Тарас бульба спор с кошевым

Тарас бульба спор с кошевым

Свободный обмен школьными сочинениями 5-11 класс

  • Введите дополнительный текст около ссылок социальных сетей. Например кто автор этого сайта.
    • Автор: Н. В. Гоголь
    • Произведение: Тарас Бульба
    • Это сочинение списано 10 286 раз

    Легендарная Запорожская Сечь — это идеальная республика, о которой мечтал Н. Гоголь. Только в такой среде, по мнению писателя, могли формироваться могучие характеры, смелые натуры, настоящие дружба и благородство.

    Знакомство с Тарасом Бульбой происходит в мирной домашней обстановке. Только что вернулись с учёбы его сыновья, Остап и Андрий. Они — особая гордость Тараса. Бульба считает, что духовное образование, которое получили сыновья, — это лишь малая часть того, что нужно юноше. «Всё это дрянь, чем набивают головы ваши». «Ваша нежба — чистое поле да добрый конь». Главное — это боевая учёба. А осуществиться это может только в условиях Запорожской Сечи. Сам Тарас Бульба — полковник, представитель командного состава казачества. Он суров и непреклонен. Для семейного очага не создан. Тарас Бульба после приезда сыновей решает, что их нужно отправить на Сечь. Да так разошёлся, что и сам собрался ехать с сыновьями: «Какого дьявола мне здесь ждать! Чтоб я стал гречкосеем». Сказано — сделано. Тарас был страшно упрямым и от своего слова не отступал. Утром он вместе с Остапом и Андрием едет на Сечь. И как ни плакала его жена, что и насмотреться ещё не успела на сыночков своих, Бульба, хотя и был смущён, старался этого не показывать.

    Что же видят сыновья Бульбы, приехав на Сечь? Ведь отец везёт их сюда, чтобы они поучились ратному делу. Сечь не любила утруждать себя какими-то военными упражнениями. Иногда казаки стреляли в цель, устраивали конные скачки. А в остальное время? А «всё прочее время отдавалось гульбе — признаку широкого разлёта душевной воли». Сечь напоминала «какое-то беспрерывное пиршество», бал, который начался, а конца ему не видно. И это пиршество завораживало: пили не с горя, а от весёлости. А что же, по мнению казаков, «неприлично благородному человеку»? Быть без битвы. Остап и Андрий со всей юношеской пылкостью бросились в это «разгульное море». Вскоре молодые казаки стали на хорошем счету, потому что бойко и метко стреляли, могли переплыть Днепр против течения. Но вот отцу их, Тарасу, не нравилась такая жизнь.

    Ему хотелось настоящего дела. Своим сыновьям он готовил другую деятельность. И поэтому думает над тем, как поднять Сечь на настоящее «отважное предприятие, где бы можно было разгуляться как следует рыцарю». «Разгуляться» — это не только бражничать. Для Тараса — это ещё и воевать. Ему нужна была война. Ради неё он готов был нарушить мир, клятву, даже если клялись верой православной. Кошевой отказывает Тарасу поднимать Сечь и идти на турков или татар. Но Тарас страшно упрям. Он тут же решает отомстить кошевому. Сговорился с некоторыми казаками, подпоил их, и по его подсказке выбирают другого кошевого, который нужен Бульбе. Но война нужна не только Тарасу. «Многие запорожцы позадолжали в шинках жидам и своим собратьям столько… » А есть много таких казаков, которые понятия не имели, что такое война. А Бульба считал, что молодому человеку без войны нельзя. А тут ещё на Сечь прибывают казаки, которые сообщают о бесчинствах поляков на Гетьманщине. И всё — Сечь поднялась. И скоро «весь польский юго-запад сделался добычею страха». Всюду пронеслись слухи: «Запорожцы! » Добился упрямый Тарас, чего хотел: узнают его сыновья, что такое «настоящее дело». Только, какой ценой!

    resoch.ru

    Н. Лысенко. Тарас Бульба

    Историческая опера в пяти актах (семи картинах)

    Либретто М. Старицкого

    Полковники, сотники, есаулы из казачьего обоза, казаки-запорожцы, сечевые, старцы, дворовая шляхта воеводы, паны и пани, гайдуки, бурсаки, торговки, соседи — гости в доме Бульбы, парни и девушки.

    Место действия: Киев, хутор, Запорожье, Дубно и его окрестности.

    ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ

    Оперу на сюжет повести Н. В. Гоголя «Тарас Бульба»Лысенко задумал в 1874 году во время пребывания в Петербурге, но к осуществлению этого замысла приступил лишь шесть лет спустя. Сочинение оперы продвигалось медленно и заняло в общей сложности десять лет. В 1890 году клавир был закончен и заслужил одобрение П. И. Чайковского. Однако скромный и самокритичный композитор не спешил с ее постановкой. При его жизни «Тарас Бульба» так и не увидел света рампы. Премьера оперы состоялась уже после Великой Октябрьской социалистической революции 4 октября 1924 года на сцене Харьковского оперного театра. Позже композиторы Л. Н. Ревуцкий и Б. Н. Лятошинский совместно с поэтом М. Рыльским сделали новую редакцию оперы.

    Повесть Гоголя (1835) использована в либретто лишь частично, опера завершается смертью Андрия. В то же время в нее включены новые эпизоды, расширены польские сцены, введена фигура народного певца — кобзаря. Облик главного героя — мужественного патриота Тараса — сохранил близость к литературному прототипу.

    СЮЖЕТ

    Площадь в Киеве перед Братским монастырем; невдалеке раскинулся базар. Старый кобзарь повествует собравшимся о героическом прошлом запорожских казаков. И сейчас, в тяжелую для Украины годину, певец призывает постоять за отчизну. Из монастыря выходят Тарас с сыновьями. Оставляя их в бурсе на учение, он просит монаха воспитывать молодых казаков в любви к родной Украине. Андрий рассказывает брату о встрече с пленившей его прекрасной панночкой. Приближается католическая процессия. Впереди — Воевода с дочерью. Неожиданно для себя Андрий узнает в ней свою избранницу. Не слушая предостережений Остапа, он решается добиться встречи.

    Дочь Воеводы Марильца мечтает о приглянувшемся ей бурсаке. Появляется Андрий, тайком проникший в замок. Обрадованная Марильца кокетничает с Андрием, наряжает его для забавы девушкой. Внезапно слышатся приближающиеся шаги Воеводы. Андрия прячут. Но услышав, как отец строго выговаривает дочери за ее отказ знатному жениху, чувствуя свое унижение, Андрий выпрыгивает из окна в сад. Беглеца замечает прислуга. Однако служанка не выдает Марильцу и упорно повторяет грозному Воеводе, что в комнате никого не было. Челяди не удается поймать Андрия; Марильца торжествует.

    Жена Тараса с нетерпением ждет сыновей. Наконец они появляются в родном доме в сопровождении отца и толпы гостей. Тарас провозглашает тост за то, чтобы его сыны сумели отличиться в бою с врагами родины. Гости славят молодецкую удаль лихих казаков. Не дав сыновьям отдохнуть с дороги, Тарас тотчас же отправляется с ними в Запорожскую Сечь.

    Приехав в Сечь, Тарас, полковник казацкого войска, .ратует за выборы нового кошевого: запорожцы сидят без дела, а поляки тем временем терзают Украину! Набат сзывает казаков на раду. Разгораются жаркие споры, кого избрать новым кошевым. Гонец, прибывший с Украины, рассказывает о бесчинствах и насилиях поляков: церкви закрыты, старшины замучены, гетман предательски умерщвлен в Варшаве. Единое стремление охватывает войско: скорее в поход, отомстить врагу.

    Казаки осадили польскую крепость в Дубно. Ночь. Не спит лишь Андрий, мечтающий о Марильце. Кто-то тихо произносит его имя. Это — служанка панночки, проникшая сюда из крепости через подземный ход. С ужасом Андрий узнает, что его возлюбленной грозит голодная смерть. Собрав припасы, он спешит вслед за служанкой в крепость.

    Покои дубенского Воеводы. Поляки, изнуренные долгой осадой, молятся о спасении. Появляется Андрий. Ослепленный красотой Марильцы, он отрекается от родины.

    Воевода и именитые шляхтичи благодарят казака за помощь. Однако, когда Андрий осмеливается просить руки Марильцы, Воевода вспыхивает гневом. Шляхта же видит в приходе запорожца десницу божию. Вняв их совету и мольбам дочери, Воевода благословляет молодых и доверяет Андрию командование войском.

    Тарас, избранный наказным атаманом, вдохновляет казаков на штурм крепости. От маркитанта Янкеля, побывавшего в Дубно, Бульба узнает об измене Андрия. В отчаянии отец проклинает день, когда у него родился сын-предатель. Завязывается сражение. Из крепости во главе польского войска выезжает Андрий. Тарас стреляет в изменника. Андрий умирает с именем Марильцы на устах. В лютой ярости, сокрушая все на своем пути, бросаются запорожцы на приступ.

    МУЗЫКА

    Лучшие страницы оперы связаны с изображением героической борьбы мужественного и вольнолюбивого казачества. Музыка рисует сильные и самобытные национальные характеры, колоритные бытовые картины, поэтичные образы природы. Она изобилует запоминающимися, выразительными мелодиями, проникнутыми духом украинского фольклора.

    Увертюра открывается суровыми призывными возгласами оркестра, которые сменяются то лирическими, то героическими мелодиями Завершается увертюра энергичным народным напевом «Засвистали козаченьки». 1

    Читайте так же:  Правило перевозки пассажиров пдд

    Первая картина первого акта — большая народная сцена. В обстановку драмы вводит дума кобзаря «Ох, не черная туча над Украиной повисла», выдержанная в характере украинской думы; повествование венчается взволнованным и страстным призывом к восстанию. Дума сменяется шуточным плясовым напевом «А мой батька чеботарь». Шляхтичи обрисованы музыкой, выдержанной в ритме мазурки. Лирическое раздумье Тараса «Когда ж, осиленный годами» исполнено благородства и сдержанной скорби. В сцене с Остапом Андрий предстает пылким, восторженным юношей. Резкий контраст его лирическим высказываниям создает аскетичный, монотонный церковный хорал поляков.

    Во второй картине печально звучит задушевный хор украинских девушек-невольниц «Ох, низко, низко, гнет калину буйный ветер», основанный на народной мелодии. Этим хором обрамлена ариетта Марильцы «Родилась я в пышных залах», написанная в ритме кокетливой мазурки, и изящная ария-вальс «Вот так статуя», в которых вырисовывается облик избалованной, беспечной и холодной панночки.

    В центре второго акта — массовая сцена, которой предшествуют выразительное ариозо тоскующей Насти «Вот, жизнь прошла» и ее светлая и безмятежная ария «Возвратятся, сердечные». Торжественный застольный хор сродни обрядовым народным величаниям. Могучей, уверенной силой дышит полная горделивого достоинства песня Тараса «Ой, летает орел». Ее сменяет народная песня-танец «Девицы-красавицы» и плясовая «Казачок». Завершает акт драматическое ариозо Насти «Кто отнимет мою радость», близкое народным причитаниям.

    Третий акт — Запорожская Сечь. Начальная размашистая песня «Эй, не дивитесь, добрые люди» (слова народные) полна удали и молодечества. В массовых сценах с большой силой переданы разноречивые чувства народа. Переломный момент в развитии действия — рассказ гонца, который рождает мощный призыв к решительной схватке (хор «В поход скорей»).

    Первая картина четвертого акта открывается лирически-мечтательной каватиной Андрия «Я вижу Киев». Татарка обрисована мягкими, вкрадчивыми музыкальными фразами.

    Центр второй картины образует лирический дуэт Марильцы и Андрия. В партии Андрия сменяются различные оттенки чувств — от робкой нежности до порывистой страстности. Более искренно и тепло звучат слова Марильцы. Величавый хор «Слава», написанный в духе блестящего полонеза, передает торжество воспрянувших духом шляхтичей.

    В пятомакте выделяется ария Тараса «Есть ли в свете что прекрасней», насыщенная героическим пафосом; в ее среднем эпизоде звучат призывные возгласы увертюры.

    100oper.ru

    Как характеризует Тараса эпизод с переиз­бранием кошевого

    Запорожская Сечь – это организация украинских казаков, которая возникла в XVI веке, военная организация вольного народа. Она противопоставлена Гоголем миру, где есть господа и холопы, князья и слуги, миру вражды и рабства. Описы­вая политическое устройство Сечи, Гоголь подчеркивает демократизм казачьего об­щества: “…гетьманы, избранные из среды самих же казаков, преобразовали околи­цы и курени в полки и правильные окру­ги”. Неугодный или провинившийся в чем-то перед народом начальник сразу же переизбирался. При описании Сечи зву­чит тема плодотворного труда свободных людей.
    Гоголь не идеализирует Сечь, показы­вая ее стихийность, своевольство, беспеч­ность, необузданность. Но все это исчеза­ет, когда заканчивается мирная жизнь и наступают военные времена. По первому призыву Отчизны запорожцы бросают все и берутся за оружие. Воинская служба в Сечи – это не принуждение, а доброволь­ное служение отечеству. Сечь сурово кара­ет за нарушение ее законов, законов сво­бодного народа (Гоголь описывает жесто­кие наказания за кражу, за невыплату долга, за убийство). Общество, где нет не­равенства, где люди свободны, должно быть нравственным, здесь нет оснований для вражды, здесь высока общественная мораль и именно такое общество рождает героические характеры.
    Как характеризует Тараса эпизод с переиз­бранием кошевого?
    Этот эпизод характеризует Тараса как человека хитрого и упрямого. Кошевой не хотел войны, так как обещал султану мир. А Бульба рвался в бой и организовал переизбрание кошевого, которым теперь стал его старый товарищ.
    Что стало причиной боевого похода запо­рожцев? В чем проявилась мудрость плана нового кошевого?
    Казаки решили идти на Польшу, ото­мстить за зло и посрамление казачьей веры и славы, набрать добычи и просла­виться.

    Другие сочинения:

    Образ Тараса Бульбы – воплощение ратного духа запорожцевНиколай Васильевич Гоголь много занимался изучением истории. Особенно большое внимание писателя привлекала Запорожская Сечь – первое в Европе демократическое “государство”. Изображению сложного и противоречивого периода украинской истории и посвящена повесть Гоголя “Тарас Бульба”. Мы знакомимся с Тарасом Бульбой в мирной Read More .

    Чем продиктовано решение Тараса вести сы­новей в Запорожскую СечьЧто мы узнаем из первой главы о том “бранном, трудном времени”, когда происходили события, описываемые Гоголем в повести? Опира­ясь на текст, покажите, как автор создает облик эпохи. События, изображенные Гоголем, отно­сятся ко времени освободительного дви­жения на Украине XV-XVIII веков. Польская Read More .

    Жизнь Тараса Бульбы в одноименной повести ГоголяВ сознании запорожцев украинец – родной брат русского, украинская земля – неотторжимая часть необъятной земли русской. Тарас Бульба недаром говорит о “лучших русских витязях на Украине”. В знаменитой речи о товариществе Тарас снова возвращается к этой мысли: “Бывали и в Read More .

    Жизнь Тараса БульбыН. В. Гоголь родился и вырос на Украине. Я думаю, именно поэтому основными темами его творчества были культурные традиции, сила, величие и героическое прошлое украинского народа, которые ярко отразились в повести “Тарас Бульба” – прекрасном литературном памятнике XIX столетия. С Read More .

    Характерные черты казачества в личности Тараса БульбыХарактерные черты казачества выражены в личности Тараса Бульбы. В редакции “Миргорода” его образ выступал в романтическом ореоле. Бульба явственно выделялся среди других персонажей титаническими размерами. В битве под Дубно он “отличается”, как “гигант”. Действиями Тараса словно руководит сила исторического возмездия. Read More .

    Запорожская сечь – воплощение мечты народа о вольной жизниН. В. Гоголь долго и кропотливо собирал исторический материал перед написанием повести. Он изучал летописи, народные предания и песни – и вот перед нами разворачивается яркий и живой образ “колыбели” вольного казачества. Много страниц в повести посвящено описанию Запорожской Сечи Read More .

    Столкновение экипажей. (Эпизод в поэме Гоголя “Мертвые души”)“Вся Русь явится в нем!” говорил Гоголь о сюжете “Мертвых душ”. Монументальное эпическое полотно своей поэмы автор составил из бытовых зарисовок, портретов, пейзажей, лирических отступлений. Вот, например, эпизод из 5 главы первого тома. Чичиков, спасаясь бегством от Ноздрева, велит кучеру Read More .

    Запорожская Сечь и ее герои в повести “Тарас Бульба”В центре “Тараса Бульбы” – героический образ народа, борющегося за свою свободу и независимость. Никогда еще в русской литературе так полно и ярко не изображались размах и раздолье народной жизни. Каждый из героев повести, сколь бы он ни был индивидуален Read More .

    Боевое товарищество Запорожской Сечи (по повести Н. В. Гоголя “Тарас Бульба”) (3)Гоголь с большим интересом относился к истории украинского народа, его героическому прошлому. Самое пристальное внимание у него вызывала Запорожская Сечь – укрепленный лагерь запорожских казаков. На Сечи существовали свои обычаи и порядки. Запорожцы, умелые и храбрые воины, самоотверженно боролись с Read More .

    Главный эпизод романа “Война и Мир”В произведение “Война и Мир” самый главный эпизод, по моему мнению, – это эпизод совета, где решается судьба Москвы – судьба России. Действие происходит в лучшей избе мужика Андрея Савостьянова. Там собрался совет главнокомандующих и высших военных чинов. Среди них Read More .

    rus-lit.com

    Тарас Бульба

    А на другой день Тарас Бульба уже совещался с новым кошевым, как поднять запорожцев на какое-нибудь дело. Кошевой был умный и хитрый козак, знал вдоль и поперек запорожцев и сначала сказал: «Не можно клятвы преступить, никак не можно». А потом, помолчавши, прибавил: «Ничего, можно; клятвы мы не преступим, а так кое-что придумаем. Пусть только соберется народ, да не то чтобы по моему приказу, а просто своею охотою. Вы уж знаете, как это сделать. А мы с старшинами тотчас и прибежим на площадь, будто бы ничего не знаем».

    Не прошло часу после их разговора, как уже грянули в литавры. Нашлись вдруг и хмельные и неразумные козаки. Миллион козацких шапок высыпал вдруг на площадь. Поднялся говор: «Кто. Зачем. Из-за какого дела пробили сбор?» Никто не отвечал. Наконец в том и в другом углу стало раздаваться: «Вот пропадает даром козацкая сила: нет войны. Вот старшины забайбачились наповал, позаплыли жиром очи. Нет, видно, правды на свете!» Другие козаки слушали сначала, а потом и сами стали говорить: «А и вправду нет никакой правды на свете!» Старшины казались изумленными от таких речей. Наконец кошевой вышел вперед и сказал:

    Читайте так же:  Комментарий к ст 33 ук

    — Позвольте, панове запорожцы, речь держать!

    — Вот в рассуждении того теперь идет речь, панове добродийство, — да вы, может быть, и сами лучше это знаете, — что многие запорожцы позадолжались в шинки жидам и своим братьям столько, что ни один черт теперь и веры неймет. Потом опять в рассуждении того пойдет речь, что есть много таких хлопцев, которые еще и в глаза не видали, что такое война, тогда как молодому человеку, — и сами знаете, панове, — без войны не можно пробыть. Какой и запорожец из него, если он еще ни разу не бил бусурмена?

    «Он хорошо говорит», — подумал Бульба.

    — Не думайте, панове, чтобы я, впрочем, говорил это для того, чтобы нарушить мир: сохрани бог! Я только так это говорю. Притом же у нас храм божий — грех сказать, что такое: вот сколько лет уже, как, по милости божией, стоит Сечь, а до сих пор не то уже чтобы снаружи церковь, но даже образа без всякого убранства. Хотя бы серебряную ризу кто догадался им выковать! Они только то и получили, что отказали в духовной иные козаки. Да и даяние их было бедное, потому что почти всё пропили еще при жизни своей. Так я все веду речь эту не к тому, чтобы начать войну с бусурменами: мы обещали султану мир, и нам бы великий был грех, потому что мы клялись по закону нашему.

    — Что ж он путает такое? — сказал про себя Бульба.

    — Да, так видите, панове, что войны не можно начать. Рыцарская честь не велит. А по своему бедному разуму вот что я думаю: пустить с челнами одних молодых, пусть немного пошарпают берега Натолии. Как думаете, панове?

    — Веди, веди всех! — закричала со всех сторон толпа. — За веру мы готовы положить головы!

    Кошевой испугался; он ничуть не хотел подымать всего Запорожья: разорвать мир ему казалось в этом случае делом неправым.

    — Позвольте, панове, еще одну речь держать!

    — Довольно! — кричали запорожцы, — лучше не скажешь!

    — Когда так, то пусть будет так. Я слуга вашей воли. Уж дело известное, и по Писанью известно, что глас народа — глас божий. Уж умнее того нельзя выдумать, что весь народ выдумал. Только вот что: вам известно, панове, что султан не оставит безнаказанно то удовольствие, которым потешатся молодцы. А мы тем временем были бы наготове, и силы у нас были бы свежие, и никого б не побоялись. А во время отлучки и татарва может напасть: они, турецкие собаки, в глаза не кинутся и к хозяину на дом не посмеют прийти, а сзади укусят за пяты, да и больно укусят. Да если уж пошло на то, чтобы говорить правду, у нас и челнов нет столько в запасе, да и пороху не намолото в таком количестве, чтобы можно было всем отправиться. А я, пожалуй, я рад: я слуга вашей воли.

    Хитрый атаман замолчал. Кучи начали переговариваться, куренные атаманы совещаться; пьяных, к счастью, было немного, и потому решились послушаться благоразумного совета.

    В тот же час отправились несколько человек на противуположный берег Днепра, в войсковую скарбницу, где, в неприступных тайниках, под водою и в камышах, скрывалась войсковая казна и часть добытых у неприятеля оружий. Другие все бросились к челнам, осматривать их и снаряжать в дорогу. Вмиг толпою народа наполнился берег. Несколько плотников явились с топорами в руках. Старые, загорелые, широкоплечие, дюженогие запорожцы, с проседью в усах и черноусые, засучив шаровары, стояли по колени в воде и стягивали челны с берега крепким канатом. Другие таскали готовые сухие бревна и всякие деревья. Там обшивали досками челн; там, переворотивши его вверх дном, конопатили и смолили; там увязывали к бокам других челнов, по козацкому обычаю, связки длинных камышей, чтобы не затопило челнов морскою волною; там, дальше по всему прибрежью, разложили костры и кипятили в медных казанах смолу на заливанье судов. Бывалые и старые поучали молодых. Стук и рабочий крик подымался по всей окружности; весь колебался и двигался живой берег.

    В это время большой паром начал причаливать к берегу. Стоявшая на нем толпа людей еще издали махала руками. Это были козаки в оборванных свитках. Беспорядочный наряд — у многих ничего не было, кроме рубашки и коротенькой трубки в зубах, — показывал, что они или только что избегнули какой-нибудь беды, или же до того загулялись, что прогуляли все, что ни было на теле. Из среды их отделился и стал впереди приземистый, плечистый козак, человек лет пятидесяти. Он кричал и махал рукою сильнее всех, но за стуком и криками рабочих не было слышно его слов.

    — А с чем приехали? — спросил кошевой, когда паром приворотил к берегу.

    Все рабочие, остановив свои работы и подняв топоры и долота, смотрели в ожидании.

    — С бедою! — кричал с парома приземистый козак.

    — Позвольте, панове запорожцы, речь держать?

    — Или хотите, может быть, собрать раду?

    — Говори, мы все тут.

    Народ весь стеснился в одну кучу.

    — А вы разве ничего не слыхали о том, что делается на гетьманщине?

    — А что? — произнес один из куренных атаманов.

    — Э! что? Видно, вам татарин заткнул клейтухом уши, что вы ничего не слыхали.

    — Говори же, что там делается?

    — А то делается, что и родились и крестились, еще не видали такого.

    — Да говори нам, что делается, собачий сын! — закричал один из толпы, как видно, потеряв терпение.

    — Такая пора теперь завелась, что уже церкви святые теперь не наши.

    — Теперь у жидов они на аренде. Если жиду вперед не заплатишь, то и обедни нельзя править.

    — Что ты толкуешь?

    — И если рассобачий жид не положит значка нечистою своею рукою на святой пасхе, то и святить пасхи нельзя.

    — Врет он, паны-браты, не может быть того, чтобы нечистый жид клал значок на святой пасхе!

    — Слушайте. еще не то расскажу: и ксендзы ездят теперь по всей Украйне в таратайках. Да не то беда, что в таратайках, а то беда, что запрягают уже не коней, а просто православных христиан. Слушайте! еще не то расскажу: уже говорят, жидовки шьют себе юбки из поповских риз. Вот какие дела водятся на Украйне, панове! А вы тут сидите на Запорожье да гуляете, да, видно, татарин такого задал вам страху, что у вас уже ни глаз, ни ушей — ничего нет, и вы не слышите, что делается на свете.

    — Стой, стой! — прервал кошевой, дотоле стоявший, потупив глаза в землю, как и все запорожцы, которые в важных делах никогда не отдавались первому порыву, но молчали и между тем в тишине совокупляли грозную силу негодования. — Стой! и я скажу слово. А что ж вы — так бы и этак поколотил черт вашего батька! — что ж вы делали сами? Разве у вас сабель не было, что ли? Как же вы попустили такому беззаконию?

    — Э, как попустили такому беззаконию! А попробовали бы вы, когда пятьдесят тысяч было одних ляхов! да и — нечего греха таить — были тоже собаки и между нашими, уж приняли их веру.

    — А гетьман ваш, а полковники что делали?

    — Наделали полковники таких дел, что не приведи бог и нам никому.

    — А так, что уж теперь гетьман, заваренный в медном быке, лежит в Варшаве, а полковничьи руки и головы развозят по ярмаркам напоказ всему народу. Вот что наделали полковники!

    Всколебалась вся толпа. Сначала пронеслось по всему берегу молчание, подобное тому, как бывает перед свирепою бурею, а потом вдруг поднялись речи, и весь заговорил берег.

    — Как! чтобы жиды держали на аренде христианские церкви! чтобы ксендзы запрягали в оглобли православных христиан! Как! чтобы попустить такие мучения на Русской земле от проклятых недоверков! чтобы вот так поступали с полковниками и гетьманом! Да не будет же сего, не будет!

    Такие слова перелетали по всем концам. Зашумели запорожцы и почуяли свои силы. Тут уже не было волнений легкомысленного народа: волновались всё характеры тяжелые и крепкие, которые не скоро накалялись, но, накалившись, упорно и долго хранили в себе внутренний жар.

    Читайте так же:  Уик заявление

    — Перевешать всю жидову! — раздалось из толпы. — Пусть же не шьют из поповских риз юбок своим жидовкам! Пусть же не ставят значков на святых пасхах! Перетопить их всех, поганцев, в Днепре!

    Слова эти, произнесенные кем-то из толпы, пролетели молнией по всем головам, и толпа ринулась на предместье с желанием перерезать всех жидов.

    Бедные сыны Израиля, растерявши все присутствие своего и без того мелкого духа, прятались в пустых горелочных бочках, в печках и даже заползывали под юбки своих жидовок; но козаки везде их находили.

    — Ясновельможные паны! — кричал один, высокий и длинный, как палка, жид, высунувши из кучи своих товарищей жалкую свою рожу, исковерканную страхом. — Ясновельможные паны! Слово только дайте нам сказать, одно слово! Мы такое объявим вам, чего еще никогда не слышали, такое важное, что не можно сказать, какое важное!

    — Ну, пусть скажут, — сказал Бульба, который всегда любил выслушать обвиняемого.

    — Ясные паны! — произнес жид. — Таких панов еще никогда не видывано. Ей-богу, никогда! Таких добрых, хороших и храбрых не было еще на свете. — Голос его замирал и дрожал от страха. — Как можно, чтобы мы думали про запорожцев что-нибудь нехорошее! Те совсем не наши, те, что арендаторствуют на Украйне! Ей-богу, не наши! То совсем не жиды: то черт знает что. То такое, что только поплевать на него, да и бросить! Вот и они скажут то же. Не правда ли, Шлема, или ты, Шмуль?

    — Ей-богу, правда! — отвечали из толпы Шлема и Шмуль в изодранных яломках, оба белые, как глина.

    — Мы никогда еще, — продолжал длинный жид, — не снюхивались с неприятелями. А католиков мы и знать не хотим: пусть им черт приснится! Мы с запорожцами, как братья родные.

    — Как? чтобы запорожцы были с вами братья? — произнес один из толпы. — Не дождетесь, проклятые жиды! В Днепр их, панове! Всех потопить, поганцев!

    Эти слова были сигналом. Жидов расхватали по рукам и начали швырять в волны. Жалобный крик раздался со всех сторон, но суровые запорожцы только смеялись, видя, как жидовские ноги в башмаках и чулках болтались на воздухе. Бедный оратор, накликавший сам на свою шею беду, выскочил из кафтана, за который было его ухватили, в одном пегом и узком камзоле, схватил за ноги Бульбу и жалким голосом молил:

    — Великий господин, ясновельможный пан! я знал и брата вашего, покойного Дороша! Был воин на украшение всему рыцарству. Я ему восемьсот цехинов дал, когда нужно было выкупиться из плена у турка.

    — Ты знал брата? — спросил Тарас.

    — Ей-богу, знал! Великодушный был пан.

    — А как тебя зовут?

    — Хорошо, — сказал Тарас и потом, подумав, обратился к козакам и проговорил так: — Жида будет всегда время повесить, когда будет нужно, а на сегодня отдайте его мне. — Сказавши это, Тарас повел его к своему обозу, возле которого стояли козаки его. — Ну, полезай под телегу, лежи там и не пошевелись; а вы, братцы, не выпускайте жида.

    Сказавши это, он отправился на площадь, потому что давно уже собиралась туда вся толпа. Все бросили вмиг берег и снарядку челнов, ибо предстоял теперь сухопутный, а не морской поход, и не суда да козацкие чайки — понадобились телеги и кони. Теперь уже все хотели в поход, и старые и молодые; все, с совета всех старшин, куренных, кошевого и с воли всего запорожского войска, положили идти прямо на Польшу, отмстить за все зло и посрамленье веры и козацкой славы, набрать добычи с городов, зажечь пожар по деревням и хлебам, пустить далеко по степи о себе славу. Все тут же опоясывалось и вооружалось. Кошевой вырос на целый аршин. Это уже не был тот робкий исполнитель ветреных желаний вольного народа; это был неограниченный повелитель. Это был деспот, умевший только повелевать. Все своевольные и гульливые рыцари стройно стояли в рядах, почтительно опустив головы, не смея поднять глаз, когда кошевой раздавал повеления; раздавал он их тихо, не вскрикивая, не торопясь, но с расстановкою, как старый, глубоко опытный в деле козак, приводивший не в первый раз в исполненье разумно задуманные предприятия.

    — Осмотритесь, все осмотритесь, хорошенько! — так говорил он. — Исправьте возы и мазницы, испробуйте оружье. Не забирайте много с собой одежды: по сорочке и по двое шаровар на козака да по горшку саламаты и толченого проса — больше чтоб и не было ни у кого! Про запас будет в возах все, что нужно. По паре коней чтоб было у каждого козака. Да пар двести взять волов, потому что на переправах и топких местах нужны будут волы. Да порядку держитесь, панове, больше всего. Я знаю, есть между вас такие, что чуть бог пошлет какую корысть, — пошли тот же час драть китайку и дорогие оксамиты себе на онучи. Бросьте такую чертову повадку, прочь кидайте всякие юбки, берите одно только оружье, коли попадется доброе, да червонцы или серебро, потому что они емкого свойства и пригодятся во всяком случае. Да вот вам, панове, вперед говорю: если кто в походе напьется, то никакого нет на него суда. Как собаку, за шеяку повелю его присмыкнуть до обозу, кто бы он ни был, хоть бы наидоблестнейший козак изо всего войска. Как собака, будет он застрелен на месте и кинут безо всякого погребенья на поклев птицам, потому что пьяница в походе недостоин христианского погребенья. Молодые, слушайте во всем старых! Если цапнет пуля или царапнет саблей по голове или по чему-нибудь иному, не давайте большого уваженья такому делу. Размешайте заряд пороху в чарке сивухи, духом выпейте, и все пройдет — не будет и лихорадки; а на рану, если она не слишком велика, приложите просто земли, замесивши ее прежде слюною на ладони, то и присохнет рана. Нуте же, за дело, за дело, хлопцы, да не торопясь, хорошенько принимайтесь за дело!

    Так говорил кошевой, и, как только окончил он речь свою, все козаки принялись тот же час за дело. Вся Сечь отрезвилась, и нигде нельзя было сыскать ни одного пьяного, как будто бы их не было никогда между козаками. Те исправляли ободья колес и переменяли оси в телегах; те сносили на возы мешки с провиантом, на другие валили оружие; те пригоняли коней и волов. Со всех сторон раздавались топот коней, пробная стрельба из ружей, бряканье саблей, бычачье мычанье, скрып поворачиваемся возов, говор и яркий крик и понуканье — и скоро далеко-далеко вытянулся козачий табор по всему полю. И много досталось бы бежать тому, кто бы захотел пробежать от головы до хвоста его. В деревянной небольшой церкви служил священник молебен, окропил всех святою водою; все целовали крест. Когда тронулся табор и потянулся из Сечи, все запорожцы обратили головы назад.

    — Прощай, наша мать! -. сказали они почти в одно слово, — пусть же тебя хранит бог от всякого несчастья!

    Проезжая предместье, Тарас Бульба увидел, что жидок его, Янкель, уже разбил какую-то ятку с навесом и продавал кремли, завертки, порох и всякие войсковые снадобья, нужные на дорогу, даже калачи и хлебы. «Каков чертов жид!» — подумал про себя Тарас и, подъехав к нему на коне, сказал:

    — Дурень, что ты здесь сидишь? Разве хочешь, чтобы тебя застрелили, как воробья?

    Янкель в ответ на это подошел к нему поближе и, сделав знак обеими руками, как будто хотел объявить что-то таинственное, сказал:

    — Пусть пан только молчит и никому не говорит: между козацкими возами есть один мой воз; я везу всякий нужный запас для козаков и по дороге буду доставлять всякий провиант по такой дешевой цене, по какой еще ни один жид не продавал. Ей-богу, так; ей-богу, так.

    Пожал плечами Тарас Бульба, подивившись бойкой жидовской натуре, и отъехал к табору.

    bibliotekar.ru


    Обсуждение закрыто.