояние, в котором уже находится потерпевший. В последнем случае убийство сопровождается отягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ.

Приведем примеры из практики: Начальник службы охраны банка Семеркин, ревнуя свою жену к заместителю главы департамента валютных операций, используя имеющиеся у него по должности наручники, приковал женщину к батарее и не давая ей, таким образом, возможности оказать сопротивление, после объяснения причины своих действий несколько раз ударил ее ножом, причинив ранения, не совместимые с жизнью. Водитель-охранник инкассаторской службы Головцев, зайдя в банк и увидев там прикованного грабителями к перилам сотрудника банка Петрова, в отместку за давнее оскорбление выстрелил в того, полагая, что убийство удастся «списать» на налетчиков [10] .

Семеркина осудили за «простое» убийство из ревности, а Головцева — по п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ за убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

При квалификации действий виновного по п.»в» ч.2 ст.105 УК РФ по признаку «убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника» следует иметь в виду, что по смыслу закона ответственность по данному пункту ч.2 ст.105 УК РФ наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному или заложнику, но и за убийство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека либо захватом заложника. Содеянное должно квалифицироваться по совокупности с преступлениями, предусмотренными ст.126 или ст.206 УК РФ.

Между тем, необходимо подчеркнуть, что в случае, когда прежде чем совершить убийство, потерпевших перевозили, к примеру, в лес в багажнике автомобиля, в действиях обвиняемых нет состав преступления, предусмотренного ст.126 УК РФ (похищение человека), если они были направлены не на удержание потерпевших в другом месте, а на их убийство [11] .

Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности также образует квалифицирующий признак ст.105 УК РФ (п. «г»).

Как следует из статьи, ответственность по этому пункту наступает, только в случае если виновный на момент совершения убийства женщины знал о беременности потерпевшей.

Долгое время дискуссионным был вопрос о квалификации действий лица совершившего убийство женщины, которую лицо считало беременной, тогда как последняя беременной не являлась. Высказывались противоположные точки зрения. Э.Ф. Побегайло полагает, что, «если виновный исходит из ошибочного предположения о беременности потерпевшей, которой в действительности не было, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности двух преступлений — покушения на убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, и оконченного простого или квалифицированного другим отягчающим обстоятельством убийства (ч.3 ст.30, п.»г» ч.2 ст.105 и ч.1 ст.105 либо ч.2 ст.105 УК РФ с другим пунктом) [12] . Г.Н. Борзенков, В.М. Лебедев считают иначе. В тех случаях, когда убийство женщины, которую виновный ошибочно считал беременной, следовало бы считать покушением на преступление, предусмотренное п. «г» ч. 2 ст. 105, исходя из направленности умысла. Однако, учитывая, что смерть фактически наступила, содеянное нельзя считать покушением, иначе виновный получил бы необоснованную льготу при назначении наказания (ч.3 ст.6 УК РФ). Ситуация должна решаться по правилам об ошибке в личности потерпевшего, которая не влияет на квалификацию. B таких случаях содеянное квалифицируется по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ как оконченное преступление [13] .

На наш взгляд и данный вопрос требует разъяснения ВС РФ.

При квалификации убийства по п.»д» ч.2 ст.105 УК РФ (с особой жестокостью) надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости (абз.1 п.8 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года).

Стоит заметить, что не всегда обоснованно вменяется в вину квалифицирующий признак «особая жестокость», поскольку суды не исследуют должным образом наличие умысла на совершение убийства с особой жестокостью. В этой связи следует также иметь в виду, что в случае вменения в вину квалифицирующего признака «особая жестокость», должно быть доказано наличие у обвиняемого умысла на совершение убийства с особой жестокостью [14] .

Признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания. К «близким людям», судебная практика относит не только членов семьи. Так, например, к таковым была отнесена сожительница потерпевшего, с которой последний совместно проживал более двух лет и намеревался заключить брак, фактически создав с ней семью [15] .

Как подчеркивается в п.8 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года, глумление над трупом само по себе не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное в таких случаях, если не имеется других данных о проявлении виновным особой жестокости перед лишением потерпевшего жизни или в процессе совершения убийства, следует квалифицировать по соответствующей части ст.105 и по ст.244 УК РФ, предусматривающей ответственность за надругательство над телами умерших. Уничтожение или расчленение трупа с целью сокрытия преступления не может быть основанием для квалификации убийства как совершенного с особой жестокостью.

Под общеопасным способом убийства (п.»е» ч.2 ст.105 УК РФ) следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица (например, путем взрыва, поджога, производства выстрелов в местах скопления людей, отравления воды и пищи, которыми, помимо потерпевшего, пользуются другие люди).

Важно подчеркнуть, что «для квалификации умышленного убийства как совершенного способом, опасным для жизни многих людей, необходимо установить, сознавал ли виновный, осуществляя умысел на убийство определенного лица, что он применяет такой способ причинения смерти, который опасен для жизни не только одного человека» [16] .

Как подчеркивается в п.11 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года если в результате примененного виновным общеопасного способа убийства наступила смерть не только определенного лица, но и других лиц, содеянное надлежит квалифицировать, помимо п.»е» ч.2 ст.105 УК РФ, по п.»а» ч.2 ст.105 УК РФ, а в случае причинения другим лицам вреда здоровью — по п.»е» ч.2 ст.105 УК РФ и по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

В тех случаях, когда убийство путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное, наряду с п.»е» ч.2 ст.105 УК РФ, следует квалифицировать также по ч.2 ст.167 или ч.2 ст.261 УК РФ.

При квалификации убийства по п.»ж» ч.2 ст.105 УК РФ (совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой) необходимо учитывать содержащееся в ст.35 УК РФ определение понятия преступления, совершенного группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой лиц.

Убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения). Убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица).

Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этом, наряду с соисполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства, и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст.33 и п.»ж» ч.2 ст.105 УК РФ.

Организованная группа — это группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Как правило, такая группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы. Поэтому при признании убийства совершенным организационной группой действия всех участников независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст.33 УК РФ.

При квалификации убийства по п.»ж» ч.2 ст.105 УК РФ необходимо учитывать, что «пособничество в убийстве не образует квалифицирующий признак убийства, предусмотренный п.»ж» ч.2 ст.105 УК РФ, — «совершенное группой лиц по предварительному сговору» [17] . Приведем пример из практики:

«По приговору Верховного суда Республики Дагестан 10 апреля 2000 г. осуждены: Гаджиев по ч. 1 ст. 30, п. «з» ч. 2 ст. 105, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 226, ч. 1 ст. 222, ч. 2 ст. 167 УК РФ и Гаджиева — по ч. 5 ст. 33, пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

По ч. 2 ст. 222, п. «а» ч. 3 ст. 226, ч. 3 ст. 30, пп. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ Гаджиева оправдана на основании п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РСФСР.

Гаджиев признан виновным в приготовлении к убийству из корыстных побуждений Ахмедова, в хищении огнестрельного оружия и боеприпасов, в их незаконном хранении, ношении и перевозке, в умышленном убийстве из корыстных побуждений Ахмедовой в соучастии с Гаджиевой группой лиц по предварительному сговору, а также в умышленном повреждении чужого имущества путем поджога.

Гаджиева признана виновной в оказании пособничества Гаджиеву в убийстве Ахмедовой по предварительному сговору группой лиц, из корыстных побуждений, а также в пособничестве Гаджиеву в умышленном повреждении чужого имущества путем поджога.

С июля по август 1999 г. Гаджиев, имея намерение совершить убийство супругов Ахмедовых из корыстных побуждений, поставил в известность свою сестру Гаджиеву о совершаемых им действиях по приготовлению к преступлению и склонил ее к пособничеству в убийстве Ахмедовой.

Для достижения цели Гаджиев похитил одноствольное охотничье ружье 16 калибра и патронташ с тремя патронами и спрятал их. 24-25 августа 1999 г. Гаджиев изготовил из ружья обрез и хранил его и патроны дома. Со своей сестрой он разработал план совместных действий, в соответствии с которым взял с собой обрез и два патрона, две пластмассовые бутылки с бензином для уничтожения следов преступления путем поджога трупов и квартиры, две бутылки спиртного с целью заманить Ахмедова в безлюдное место для убийства.

Поскольку Гаджиев не знал адреса Ахмедовых, сестра показала ему дорогу. По дороге они сделали приспособление для использования в качестве глушителя к обрезу.

Ахмедова дома не было. Гаджиевы поняли, что их первоначальный план об убийстве двух лиц неосуществим, поэтому решили убить Ахмедову. Гаджиев попросил сестру присмотреть за Ахмедовой, находившейся на кухне, а сам забрал обрез из прихожей, зарядил его и вернулся в гостиную.

Когда Ахмедова вошла в гостиную, Гаджиева закрыла за ней дверь, а брат выстрелил Ахмедовой в спину, а затем в голову, отчего потерпевшая скончалась на месте. Затем они перенесли труп в спальню. Найденные в квартире деньги и ценности они сложили в сумку. Перед уходом из квартиры Гаджиев облил имущество и труп бензином, поджег и, взяв сумку, вместе с Гаджиевой скрылся.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об исключении из судебных решений указания на осуждение Гаджиева по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, Гаджиевой — по ч. 5 ст. 33 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ 18 июля 2001 г. протест удовлетворил, указав следующее.

Суд признал в приговоре, что Гаджиева не была соисполнителем убийства Ахмедовой, которое совершил один Гаджиев, а лишь содействовала совершению убийства. Несмотря на это, суд квалифицировал действия Гаджиевых как совершенные по предварительному сговору группой лиц.

Между тем в соответствии со ст. 35 УК РФ убийство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении убийства, что по настоящему делу не установлено.

При таких обстоятельствах указание в приговоре на осуждение Гаджиева по п. «ж» ч. 2 ст. 105 и Гаджиевой по ч. 5 ст. 33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ подлежит исключению» [18] .

По п.»з» ч.2 ст.105 УК РФ (убийство из корыстных побуждений) следует квалифицировать убийство, совершенное в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.).

Важно подчеркнуть, что не имеет значения «размер корысти». Так согласно определению СК Верховного Суда РФ от 29 января 1997 г. «Убийство пассажиром водителя автомашины с целью избежать платы за проезд признано совершенным из корыстных побуждений» [19] .

Как убийство по найму надлежит квалифицировать убийство, обусловленное получением исполнителем преступления материального или иного вознаграждения. Лица, организовавшие убийство за вознаграждение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество в совершении такого убийства, несут ответственность по соответствующей части ст.33 и п.»з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Подчеркнем, что убийство по найму является по существу убийством из корыстных побуждений, в связи, с чем квалификация содеянного обвиняемыми как убийства из корыстных побуждений является излишней [20] .

Как сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом следует квалифицировать убийство в процессе совершения указанных преступлений. Содеянное в таких случаях квалифицируется по п.»з» ч.2 ст.105 УК РФ в совокупности со статьями УК, предусматривающими ответственность за разбой, вымогательство или бандитизм.

При квалификации убийства, совершенного при разбойном нападении, необходимо указывать лишь один признак п.»з» ст.105 УК РФ — «сопряженное с разбоем» и дополнительно приводить квалифицирующий признак «из корыстных побуждений» не требуется» [21] .

По п.»и» ч.2 ст.105 УК РФ следует квалифицировать убийство, совершенное из хулиганских соображений. То есть – убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение (например, умышленное причинение смерти без видимого повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства).

Как подчеркивает В.М. Лебедев, по своему содержанию оно представляет собой сложный мотив, в котором переплетаются и безграничный, разнузданный эгоизм, и искаженные представления о границах личной свободы, и культ грубой силы, и стремление «испытать себя», и вспышка безотчетной злобы [22] .

На практике, зачастую представляет сложность выделение признаков характеризующих убийство как «из хулиганских побуждений». Проиллюстрируем примером:

«По приговору Брянского областного суда 3 апреля 1998 г. Ковалев, ранее судимый, осужден по ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 213 УК РФ.

Он признан виновным в совершении покушения на убийство из хулиганских побуждений и хулиганства с применением оружия.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

31 октября 1997 г. Ковалев в нетрезвом состоянии после незначительного конфликта с Быконя взял двуствольное охотничье ружье и около 19 час. пришел к его дому. Увидев Быконя (стоявшего спиной к окну), он из хулиганских побуждений с целью убийства произвел в него два выстрела сквозь окно, после чего ушел домой.

В результате Ковалев причинил легкий вред здоровью Быконя и Зиноровой (которая находилась в доме вне пределов видимости Ковалева и пострадала в связи с рассеиванием дробовых зарядов), а также повредил окно в доме.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 2 июля 1998 г. приговор оставила без изменения.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий осужденного с ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, а с ч. 3 ст. 213 УК РФ на ст. 115 УК РФ. В случае переквалификации действий виновного с ч. 3 ст. 213 УК РФ на ст. 115 УК РФ автор протеста просил отменить приговор по ст. 115 УК РФ на основании п. 6 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР (за примирением потерпевшей с обвиняемым) и дело прекратить.

Президиум Верховного Суда РФ 3 июля 2002 г. удовлетворил протест, указав следующее.

Вина Ковалева в совершении покушения на лишение жизни Быконя подтверждена доказательствами.

Вместе с тем судебные решения подлежат изменению, поскольку вывод суда о совершении Ковалевым преступлений из хулиганских побуждений ошибочен.

В соответствии с законом по ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать покушение на убийство, совершенное по причине явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение.

Вывод о хулиганских побуждениях Ковалева суд сделал в приговоре, исходя из того, что он после конфликта с Быконя в темное время суток тайком пробрался к его дому и дважды произвел выстрелы в потерпевшего из ружья, когда тот появился в окне.

Согласно показаниям подсудимого он совершил эти действия в связи с тем, что Быконя в ходе конфликта нанес ему удары по лицу.

Судом установлено, что в день совершения преступления у Ковалева с потерпевшим Быконя дважды возникали конфликты, очевидцев того, как он произвел выстрелы в Быконя, не было, виновный принес извинения за содеянное, потерпевший в стадии следствия просил никого не привлекать к ответственности.

Изложенное свидетельствует о том, что в действиях Ковалева отсутствуют признаки грубого нарушения общественного порядка, явного неуважения к обществу и пренебрежения к общественным интересам. Поэтому совершенное им следует переквалифицировать на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на причинение смерти другому человеку.

В связи с отсутствием у Ковалева хулиганских побуждений к совершению преступлений его действия в отношении потерпевшей Зиноровой подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 213 УК РФ на ст. 115 УК РФ, а с учетом того, что она простила его и просила в отношении него дела не возбуждать, приговор в этой части подлежит отмене, а дело — прекращению производством на основании п. 6 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР (за примирением потерпевшей с обвиняемым).

Потерпевший Шевцов, отец Быконя, также просил не возбуждать уголовного дела в отношении Ковалева за повреждение выстрелами окна в его доме, так как ущерб причинен незначительный (20 руб.), виновный попросил прощения, стекла вставил. Состав преступления в данном случае отсутствует» [23] .

Если виновный, помимо убийства из хулиганских побуждений, совершает иные умышленные действия, грубо нарушавшие общественный порядок, выражавшие явное неуважение к обществу и сопровождавшиеся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, то содеянное им надлежит квалифицировать по п.»и» ч.2 ст.105 УК РФ и соответствующей части ст.213 УК РФ. Между тем, необходимо подчеркнуть, что «хулиганские действия, продолжением которых явилось убийство потерпевшего, как образующие идеальную совокупность с преступлением, предусмотренным п.»и» ч.2 ст.105 УК РФ, дополнительной квалификации по ст.213 УК РФ не требуют» [24] .

Акцентируем внимание на том, что «одновременная квалификация покушения на убийство как совершенного в связи с выполнением лицом общественного долга и из хулиганских побуждений невозможна» (Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 февраля 2001 г.) [25] .

Для правильного же отграничения убийства из хулиганских побуждений от убийства в ссоре либо драке следует выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

По смыслу закона квалификация по п.»к» ч.2 ст.105 УК РФ совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч.2 ст.105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Поэтому, если установлено, что убийство потерпевшего совершено, например, из корыстных или из хулиганских побуждений, оно не может одновременно квалифицироваться по п.»к» ч.2 ст.105 УК РФ. Так, например, «действия виновных, совершивших умышленное убийство по предварительному сговору группой лиц и с особой жестокостью, не могут квалифицироваться одновременно и как убийство с целью сокрытия этого же преступления» [26] .

Как подчеркивается в абз.2 п.13 Постановления Пленума ВС РФ от 27 января 1999 года под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия, а также совершенное, например, по мотивам мести за оказанное сопротивление при совершении этих преступлений. Учитывая, что при этом совершаются два самостоятельных преступления, содеянное следует квалифицировать по п.»к» ч.2 ст.105 УК РФ и, в зависимости от конкретных обстоятельств дела, по соответствующим частям ст.131 или ст.132 УК РФ.

При квалификации по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ важно учитывать, что необходимо установить мотив, который может быть обусловлен ненавистью к потерпевшему как к представителю определенной национальности, расы или религии.

При убийстве на почве кровной мести виновный руководствуется не столько чувством личной неприязни к потерпевшему, сколько стремлением соблюсти обычай, отомстить за род, дабы не подвергнуть позору себя и свой род.

Убийство предусмотренное п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ может совершаться как в корыстных, так и не в корыстных целях. При наличии корысти, оно также должно квалифицироваться по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Как мы уже подчеркнули, убийство, совершенное при квалифицирующих признаках, предусмотренных двумя и более пунктами ч.2 ст.105 УК РФ, должно квалифицироваться по всем этим пунктам.

По смыслу закона убийство не должно расцениваться как совершенное при квалифицирующих признаках, предусмотренных п.п. «а», «г», «е», ч.2 ст.105 УК РФ, а также при обстоятельствах, с которыми обычно связано представление об особой жестокости (в частности, множественность ранений, убийство в присутствии близких потерпевшему лиц), если оно совершено в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения либо при превышении пределов необходимой обороны.

Во всех случаях изменение судом обвинения с одного на другой пункт ч.2 ст.105 УК РФ без возвращения дела для дополнительного расследования недопустимо.

[1] Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 15 декабря 2003 г. — №50. — Ст.4848.

[2] Цокуева И.М. Проблемы квалификации убийства // Законодательство. — №5. — май 2003 г.

[3] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 февраля 2001 г.

[5] См. например: Марогулова И.Л. Некоторые вопросы квалификации убийства // Журнал российского права. — №2. — февраль 2001 г.

[6] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 1997 г.: определение №75-097-19 по делу Ревина // БВС РФ. — 1997. — №12.

[7] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 1999 г.: постановление № 749п99 по делу Тарасова // БВС РФ. — 2000. — № 5; Определение по делу Быченкова // БВС РФ. — 2000. — № 8.

[8] Цокуева И.М. Проблемы квалификации убийства // Законодательство. — №5. — май 2003 г.

[9] Дементьев С. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Российская юстиция. 1999. — №1. — С.11.

[10] Яни П.С. Убийство и бизнес. Часть первая, часть вторая // Законодательство. — №9, 10. — 2001 г.

[11] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2000 г. (по уголовным делам) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 4 октября 2000 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2001 г. — №1.

[12] Комментарий к УК РФ. Особенная часть / Под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. – М.: 1996. — С.6.

[13] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. — М.: Юрайт-М. — 2001. – с.336.

[14] Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 1999 год // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2000 г. — №9. — с.15.

[15] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за первый квартал 1999 г. (по уголовным делам) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 9 июня 1999 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1999 г. – №10. — с.7.

[16] Определение СК Верховного Суда РФ от 28 марта 1995 г. «Для квалификации умышленного убийства как совершенного способом, опасным для жизни многих людей, необходимо установить, сознавал ли виновный, осуществляя умысел на убийство определенного лица, что он применяет такой способ причинения смерти, который опасен для жизни не только одного человека» (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1996 г. — №1. – с. 9.

[17] Определение ВК Верховного Суда РФ от 12 августа 1999 г. «Пособничество в убийстве не образует квалифицирующий признак убийства, предусмотренный п.»ж» ч.2 ст.105 УК РФ, — «совершенное группой лиц по предварительному сговору» (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — №5. — мая 2000 г. — с.8.

[18] Постановление Президиума Верховного Cуда РФ от 27 июня 2001 г. «Действия лица не образуют квалифицирующий признак убийства (совершение группой лиц по предварительному сговору), если это лицо не было соисполнителем убийства, а являлось пособником» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2002 г. — №2. — стр.16.

[19] Определение СК Верховного Суда РФ от 29 января 1997 г. «Убийство пассажиром водителя автомашины с целью избежать платы за проезд признано совершенным из корыстных побуждений» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1997 г. — №6 — с.11.

[20] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 1999 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, 2000 г. — №1. — стр. 7

[21] Определение ВК Верховного Суда РФ по делу Чуносова И.В. от 22 июля 1999 г. №2-076/99 «При квалификации убийства, совершенного при разбойном нападении, необходимо указывать лишь один признак п.»з» ст.105 УК РФ — «сопряженное с разбоем» и дополнительно приводить квалифицирующий признак «из корыстных побуждений» не требуется»

[22] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. — М.: Юрайт-М. — 2001. – с.337.

[23] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 3 июля 2002 г. «Отсутствие у виновного хулиганских побуждений к совершению преступлений явилось основанием для переквалификации содеянного им с ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ и с ч. 3 ст. 213 на ст. 115 УК РФ» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2002 г. — №11.

[24] Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 5 июля 2001 г. «Хулиганские действия, продолжением которых явилось убийство потерпевшего, как образующие идеальную совокупность с преступлением, предусмотренным п.»и» ч.2 ст.105 УК РФ, дополнительной квалификации по ст.213 УК РФ не требуют» (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — сентябрь 2002 г. — № 9.

[25] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 февраля 2001 г.

[26] Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ по делу Федорова С.Н. и Курганского В.Т. от 26 декабря 1996 г. № 5-0134/96 «Действия виновных, совершивших умышленное убийство по предварительному сговору группой лиц и с особой жестокостью, не могут квалифицироваться одновременно и как убийство с целью сокрытия этого же преступления»

www.allpravo.ru

Еще по теме:

  • Преступление понятие признаки шпаргалка 29. ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ Субъект преступления – это лицо, совершившее преступление и способное нести уголовную ответственность, обладающее признаками, установленными в законе. Признаки субъекта преступления: – физическое лицо – субъектом […]
  • Утратившие силу статьи ук рф Статьи ук рф утратившие силу список Статья 16. Утратила силу. - Федеральный закон от 08.12.2003 N 162-ФЗ. Перечень N 15 - содержал статьи УК РФ, предусматривающие в качестве квалифицирующего признака неоднократность совершения преступления (согласно Федеральному […]
  • Ч 2 ст 158 ук рф амнистия будет ли амнистия по статье 158 часть 2 две 158 ст части первые подходят под амнистию? статьи-подпадают,но ОСУЖДЕННЫЙ,судя по вашей информации, НЕ подпадает Две в одном, Настя, или как? почему две части? поясни Только если ваш знакомый инвалид, или чернобылец, или […]
  • Исковое заявление реконструкция дома Исковое заявление реконструкция дома 3. 6 (11,2 кв.м.), 7 (8,8 кв.м.), 8 (7,8 кв.м.), 9 (13,0 кв.м.), 10 (10,5 кв.м.), 11 (4,7 кв.м.). Всего площадь занимаемых истцами Петровыми помещений дома составляет 56,0 кв.м. что соответствует доле 594/1000 (по 297/1000 за […]
  • 102 статья ук рсфср Уголовный кодекс РСФСР 1960 года/Особенная часть. Глава 3 ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЖИЗНИ, ЗДОРОВЬЯ, СВОБОДЫ И ДОСТОИНСТВА ЛИЧНОСТИ Статья 102. Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах а) из корыстных побуждений; б) из хулиганских побуждений; в) лица в связи с […]
  • Приказ 210н 2009 Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 23 апреля 2009 г. N 210н "О номенклатуре специальностей специалистов с высшим и послевузовским медицинским и фармацевтическим образованием в сфере здравоохранения Российской Федерации" (с изменениями и […]
  • Приказ минфина рф от 65н Приказ Минфина России от 31 марта 2018 г. № 65н “О внесении изменений в приложения к приказу Министерства финансов Российской Федерации от 6 декабря 2010 г. № 162н «Об утверждении Плана счетов бюджетного учета и Инструкции по его применению» и признании утратившими […]
  • Размеры судебных штрафов в гражданском процессе Статья 105. Наложение судебных штрафов Комментарий к статье 105 1. Судебный штраф - это мера юридической ответственности, представляющая собой имущественную санкцию, применяемую судом к лицам, не исполняющим гражданские процессуальные обязанности. В соответствии с ГПК […]

Комментарии запрещены.