Закон работать не по специальности

Закон работать не по специальности

Госдума до конца года может принять поправки к Трудовому кодексу, которыми вводится обязательное применение профессиональных стандартов. К работникам будут предъявляться требования по уровню работы, стажу и набору умений, пишет «Коммерсантъ».

Законопроект был внесен летом 2014 года. В сентябре он был принят в первом чтении. Согласно ему, в Трудовом кодексе появится статья 195.2, в которой будет описано, как работодатели должны будут применять профессиональные стандарты. Они будут обязательными для государственных и муниципальных учреждений и организаций и для государственных внебюджетных фондов с 1 января 2016 года. «Госсектор стандартно во всех сферах первый», пояснили в Минтруде. С 1 января 2020 года профстандарты должны будут применять все работодатели.

«Проект был существенно доработан комитетом и будет рассмотрен ко второму чтению на следующей неделе», – заявила изданию глава комитета по труду и соцполитике Ольга Баталина. Законопроект поддержали в государственно-правовом управлении президента, Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) и Российском союзе промышленников и предпринимателей (РСПП). При этом в РСПП предложили при трудоустройстве учитывать «значимые при оценке профпригодности» личностные характеристики работника.

Сейчас Минюст зарегистрировал 199 профстандартов. К концу 2014 года их должно стать 350. Среди прочих были зарегистрированы и стандарты «корреспондент СМИ» и «редактор СМИ». При этом последние делятся на два типа. Те редакторы, кто занимается «работой над содержанием публикаций», должны иметь опыт «не менее шести месяцев работы корреспондентом» и обладать степенью бакалавра «в области СМИ». Редакторы, которые занимаются «организацией работы» редакции, должны иметь трехлетний опыт репортерской или редакторской работы. У корреспондентов требований по опыту работы и образованию нет.

При этом во всех стандартах указано, что работник должен иметь «необходимый» набор «трудовых действий» и «необходимых» умений и знаний. В частности, для корреспондента это «достоверные источники информации» и «правила охраны труда», уточняет издание.

За комментариями по поводу профессиональных стандартов «Коммерсантъ» обратился в ВГТРК. Официально комментировать их отказались, но источники в холдинге заявили, что у большинства корреспондентов и редакторов есть законченное высшее образование по специальности «журналистика».

Инициативу в разговоре с изданием раскритиковал главный редактор и владелец газеты «Московский комсомолец» Павел Гусев. Он заявил, что «последние пять-шесть лет» практически не берет на работу людей с журналистским образованием, и выразил надежду на изменение нормы. «Почему государство должно решать, кто должен писать, что писать и как писать?» – заявил он. В издании также ссылаются на статистику портала Superjob от 2005 года, согласно которой около 55% пользователей устраивались на работу не по специальности. При этом в некоторых областях уже есть жесткие требования, заявил изданию глава сервиса Алексей Захаров. «Ты не можешь стать врачом или летчиком, если у тебя нет соответствующего диплома. Что касается госслужбы – у нас был министр обороны без военного образования [Анатолий Сердюков], но убрали его не за это», – заявил он.

В 2011 году Владимир Путин предложил создать в России национальную систему сертификации специалистов для приоритетных отраслей экономики. «Ключевую роль в этой системе будут играть саморегулируемые бизнес-организации. Их представители должны войти в органы управления сертификационных центров, осуществлять контроль за качеством работы этих структур», – сказал Путин.

Он призывал ускорить разработку профессиональных стандартов и выработку ориентиров для учебных заведений – с какими знаниями и навыками они должна готовить специалистов. «Принципиально важно, чтобы в разработке профстандартов приняли участие работодатели, бизнес и профсоюзы», – добавлял Путин.

В разговоре с РБК в марте 2014 года вице-премьер России Ольга Голодец заявляла о том, что стандарты позволят экономить издержки при подготовке персонала. «Профстандарт – требования к той или иной профессии. Первыми утвердили требования к педагогу. Это было настоящим потрясением, когда на первое место специалисты, которые разрабатывали профстандарты, вписали мотивацию ребенка к образованию и развитию наряду с базовыми требованиями к образованию специалиста. Это было сродни революции. И стандарты, которые сегодня сформированы – это нормы, меняющие профессиональную карту каждой профессии. В будущем мы по-другому будем готовить педагогов и по-другому спрашивать с людей, которые занимают должности педагогов. Это касается и других профессий», – говорила она.

top.rbc.ru

Закон работать не по специальности

Работодатели будут обязаны применять профессиональные стандарты к работникам только в случаях, специально оговоренных Трудовым кодексом (ТК), федеральными законами и приказами профильных министерств, следует из текста доработанного ко второму чтению законопроекта о профстандартах (есть у РБК). Требования к квалификации работников и характеристики, предусмотренные профстандартами, но не указанные в ТК, законах или приказах министерств, будут применяться работодателями только в качестве основы для определения требований к квалификации своих работников с учетом особенност​​ей конкретного производства. Правило будет одинаково относиться и к государственному сектору, и к коммерческому – разграничения поправки не предусматривают.

Опасения на рынке

Сделать профстандарты обязательными для государственного сектора экономики – государственных организаций, госкомпаний и бюджетных учреждений президент Владимир Путин предложил в декабре 2013 года. Государство должно показать пример бизнесу, который не спешит участвовать в разработке профстандартов , пояснил тогда Путин. Из его слов следовало, что рано или поздно профстандарты станут обязательными для всех участников рынка – и для го​​ссектора, и для коммерческих предприятий, говорили позже депутаты Госдумы.

Первоначальный вариант законопроекта, внесенный в Госдуму правительством, предусматривал обязательное применение профстандартов только к работникам предприятий госсектора. Но ко второму чтению Минтруд предложил распространить норму и на коммерческие предприятия – с 1 января 2020 года (для госсектора правило должно было вступить в силу с 1 января 2016 года). Из публикаций СМИ о том варианте поправок следовало, что будет введен запрет на работу не по специальности.

Планы министерства вызвали панику на рынке и даже в отдельных министерствах. Категорически против обязательного применения стандартов выступил замминистра связи Алексей Волин: правило «абсолютно неприемлемо в медиасфере», где больше 50% работников имеют дипломы филологов, историков, социологов, юристов. Это не нужно даже в государственных СМИ: их главные редакторы лучше правительства знают, кто им нужен, пояснял Волин. От имени министерства он обещал требовать пересмотра утвержденных ранее профстандартов для журналистов, если закон будет принят в соответствии с планами Минтруда.

Комитет по труду с первоначальным подходом не согласился, и документ был существенно доработан при участии профсоюзов и РСПП. : «Доработанный законопроект учитывает специфику рынка труда — теперь обязательность применения профстандартов определяется, по сути, не этим документом, а наличием таких обязательных требований в базовых, профильных законах — если они есть сейчас, то они уже обязательны к выполнению», — пояснила РБК председатель комитета Госдумы по труду Ольга Баталина.

Сейчас обязательные требования к квалификациям установлены, в частности, для врачей, фармацевтов, педагогов, пилотов, диспетчеров гражданской авиации. Закон об охране здоровья граждан оговаривает обязанность медиков и фармацевтов иметь сертификаты специалистов, а приказ Министерства здравоохранения 2012 года определяет порядок получения таких сертификатов. Порядок допуска к работе руководящего и диспетчерского персонала гражданской авиации установлен приказом Министерства транспорта от 2010 года.

Опасности безосновательного расширения перечня специальностей, к которым применение профстандартов обязательно, нет, считает источник РБК в Госдуме: поправки в базовые законы, касающиеся тех или иных профессий, должны быть обоснованы – для случаев, при которых несоблюдение особых требований может представлять опасность для жизни и здоровья людей. Министерство труда получит право давать разъяснения по вопросам применения профстандартов, следует из доработанного текста законопроекта.

Польза для образования

Новая редакция закона закрепляет связь между профессиональными и образовательными стандартами : поправки в закон об образовании обяжут формировать государственные образовательные стандарты на основе профстандартов, а те должны будут учитываться при разработке профессиональных образовательных программ. Государственные образовательные стандарты должны быть приведены в соответствие с профстандартами в течение года со дня вступления закона в силу, сказано в итоговой версии законопроекта. Задача профстандарта – сшить систему образования с рынком труда; на первом этапе профстандарты важны для настройки системы образования, а когда она начнет поставлять специалистов, подготовленных в соответствии​ с профстандартами, работодатель сможет основывать на профстандартах свои внутренние документы, поясняет думский собеседник РБК.

«Доработанная версия законопроекта в наибольшей степени отвечает потребностям рынка труда: с одной стороны,​ появляются единые ориентиры для системы образования и работодателей в части того, каким должен быть конкретный специалист, и задается общий вектор движения к подготовке такого специалиста, с другой – р​ынок труда этими ориентирами не ломается. В этом смысле профстандарты скорее в помощь работодателю, чем в нагрузку», – считает Баталина.

Читайте так же:  Пособия для беременных в 2013 году

Прежде чем иметь специалиста на рынке, его нужно обучить, поэтому нормы жестко прописаны для системы образования, которая должна перенастроиться и преодолеть разрыв с рынком труда, перестать готовить специалистов, которых предстоит переучивать, но для работодателей жестких требований нет – у них останется свобода действий применять профстандарт с учетом специфики своей деятельности, поясняет депутат. Баталина надеется, что такой подход будет поддержан и профсоюзами, и работодателями.

Закон вступит в силу для всех категорий работодателей одновременно, это может произойти уже в этом году: ранее Баталина говорила, что рассчитывает на принятие документа в марте или апреле. Декабрьский вариант поправок предполагал вступление закона в силу с 1 января 2016 года для госсектора и с 1 января 2020 года – для коммерческого. В доработанном варианте законопроекта сроки его вступления в силу специально не оговорены – это означает, что он вступит в силу по общему правилу, через 10 дней после подписания президентом.

Недипломированный специалист: обяжут ли поправки в ТК работать по специальности?

Если вы работаете не по специальности, то возможно стоит поторопиться с тем, чтобы подтвердить свою квалификацию документами о профильном образовании: задуматься о том, что соответствовать занимаемой должности надо не только на деле, но и по документам, россиян призывают поправки к Трудовому кодексу. Что означают для работников новые требования по уровню образования, стажу работы и набору умений? Кого коснутся зарегистрированные стандарты и смогут ли россияне работать без профильного образования при измененном ТК?

Регулируем и стандартизируем

Поправки в Трудовой кодекс, содержащие новые требования к работникам, были приняты еще в середине 2015 года. Изначально «стандартизировать» предлагалось сотрудников госсектора – о том, что профстандарты для чиновников будут обязательными, Владимир Путин предупреждал еще в конце 2013 года, а полгода спустя соответствующие поправки в гл. 31 ТК (о подготовке работников) уже были внесены в Госдуму правительством.

«Введение профстандартов изначально преследовало цель адаптировать программы профобразования и содержание ранее утвержденных квалификационных характеристик, содержащихся в справочниках профессий и должностей, к современным требованиям, предъявляемым к квалификации работников», – объясняет Владимир Степанов, юрист практики трудового права ЕПАМ. Подобный подход законодателя ему представляется обоснованным.

Профстандарты, разработка которых должна быть завершена в первой половине 2016 года, будут применяться в организациях с госучастием, бюджетных и унитарных учреждениях. То, что для государственного и муниципального (публичного) сектора эту идею можно назвать вполне разумной, считает и Александр Ксенофонтов, руководитель группы трудового и спортивного права юридической фирмы «Юст». «Государство вправе установить квалификационные требования к людям, которых оно само нанимает на работу, поскольку в этой ситуации государство является «хозяином предприятия» и может устанавливать правила в своем хозяйстве», – говорит Ксенофонтов. Примерно такая же ситуация с муниципальным сектором, отмечает он: «Отличие только в том, что ограничение вводится не самими муниципальным властями, а федеральным законодателем. То есть здесь не «хозяин предприятия» устанавливает квалификационные требования, а государство в публичных интересах, в данном случае в интересах муниципальных образований, их жителей».

Как убеждает Максим Топилин, министр труда и социальной защиты, на всех специалистов требования о наличии соответствующего диплома распространяться не будут. Он пояснил, что есть ряд специальностей, где профильный диплом обязателен, – это врачи, педагоги, сварщики и другие. «Здесь работодатель обязан соблюдать определенные стандарты», – уточнил министр.

«Если будут разработаны законодательные рамки для специалистов, от которых напрямую зависит здоровье и уровень жизни граждан (чиновники, медицинские работники, преподаватели), то это станет шагом в нужном направлении», – соглашается Владимир Телятников, управляющий директор Brightmen Solutions. «Будет интересно наблюдать, кто останется в госсекторе, когда спортсменам, врачам, актерам придется пойти заниматься основным ремеслом, уступив места политологам и экономистам», – иронизирует он.

Грядут большие перемены

Перемены в отношении тех, кто работает на государство, – только начало большого пути. С момента вступления в силу ст. 195.3 ТК РФ будет действовать следующее правило: если требования к квалификации, необходимой работнику для выполнения определенной трудовой функции, установлены ТК РФ, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами РФ, профессиональные стандарты в части указанных требований обязательны для применения работодателями – в том числе и частными компаниями. По новому порядку обязать работодателя применять профстандарты можно будет путем принятия любого нормативного правового акта, пишет «Экономика и жизнь». Это означает, что есть риск того, что для каждой профессии такие акты могут появляться хаотично с подачи разных ведомств – что создаст дополнительные трудности как для работодателей, так и для сотрудников.

Перспективы трудоустраивать исключительно по специальности в экспертном сообществе вызывают обоснованные сомнения – в том числе и с точки зрения соответствия подобных предложений Конституции. «В соответствии со статьей 34 Конституции России каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Статья 37 Конституции России предусматривает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Данные нормы означают, что каждый предприниматель вправе решать, каких работников он хочет нанять, а каждый человек, готовый работать, – кем он хочет работать», – разъясняет Александр Ксенофонтов.

«Право работодателя самостоятельно принимать кадровые решения, осуществлять подбор и расстановку персонала установлено законом, – соглашается Владимир Степанов. – То есть компания сама определяет, какая квалификация требуется для занятия определенной должности и каков размер оплаты труда. Следовательно, введение обязательных для всех профстандартов данное право ограничит».

Согласно статье 55 Конституции России права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, напоминает Ксенофонтов. В этой связи обязательное использование профессиональных стандартов в частном секторе будет оправданным, если только данное ограничение (требование) будет установлено в указанных целях, полагает он: «В противном случае такое обязательное использование будет неправомерно ограничивать конституционные свободы: предпринимательской деятельности и труда».

Различия легко проследить на примерах. Например, уже сейчас статья 330.2 Трудового кодекса России предусматривает, что лица, принимаемые на подземные работы, должны отвечать соответствующим профессиональным стандартам, приводит пример Ксенофонтов. В этом случае обязательное использование профессиональных стандартов является конституционным, поскольку подземные работы, с одной стороны, связаны с большим риском, а с другой стороны, требуют определенных знаний, умений, опыта, поясняет юрист, поэтому в целях защиты здоровья, прав и законных интересов других лиц, законодатель обоснованно обязал использовать профессиональные стандарты. «В свою очередь, отсутствие определенной квалификации, например, у официанта в кафе, парикмахера, дизайнера, повара вряд ли может создать угрозу конституционно значимым ценностям. В этой связи во многих случаях необходимо, по моему мнению, предоставить именно сторонам трудовых отношений свободу определения квалификационных требований к работнику», – заключает он.

Обоснованным представляется подход, который отражен в уже принятых поправках и будет применяться с 1 июля 2016 г., – профстандарты обязательны для применения в случаях, предусмотренных законом, полагает Степанов. В иных случаях логично применять профстандарты в качестве основы для определения требований к квалификации работников.

Профстандарт гарантирует квалификацию

Те, кто близок к академической среде, нововведения только приветствуют: специалист сможет делать работу более профессионально. Сегодня в вузах действуют образовательные стандарты третьего поколения, предусматривающие формирование у выпускников компетенций, связанных в том числе и с их специализацией, говорит Анастасия Рагулина, заместитель директора по научной работе юридической группы «Яковлев и партнеры», к. ю. н., доцент кафедры уголовного права МГЮА им. Кутафина.

«В процессе обучения студент имеет возможность применить полученные теоретические знания на практике, количество часов которой вполне достаточно для понимания существа избранной профессии, – отмечает она. – Поэтому логичным будет предположить, что выпускник, получивший соответствующие знания и умения в ходе обучения, сможет более эффективно и профессионально справляться с возложенными на него обязанностями».

Логичным считает Анастасия Рагулина и то, что требования к специалистам, обучавшимся на бюджете, выдвигает государство: «Если выпускник вуза будет работать не по специальности, то он не оправдает затрат бюджета и со временем утратит все приобретенные навыки. Такое положение вещей вряд ли можно признать оправданным». Для вчерашних школьников, которые с выбором профессии определились не до конца, необходимо создать больше возможностей для профориентации, считает Рагулина.

Читайте так же:  Налог на линии электропередачи

«Система профстандартов в государстве, по сути, должна стать одним из главных инструментов модернизации экономики и сближения потребностей рынка труда с системой образования», – уверена и Ольга Баталина, глава думского комитета по труду и соцполитике.

Практика, далекая от теорий

Впрочем, на практике не все проходит гладко. Подавляющее большинство (больше 60 %) начинают карьерный путь с выбора профессии не по специальности, говорит Телятников. «Связано это, в первую очередь, конечно, с финансовым вопросом, всем хочется быстрых денег, а карьера того же инженера займет больше времени, чем менеджера по продажам», – объясняет он. Часть специалистов в итоге возвращается в профессию через какое-то время, но нельзя сбрасывать со счетов и остальных, которые добиваются успеха в областях, не связанных напрямую с дипломом, не стоит, предостерегает он.

«Конечно, трудоустроить по специальности всех россиян невозможно, это какая-то идеальная картина мира, которая не имеет ничего общего с действительностью», – констатирует Владимир Телятников. «Во-первых, нет столько рабочих мест по специальности, например проектирование и разработка летательных аппаратов, исследование глубин океана и так далее. Во-вторых, не каждый выпускник школы отчетливо понимает, чем ему будет интересно заниматься в 23 года и в какой экономике он окажется через пять лет после поступления в вуз, будет ли его профессия востребована в тот момент? Не говоря уже о том, что жизнь все же длинная и в процессе круг профессиональных интересов может меняться», – поясняет он.

Впрочем, пока в кадровых агентствах особой проблемы в новом законодательстве не видят. В том же юридическом сегменте говорить о людях без профильного образования в профессии не приходится, признает Мария Хандрос, старший консультант Hays, да и большинство технических специалистов вряд ли испытают сложности в связи с новым законодательством – даже если допустить возможность его дальнейшего ужесточения.

Для остальных несоответствие диплома должности тоже не будет неразрешимой проблемой. Спасти ситуацию может дополнительное образование, которое может получить работник. Единственный – впрочем, немаловажный – вопрос – кто будет это оплачивать, признает Хандрос, и здесь речь будет идти о том, насколько работодатель дорожит тем или иным специалистом. «В любом случае, похоже, что допобразование ждет «золотой век», – предполагает она.

Российский налогоплательщик получил займы от иностранных взаимозависимых компаний из Австрии и Кипра и уплачивал по ним проценты. ФНС частично приравняла указанные проценты к дивидендам на основании правил тонкой капитализации и начислила на них налог по ставке 15% с учетом положений международного договора. Налогоплательщик указывал на необходимость применения ставки 5%. Налоговые органы и суды трех инстанций ему отказали, сославшись на то, что иностранные займодавцы не имели прямых инвестиций в капитал российских заемщиков. Когда дело дошло до Верховного суда, тот установил: сумма займа, проценты по которому приравнены к дивидендам, фактически является инвестициями в капитал российского заемщика. По мнению ВС, отсутствие между заемщиком и займодавцем оформленных акционерных отношений не может являться основанием для лишения иностранного лица, фактически осуществившего инвестицию в капитал российского заемщика, права на применение пониженной ставки налога (№ А40-176513/2016).

«Это дело показывает готовность ВС учитывать экономическую сущность сложившихся отношений, несмотря на правовые пробелы в некоторых вопросах применения правил недостаточной капитализации. Будем надеяться, что аналогичным образом ВС будет рассматривать споры, касающиеся контролируемых иностранных компаний и положений о лицах, имеющих фактическое право на доходы», – заявил юрист Налоговой практики VEGAS LEX Денис Кожевников. «Еще один положительный момент этого спора: ВС сослался на комментарии Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в части возможности отнесения займов, проценты по которым переквалифицированы в дивиденды, к вложениям в капитал российской компании. Это еще раз подтверждает возможность ссылок налогоплательщиков на комментарии к Модельной конвенции ОЭСР», – считает руководитель Налоговой практики Noerr Максим Владимиров.

«Нельзя не упомянуть: отправляя это дело на новое рассмотрение, коллегия призвала нижестоящие суды протестировать доходы в виде процентов по займам иностранных компаний по правилам, направленным на борьбу с уклонением от налогообложения с использованием бенефициарного собственника. Таким образом, ВС потребовал от нижестоящих судов исследовать дополнительный довод в пользу ФНС, который сам налоговый орган, судя по всему, не заявлял. Не приняла ли на себя коллегия чрезмерно активную роль и не нарушила ли она принцип состязательности сторон?» – задается вопросом старший юрист Налоговой практики Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Кирилл Рубальский.

Как и предыдущее дело, спор налоговой с «СУЭК-Кузбасс» разгорелся из-за вопроса: имеет ли право российская организация-налогоплательщик применять минимальную ставку налога на дивиденды к процентам, переквалифицированным в дивиденды по правилам «тонкой капитализации»? ВС указал на недопустимость частичной переквалификации, когда проценты приравниваются к дивидендам, а тело займа, соответствующее этим процентам, не переквалифицируется (№ А27-25564/2015).

«Это знаковое дело о комплексной переквалификации контролируемой задолженности в капитал для применения льготных налоговых ставок к сверхнормативным процентам, переквалифицированным в дивиденды. Именно комплексная, а не фрагментарная переквалификация представляет собой наибольшую ценность. Позиция ВС с успехом может применяться и в других делах, где всплывает тема налоговой реконструкции», – уверен партнер Taxology Алексей Артюх.

В результате признания договора купли-продажи недействительным организация-налогоплательщик, ранее продавшая движимое имущество, получила его обратно и вернула покупателю деньги. После этого организация подала уточненную налоговую декларацию, исключив стоимость ранее реализованных объектов из своей налоговой базы по НДС за налоговый период, в котором было продано имущество. ФНС с этим не согласилась, посчитав, что возврат имущества являлся новой хозяйственной операцией, налоговые последствия которой должны быть отражены в периоде ее совершения. ВС разрешил спор в пользу налогоплательщика. Он указал: поскольку законодательство в случае признания сделки недействительной не устанавливает порядок корректировки у налогоплательщика-продавца ранее исчисленной с реализации товара суммы НДС, переход права собственности на товар не считается состоявшимся, а действия налогоплательщика должны признаваться правомерными (№ А33-17038/2015).

«Впервые ВС провозгласил, что налоговые органы не должны злоупотреблять своими правами в фискальных и личных интересах. Тем самым признано, что не только налогоплательщики, но и налоговые органы могут создавать налоговые схемы, и это недопустимо ни для одной из сторон. Принцип добросовестности действует зеркально – он не только для налогоплательщиков, но и для налоговых инспекций», – считает Вадим Зарипов, руководитель аналитической службы ЮК «Пепеляев Групп», которая вела это дело. «Как указал ВС, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности. Он предполагает учет законных интересов налогоплательщиков и недопустимость создания условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону. На моей памяти это одно из первых дел, в котором ВС говорит о добросовестности и налогового органа, и налогоплательщика», – сообщил партнер ЮФ «КИАП» Андрей Зуйков. «В деле поднят вопрос о последовательности позиции налогового органа, своего рода процедурно-процессуальном эстоппеле. Когда инспекция заняла позицию об определенной квалификации операции, впоследствии она не вправе менять ее, если в результате налогоплательщик потеряет право на обоснованную налоговую выгоду из-за пропуска срока возмещения налога», – отметил Артюх. «Кроме того, коллегия указала: возникший спор был обусловлен как пробелом в правовом регулировании, так и действиями налоговой, отказавшейся в нарушение закона предоставить налогоплательщику информацию о порядке исчисления налога. Это указание коллегии говорит: способом снижения налоговых рисков в спорных ситуациях может служить прямое официальное обращение к ФНС за разъяснениями», – сообщил Рубальский.

Налогоплательщик представил уточненную декларацию, и спустя 22 месяца ФНС назначила повторную выездную налоговую проверку. Ее обжалование и стало предметом спора. ВС признал: формально ограничительных сроков в законе нет, однако это не означает невозможность применения общих принципов разумности и недопустимости избыточного налогового контроля. По мнению ВС, назначение повторной проверки через 22 месяца – это значительно, а потому налоговая обязана доказать наличие непреодолимых препятствий к организации проверки в более разумные сроки (№ А40-230080/2016).

«После этого спора для налогоплательщиков несколько повысилась определенность и возникли гарантии неизменности налоговых обязательств в отношении давно завершенных периодов», – считает Артюх, который вел этот спор. «Теперь налогоплательщики, подав уточненную декларацию за уже закрытый выездной проверкой налоговый период, вновь открывают его для повторной проверки. При этом из определения прямо не следует, что проверка может касаться только тех показателей уточненной декларации, по которым было произведено уточнение», – заметил Рубальский. «Хочется надеяться, что срок проведения повторной выездной проверки будет объективным и разумным как по отношению к фискальным органам, так и к самим налогоплательщикам», – заявил Зуйков.

Читайте так же:  Родительское собрание по теме поощрение и наказание детей в семье

Налогоплательщик учел срок исковой давности, который истек в одном из предыдущих налоговых периодов, в составе расходов текущего периода. В связи с истечением срока исковой давности он списал дебиторскую задолженность. Налоговый орган с таким подходом не согласился: по его мнению, налогоплательщик не вправе исправлять ошибки в исчислении налоговой базы, которые привели к переплате налога в следующем налоговом периоде. ВС разрешил спор в пользу налогоплательщика. Суд со ссылкой на п. 1 ст. 54 НК отметил: налогоплательщик вправе провести перерасчет налоговой базы и суммы налога за налоговый период, в котором выявлены ошибки, относящиеся к прошлым налоговым периодам, когда допущенные ошибки привели к излишней уплате налога (№ А41-17865/2016).

«Этим делом фактически окончены споры вокруг применения ст. 54 НК в части возможности корректировать ошибки в следующих периодах или в периоде совершения такой ошибки. Порядок исправления ошибки остается на усмотрение налогоплательщика. Но при этом глубина исправления ошибок ограничена общим трехлетним сроком на возврат и зачет налоговых переплат. Такая гибкость важна для налогоплательщиков при эффективном налоговом планировании», – считает Артюх. «Раньше налоговые органы нередко предъявляли налогоплательщикам претензии по поводу отражения расходов прошлых периодов в текущем периоде. Хочется верить, что после принятия рассматриваемого определения число таких претензий существенно снизится», – заявил Рубальский.

Налогоплательщик 8 лет платил НДФЛ и подавал декларацию о сдаче недвижимости в аренду. Затем он зарегистрировался в качестве ИП и продал свое имущество. Фискальный орган начислил недоимку, посчитав, что сдача в аренду имущества задолго до получения статуса ИП может быть расценена как предпринимательская деятельность. Суд счёл требования налоговой незаконными. Он указал: если ФНС не обращается к налогоплательщику за объяснениями или документами, подтверждающими НДФЛ, то у нее нет сомнений в правильности уплаты этих налогов. В противном случае можно говорить о произволе налоговых органов. Еще один спорный вопрос заключался в режиме налогообложения дохода ИП от продажи принадлежавшего ему нежилого помещения. ВС решил: вопрос законности доначисления налога по УСН с продажи доли в праве собственности напрямую зависит от того, была ли у налоговой ранее информация, позволяющая квалифицировать эту деятельность, как предпринимательскую (№ А53-18839/2016).

«Я очень позитивно оцениваю это дело. Однако стоит отметить, что оно идет вразрез с многочисленной практикой, когда по результатам выездной налоговой проверки ФНС переоценивает выводы, сделанные в ходе камеральной проверки. В результате этого налогоплательщики получают неожиданные налоговые претензии по казалось уже подтвержденным расходам и вычетам», – сообщил Зуйков. «Коллегия начала делать акцент на наличие у ФНС ряда обязанностей по отношению к налогоплательщикам в области информационного взаимодействия. Этот факт, безусловно, следует оценивать положительно. На практике налоговые имеют свойство забывать о таких обязанностях, и зачастую это не оборачивается для них какими-либо негативными последствиями в суде», – отметил Рубальский.

Между правопредшественником налогоплательщика и взаимозависимыми лицами были заключены договоры займа, по которым начислялись проценты. В связи с этим налогоплательщик уменьшил налоговую базу по налогу на прибыль на сумму убытков. ФНС это не устроило: по ее мнению, имело место не предоставление займов, а инвестирование денег в целях приобретения контроля над производителем сырья. В обоснование своей позиции налоговая указала: договоры займа не исполнялись сторонами сделки, срок погашения займов неоднократно переносился, заемщик не имел источник дохода для возврата займов, а заимодавцы полностью разделяли риски заемщика. Поэтому налоговая отказала в учете суммы процентов в составе расходов. Но суды встали на сторону налогоплательщика. Они отметили: вся сумма по договорам займа была предоставлена в пользу заемщиков, деньги использовались в соответствии с указанной в договорах целью, налогоплательщик стал собственником акций компаний, в настоящий момент договоры займа погашены (№ А66-7018/2016).

«Продолжает сохраняться критический подход к оценке структур, связанных с привлечением заемных средств от аффилированных компаний. Вместе с тем мы видим новый тренд в оценке налоговыми хозяйственных операций в отношении предоставления заемного финансирования, а именно осуществление переквалификации заемных отношений в инвестиционные. Налогоплательщикам стоит критически подойти к оценке отношений, связанных с договорами займов, особенно внутри группы, – это поможет снизить риск осуществления переквалификации», – считает партнер EY, руководитель Практики разрешения налоговых споров в России Алексей Нестеренко. «Примечательно, что в этом деле налогоплательщик использовал в том числе правовое заключение о природе займа и инвестиций, полученное в Исследовательском центре частного права имени С. С. Алексеева при Президенте», – отметил Артюх.

ПАО «Уралкалий» оспаривал применение цен в контролируемой сделке по поставке удобрений в адрес взаимозависимого трейдера в Швейцарии. Налоговая сочла, что налогоплательщик применил неправильный метод определения рыночной цены. Суд первой инстанции встал на сторону налогоплательщика, апелляция отменила это решение и поддержала налоговую. Окружной суд, направляя дело на новое рассмотрение, сформулировал ряд выводов. Во-первых, правильное применение различных методов определения рыночной цены не должно давать слишком больших отклонений, что может говорить о методологических ошибках в позициях сторон. Во-вторых, даже при проверках контролируемых сделок ФНС должна убедиться в наличии или отсутствии в действиях налогоплательщика признаков получения необоснованной налоговой выгоды. В-третьих, кассационный суд прямо допустил и даже настойчиво рекомендовал привлекать экспертов к рассмотрению дел подобной категории (№ А40-29025/2017).

«Кроме того, неожиданным и достаточно опасным явился довод суда о необходимости исследовать вопрос деловой цели и выявить, что действия налогоплательщика были направлены исключительно на получение налоговой экономии. Такой подход приводит к смешению совершенно различных категорий дел: по контролю трансфертных цен и по обвинению в получении необоснованной налоговой выгоды. Эти правонарушения должны проверяться разными налоговыми органами, по различным правилам и с различными правовыми последствиями. Смешение этих категорий дел может привести к тому, что территориальные налоговые органы еще больше будут вторгаться в контроль цен для целей налогообложения, а ФНС – заниматься проверкой наличия различных злоупотреблений в налоговой сфере», – считает партнер, директор Департамента налоговых споров ФБК Грант Торнтон Галина Акчурина.

В 2011 году ООО «Крафт Фудс Рус» (сейчас «Мон’дэлис Русь») купило у Cadbury Russia Two Limited (СRT) 100%-ную долю в ООО «Дирол Кэдбери» за 12,9 млрд руб. Структурирована эта сделка была с применением новации – обычную оплату заменили обязательством по кредитным нотам с процентами по ставке. В итоге компании «Мон’дэлис Русь» доначислили налоги, пени и штрафы на общую сумму около 740 млн руб., причем большая часть претензий была связана с конфигурацией той самой сделки. Налоговики, а вслед за ними и суд сделали заключение, что сделка по покупке «Дирол Кэдбери» являлась нереальной. Целью совершенных операций, по их мнению, было скрытое распределение прибыли «Крафт Фудс Рус» в адрес холдинга (№ А11-6203/2016).

«В этом деле имело место стандартное корпоративное структурирование сделки по приобретению актива. Причина интереса к сделке со стороны налогового органа – в процентах по займу, которым стороны заменили обычное денежное исполнение. Хотя решать, у кого и на каких условиях приобретать актив, может только налогоплательщик. На мой взгляд, в этом деле нет признаков уклонения от налогообложения, хотя акценты, которые сделала ФНС при обосновании своих претензий, на первый взгляд могут говорить об обратном. Я считаю, произошло вмешательство в предпринимательское усмотрение и переоценка целесообразности бизнес-решений налогоплательщика, что недопустимо с позиций, сформулированных в постановлении Пленума ВАС № 53 и актах Конституционного суда», – отметил Зуйков.

Ранее действовавший закон о страховых взносах запрещал возврат соответствующей переплаты, если пенсионные взносы уже были разнесены по счетам индивидуального учета застрахованных работников, но позволял зачесть такую переплату в счет будущих платежей. Однако после 1 января 2017 года документ утратил силу, при этом администрирование взносов было передано в налоговые органы, а регулирование самих взносов вновь оказалось в НК. Компания «Газпромнефть-Развитие» попыталась вернуть переплату по страховым взносам, образовавшуюся до 2017 года, но и внебюджетные фонды, и суды ей отказали (№ А56-67008/17).

«Суды лишили плательщиков совершенно обоснованного права на корректировку обязательств и нарушили неприкосновенность их права собственности на переплаченные суммы. Причины этого понятны – изменение регулирования, порядка исчисления и отражения взносов, а также смена администратора, который не может технически осуществить зачет. Тем не менее такое обессмысливание правовых норм судебной практикой заслуживает самого пристального внимания со стороны вышестоящих судов прежде всего ВС», – считает Артюх.

pravo.ru


Обсуждение закрыто.