Статистика по налоговым преступлениям

Статистика по налоговым преступлениям

Количество «налоговых» уголовных дел выросло в 2015 году на 68%

Как заявил в интервью «Российской газете» глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин, в связи с возвращением полиции полномочий проводить оперативно-розыскные мероприятия по налоговым преступлениям, количество уголовных дел по этим статьям выросло на 68 % по сравнению с 2014 г.

«Новые нормы уже дали положительный (курсив — мой) результат. В 2015 году существенно повысился уровень выявления налоговых махинаций, увеличились объемы поступающих в госказну платежей. Количество возбужденных дел об уклонении от уплаты налогов возросло на 68%», — сообщил А.Бастрыкин.

Так же было отмечено, что в ходе доследственных проверок и расследования налоговых преступлений возмещен ущерб на сумму свыше 10 млрд. руб., а «результативность выявления налоговых преступлений в 2016 году будет повышаться, а суммы поступлений налоговых платежей в бюджет существенно возрастут».

Комментарий А.В. Брызгалина: Сам по себе показатель «рост на 68 %» еще ни о чем не говорит и мало что значит, кроме того, что сейчас у бизнесменов в 2 раза больше шансов неприятно встретиться со следователями.

Вы спросите почему же я не рассматриваю это обстоятельство «ужасным, кошмарным»?

Да очень просто.. После того, как осенью 2014 г. положения об упрощении порядка возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям были введены, я ожидал . более высоких показателей. Мне думалось, что при таком раскладе количество возбужденных уголовных дел возрастет в разы, а тут (как бы это не цинично звучало), всего-то 68%

Судите сами. Средняя цена ВНП в Москве в конце 2014 г. составляла почти 10 млн. руб. (источник газета «Учет.Налоги.Право» см. здесь).

А если учесть, что порог для возбуждения уголовных дел по ст.199 УК РФ от 2 млн. (за 3г>10%) или 6 млн. «чистыми», то фактически любая ВНП (а то и КНП) потенциально может закончиться уголовным делом.

Кроме того, для отчетности самого СК РФ, рост уголовных дел на 68 %, это может быть и хорошо (работают люди!). Но вот мне трудно сказать, хорошо это или плохо это для страны в целом?

То есть в условиях кризиса, на бизнес, который находится и без того на крайних точках рентабельности (а в большинстве своем надо говорить откровенно — «бизнес убыточен»), усиление угрозы уголовной репрессии отнюдь не способствует его дальнейшему бурному росту.

Если уж без уголовного наказания в налоговой сфере не обойтись, то надо понимать, что уголовная репрессия в области налогов — это не «оружие массового поражения», а очень тонкий и точечный «инструмент настройки», который должен применяться только в самых исключительных случаях. И очень хорошо, что наши правоохранители, пока это, понимают.

Правда, иногда у меня создается впечатление, что «дай волю» так некоторые ретивые слуги государевы всех налогоплательщиков готовы пересажать, что б «порядок навести».

Однако исторический опыт свидетельствует, что без частной инициативы общество обречено на деградацию и тогда мрачные сюжеты книги Айн Рэнд «Атлант расправил плечи», могут стать реальностью.

ppt.ru

Статистика по налоговым преступлениям

Госдума возвращает следователям право возбуждать уголовные дела по налоговым преступлениям без согласия налоговиков. Бизнес-сообщество не смогло отстоять ни одной поправки, смягчающей контрреформу. Почему так произошло и что именно потеряли предприниматели.

Порядок, существовавший почти три года, предусматривал, что до попадания к следователям СКР предпринимателя, обвиняемого в налоговом преступлении, должна была проверить налоговая инспекция – самостоятельно или с подачи МВД. У налоговиков и силовиков есть разница в понимании «уклонения от уплаты налогов», но реформа и была направлена на то, чтобы заставлять оперативные подразделения МВД сотрудничать с налоговыми инспекциями и документировать уклонение от уплаты налогов в период налоговой проверки. Оперативным уполномоченным и налоговым инспекторам приходилось работать профессиональнее, быстрее, лучше взаимодействовать.

И при самом худшем для предпринимателя варианте (когда ни на одной из стадий не удается доказать необоснованность претензий) тот мог быть уверен в последовательности действий: налоговая проверка, обжалование, процесс в арбитражном суде, требование об уплате налогов, передача материала в СК, возбуждение уголовного дела.

Теперь законопроект о возвращении к прежнему порядку принят в третьем чтении и вскоре, вероятно, станет законом. Что будет дальше? Стоит вспомнить, как выглядели такие уголовные дела до 2011 года. Оперативники МВД приходят на проверку в организацию, проверяют ряд контрагентов, считают часть сделок фиктивными. Затем специалисты ведомства высчитывают сумму неуплаченных налогов за любой период, в том числе за пределами трех последних лет, которыми ограничена налоговая проверка, и материал передается в СКР. Следователи запрашивают налоговую службу, получают, например, ответ, что проверки не было и нарушений не выявлялось, и возбуждают уголовное дело.

Впрочем, поскольку в МВД успело сильно уменьшиться число оперативников, занимающихся этими преступлениями, будущее, возможно, интереснее. Не исключено, что через год – со ссылкой на сложность новых схем уклонения от уплаты налогов – вновь начнут обсуждать создание финансовой полиции, специальных оперативников при СКР. В конце концов, все больше сложных экономических дел передается в СК, практики по ним мало.

Статистика силовых ведомств малоинформативна, но кое-что можно понять и из нее. В 2013 году налоговых преступлений они выявили 6893, расследовали 4699. Из них 3269 расследовал СК, а 1342 – МВД (можно предположить, что это были случаи незаконного возмещения НДС, квалифицированные как мошенничество), ущерб по оконченным делам составил 76,6 млрд руб. Суды за тот же год рассмотрели дела в отношении 674 человек, обвиненных в «чисто» налоговых преступлениях: 449 осудили, 3 оправдали, дела в отношении 222 человек прекратили. За первые полгода 2014-го выявление преступлений немного подросло – 4008, расследовали меньше – 2117 (не все из них ушли в суд), ущерб по оконченным делам составил 25,9 млрд руб. Среди этих дел и крупные уклонения на сотни миллионов, и гораздо более мелкие дела, с трудом преодолевающие критерий «крупного размера» – 600 тыс. руб. для индивидуального предпринимателя и 2 млн руб. для юридического лица.

Эта статистика подсказывает ответы на два вопроса: почему бизнес не смог отстоять прежний порядок и кто больше всего от этого пострадает.

Для силовых структур бизнес виновен всегда. Есть распространенное мнение, что вести бизнес в России честно невозможно: оперативников, нацеленных на экономические преступления, так учат. Если не уклонялся от уплаты налогов, то участвовал в «распилах», если не отмывал деньги, то точно обналичивал, или хотя бы где-то кого-то обманул, так что на мошенничество потянет. Какие бы аргументы ни приводило бизнес-сообщество о фабрикации уголовных дел в отношении предпринимателей, в каждом конкретном случае следователям удается или доказать свою правоту, или хотя бы уговорить гипотетического проверяющего, решившего вступиться за конкретного предпринимателя, что «суд разберется».

А какие, собственно, примеры используются при лоббировании изменений законов? Можно предположить, что при этом никого не волнуют мелкие предприниматели. На уровне Главного следственного управления СКР в Москве расследуется несколько крупных, серьезных дел, возможно, с миллиардными суммами ущерба, где уклонение от уплаты налогов – лишь первый шаг, выводящий на целый ряд других составов. Вероятно, на примере таких дел и показывается масштаб проблемы, сложность применения уголовно-процессуального законодательства, необходимость изменений – и в том числе отказа от обязательности налоговой проверки. Решения принимаются исходя из преступлений на миллиарды, а последствия достаются всем.

Читайте так же:  Заявление о налоговом вычете при покупке квартиры бланк

Пострадают от такого подхода как раз те самые остатки мелкого и среднего бизнеса, которые снова можно будет проверять без налоговиков. А о том, сколько таких проверок в масштабах страны не дойдет даже до регистрации сообщения о преступлении, можно только догадываться. В открытом доступе нет данных о том, сколько сообщений по налоговым преступлениям поступило в МВД и СКР и по скольким из них не были возбуждены дела. А ведь именно от таких проверок со стороны оперативников, многое не регистрировавших, и защищал предпринимателей порядок, действовавший последние три года.

В логике общего развития (или деградации?) государственного управления в стране происходящая контрреформа закономерна. Когда контролирующие органы не работают, на прокуратуру взваливается новая функция – заставлять их работать. Это порождает еще один виток регулирования. Когда предприниматели массово закрывают бизнес, причиной бюджетных проблем оказывается сложность возбуждения уголовных дел, а не отсутствие экономической деятельности, с которой платятся налоги. Поэтому не стоит удивляться, что УПК теперь регламентирует порядок действий сотрудников налоговой службы – устанавливает сроки и варианты ответа на запросы следователей. Возможно, новые УК и УПК, слухи о котором в последнее время оживились, просто урегулируют сразу все сферы российской жизни? Тогда можно было бы сэкономить на всем остальном госаппарате, возложив управление страной на силовиков.

www.rbc.ru

Выявление налоговых преступлений: закон и практика в «Кривом зеркале» статистики Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Гришко Л. Е.

Критикуется практика реализации Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 407-ФЗ, порожденная стремлением снизить давление на бизнес и сократить возможности для рейдерских захватов с использованием правоохранительных органов. Наблюдаемое с 2010 г. резкое снижение количества налоговых преступлений и лиц, их совершивших, как результат проведенной либерализации законодательства, не отражает объективной ситуации из-за их сверхвысокой латентности и низкой выявляемости. Рассматриваются причины низкой выявляемости налоговых преступлений (слабое взаимодействие полиции и налоговых органов; проблемы правовой регламентации совместной деятельности; длительность рассмотрения налоговыми органами материалов оперативно-розыскной деятельности ; отсутствие механизма представления налоговому органу материалов оперативно-розыскной деятельности ; сложности при возбуждении уголовного дела о преступлениях в налоговой сфере, связанные с отсутствием вступившего в законную силу решения налогового органа о привлечении лица к ответственности). Действующий порядок передачи материалов налоговой проверки налоговым органом следственному органу ведет к затягиванию документирования следов преступления, утрате большей части доказательственной информации. Закон, переложив бремя выявления налоговых преступлений на налоговые органы , сделал их «квази-правоохранительными» органами, не имеющими полномочий проводить оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия. Рассматриваются другие проблемы законодательной регламентации выявления налоговых преступлений (десятилетний срок давности нивелируется трехлетним сроком налоговых проверок; предоставление полиции права возбуждать уголовные дела по статьям 198 и 199 Уголовного кодекса РФ; участие Следственного комитета РФ в решении вопроса о возбуждении уголовного дела). Резюмируется, что передача расследования соответствующих уголовных дел правоохранительным органам увеличит налоговые поступления в бюджет.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Гришко Л.Е.,

REVELATION OF TAX CRIMES: LAW AND PRACTICE IN THE «DISTORTING MIRROR» OF STATISTICS

The implementation of Federal Law of December, 6, 2011, № 407, which is aimed at reducing both pressure on business and possibilities of corporate raid using law enforcement agencies, is criticized. The sharp tax crimes decrease observed since 2010 as a result of legislation liberalization does not reflect objective situation due to high latency and low rate of such crimes revelation. The reasons of the low revelation rate are considered, notably police and tax authorities poor cooperation; problems of joint activities’ legal regulation; length of considering detective activity’s materials by tax authorities; lacking mechanism of submitting detective activity’s materials to tax authority; difficulties during criminal case initiation caused by the absence of enforced tax authority’s decision on bringing an individual to responsibility. The current procedure of submitting tax audit’s materials to investigative body by tax authority results in protracted documenting of evidence and loss of most evidential information. The tax authorities being in charge of revealing tax crime by this law became «quasi law enforcement» agencies having no powers to carry out detective and investigative activities. Other problems of legislative regulation of revealing tax crimes are examined: 10-years’ time limit of tax audit is leveled down to 3 years; giving the police authorities for instituting criminal case under Articles 198 and 199 of the RF Criminal Code; participation of Russian Investigative Committee in deciding an issue of initiating criminal case. Empowering law enforcement agencies for investigating relevant criminal cases is considered to increase tax revenues.

Текст научной работы на тему «Выявление налоговых преступлений: закон и практика в «Кривом зеркале» статистики»

ГРИШКО Л.Е., кандидат юридических наук, доцент,

[email protected] Кафедра уголовного процесса и криминалистики; Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, 390036, г. Рязань, Сенная, 1

Candidate of Legal Sciences, associate professor, [email protected]

Chair of criminal procedure and criminalistics; Academy of law and governance of the Federal Penitentiary Service of the Russian Federation,

Sennaya St. 1, Ryazan, 390036,

ВЫЯВЛЕНИЕ НАЛОГОВЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ:

ЗАКОН И ПРАКТИКА В «КРИВОМ ЗЕРКАЛЕ» СТАТИСТИКИ

Реферат. Критикуется практика реализации Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 407-ФЗ, порожденная стремлением снизить давление на бизнес и сократить возможности для рейдерских захватов с использованием правоохранительных органов. Наблюдаемое с 2010 г. резкое снижение количества налоговых преступлений и лиц, их совершивших, как результат проведенной либерализации законодательства, не отражает объективной ситуации из-за их сверхвысокой латентности и низкой выявляемости. Рассматриваются причины низкой выявляемости налоговых преступлений (слабое взаимодействие полиции и налоговых органов; проблемы правовой регламентации совместной деятельности; длительность рассмотрения налоговыми органами материалов оперативно-розыскной деятельности; отсутствие механизма представления налоговому органу материалов оперативно-розыскной деятельности; сложности при возбуждении уголовного дела о преступлениях в налоговой сфере, связанные с отсутствием вступившего в законную силу решения налогового органа о привлечении лица к ответственности). Действующий порядок передачи материалов налоговой проверки налоговым органом следственному органу ведет к затягиванию документирования следов преступления, утрате большей части доказательственной информации. Закон, переложив бремя выявления налоговых преступлений на налоговые органы, сделал их «квази-правоохранительными» органами, не имеющими полномочий проводить оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия. Рассматриваются другие проблемы законодательной регламентации выявления налоговых преступлений (десятилетний срок давности нивелируется трехлетним сроком налоговых проверок; предоставление полиции права возбуждать уголовные дела по статьям 198 и 199 Уголовного кодекса РФ; участие Следственного комитета РФ в решении вопроса о возбуждении уголовного дела). Резюмируется, что передача расследования соответствующих уголовных дел правоохранительным органам увеличит налоговые поступления в бюджет.

Ключевые слова: налоговая преступность, уголовное законодательство, правоохранительные органы, налоговые органы, латентность, уголовная ответственность, оперативно-розыскная деятельность.

REVELATION OF TAX CRIMES: LAW AND PRACTICE IN THE «DISTORTING MIRROR» OF STATISTICS

Abstract. The implementation of Federal Law of December, 6, 2011, N 407, which is aimed at reducing both pressure on business and possibilities of corporate raid using law enforcement agencies, is criticized. The sharp tax crimes decrease observed since 2010 as a result of legislation liberalization does not reflect objective situation due to high latency and low rate of such crimes revelation. The reasons of the low revelation rate are considered, notably police and tax authorities poor cooperation; problems of joint activities’ legal regulation; length of considering detective activity’s materials by tax authorities; lacking mechanism of submitting detective activity’s materials to tax authority; difficulties during criminal case initiation caused by the absence of enforced tax authority’s decision on bringing an individual to responsibility. The current procedure of submitting tax audit’s materials to investigative body by tax authority results in protracted documenting of evidence and loss of most evidential information. The tax authorities being in charge of revealing tax crime by this law became «quasi law enforcement”

Читайте так же:  Новый законы для мигрантов 2018 азербайджан

agencies having no powers to carry out detective and investigative activities. Other problems of legislative regulation of revealing tax crimes are examined: 10-years’ time limit of tax audit is leveled down to 3 years; giving the police authorities for instituting criminal case under Articles 198 and 199 of the RF Criminal Code; participation of Russian Investigative Committee in deciding an issue of initiating criminal case. Empowering law enforcement agencies for investigating relevant criminal cases is considered to increase tax revenues.

Keywords: tax crime, criminal legislation, law enforcement agencies, tax authorities, latency, criminal responsibility, detective activity.

Принято считать, что российская законодательная система несовершенна. Это проявляется, в частности, в «сырых» законодательных актах, нормы которых или не реализуются, или реализуются некачественно, что негативно сказывается либо на государстве, либо на его гражданах, т.е., в нашем случае, на добросовестных налогоплательщиках. Так произошло и с Федеральным законом от 6 декабря 2011 г. N 407-ФЗ «О внесении изменений в статьи 140 и 241 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»* (далее

— Федеральный закон N 407-ФЗ). Принятие этого закона было нацелено на то, чтобы посредством введения нового порядка возбуждения уголовных дел за налоговые преступления, прежде всего, «снизить давление на бизнес и сократить возможности для рейдерского захвата бизнеса с использованием правоохранительных органов»; исключить «заказы в условиях конфликтов между партнерами, при сведении счетов между конкурентами или для оказания давления на генерального директора с целью добиться определенного решения»; «прекратить масштабное коррупционное давление на бизнес через возбуждение уголовных дел по ст.ст. 198199.2 УК РФ по обвинению в неуплате налогов без подтверждения соответствующих фактов со стороны ФНС» [1]. Поводом для возбуждения уголовного дела о налоговых преступлениях (ст.ст. 198-199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации), согласно указанному закону, служили только те материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Казалось бы, так и происходило в последние два года. И количество налого-

вых преступлений в этот период стало резко снижаться. Так, в 2008 г. было зарегистрировано 8 361 преступление, в 2009 г. -14 249, в 2010 г. — 6 802, в 2011 г. — 3 367, в 2012 г. — 3 055 преступлений [2, с. 487; 3, с. 359; 4, с. 636; 5, с. 363].

Таким образом, пик зарегистрированных налоговых преступлений в анализируемый период приходился на 2009 г., а начиная с 2010 г. наметилось резкое снижение их количества.

Такая же тенденция характерна и относительно количества лиц, привлеченных к уголовной ответственности за деяния, предусмотренные ст.ст. 198-199.2 УК РФ. В 2008 г. оно составило 12 371 человек, в 2009 г. — 12 079, в 2010 г. — 6 031, в 2011 г.

— 3 239, в 2012 г. — 2 966 человек [2, с. 487; 3, с. 359; 4, с. 636; 5, с. 363].

Безусловно, это один из результатов либерализации уголовного законодательства, происшедшего в 2009 году.

Федеральным законом от 29 декабря 2009 г. N 383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации»** почти в шесть раз были увеличены размеры сумм неуплаченных налогов и сборов, которые образуют преступность деяния. Кроме того, предусмотрена возможность освобождения лица, совершившего налоговое преступление, от уголовной ответственности, если оно полностью уплатило суммы недоимки и соответствующих пеней, а также сумму штрафа в размере, определяемом в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации (примечание к ст. 198 УК РФ).

Однако приведенная положительная динамика состояния налоговой преступности в силу ряда обстоятельств не отражает объективной ситуации в этой сфере. И остро обсуждаемый сегодня Федеральный закон N 407-ФЗ не во

* Собр. законодательства Рос. Федерации. ** Собр. законодательства Рос. Федерации.

2011. N 50. Ст. 7349. 2010. N 1. Ст. 4.

всех случаях (направлениях) приносил нужные результаты. Необходимо делать поправку на высокую степень латентности налоговых преступлений. Расчетный коэффициент латентности уклонения от уплаты налогов и (или) сборов с организации составляет 20,57 [6, с. 13], что в несколько раз превышает коэффициент других преступлений в сфере экономической деятельности.

Необходимо учитывать, что налоговые преступления относятся к категории выявляемых, то есть, в отличие от «традиционных» преступлений (убийство, кража, изнасилование и т.п.), которые являются регистрируемыми, как правило, по факту обращения граждан, факт налоговых преступлений предполагает инициативные действия сотрудников правоохранительных органов по их выявлению. А налоговые органы, как известно, такими функциями не обладают, поскольку их основная задача заключается в контроле за соблюдением налогового законодательства Российской Федерации, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов и сборов, а также правильностью их исчисления.

До принятия Федерального закона N 407-ФЗ, когда полномочиями по возбуждению уголовных дел обладали правоохранительные органы, только по 10-15 % соответствующих уголовных дел выносились приговоры суда. Остальные 85-90 % представляли собой либо «холостой ход» ввиду некомпетентности сотрудников, исследующих финансово-налоговые связи между субъектами этой деятельности, либо давления на предпринимателей с целью получения неформальных доходов или иных частных выгод. Исходя из этого можно сделать вывод, что рост или снижение числа указанных преступлений зависит не столько от усиления работы правоохранительных органов в целом, сколько от активизации их отдельных звеньев, прежде всего оперативных и следственных подразделений.

Федеральный закон N 407-ФЗ стал одним из факторов, объясняющих снижение количества совершенных налоговых преступлений.

Данные статистики свидетельствуют о том, что не более 8 % уголовных дел

возбуждаются по результатам проверок налоговых органов [7].

Ранее подавляющее большинство таких преступлений (около 85 %) выявлялось органами внутренних дел. И эти статистические показатели оставались устойчивыми на протяжении многих лет [8].

Невысокая выявляемость преступлений налоговыми органами объясняется тем, что функция противодействия налоговым преступлениям для них является второстепенной. Их основные задачи — контроль (проверка) правильности исчисления налогоплательщиками сумм налогов, исходя из представленных ими документов бухгалтерской и налоговой отчетности, в доначислении выявленных недоимок по ним и привлечении виновных к налоговой ответственности. Для реализации этих задач налоговый орган наделен полномочиями по проведению мероприятий налогового контроля, которые не являются оперативно-розыскными мероприятиями.

С принятием Федерального закона N 407-ФЗ органы внутренних дел фактически отстранены от выявления налоговых преступлений. Конечно, за ними сохранена функция по раскрытию этих преступлений, однако результативность такой деятельности без функции по выявлению налоговых преступлений, которая и определяет в конечном счете статистические показатели деятельности ОВД, вызывает сомнение. Это негативно отражается и на эффективности оперативного сопровождения предварительного расследования по уголовным делам о налоговых преступлениях.

Прежде всего, это способствует дальнейшему снижению раскрываемости преступлений в сфере налогообложения и приводит к безнаказанному уклонению от уплаты налогов. «Есть все основания утверждать, что подобная практика будет способствовать дальнейшему снижению раскрываемости преступлений в сфере налогообложения. Кроме того, это может привести к безнаказанному уклонению от уплаты налогов. Полагаем, что дальнейшее ослабление правоохранительной и в целом контрольной функции государства в области налогообложения в совокупности с повышением ставок налогов и деформированным правосознанием налогоплательщиков приведет к еще большему уво-

Читайте так же:  Письмо на возврат денег образец по акту сверки

ду налогооблагаемого капитала «в тень»» [9, с. 44].

Факторами, способствующими этому, являются:

1. Низкая эффективность взаимодействия правоохранительных органов и ФНС России в сфере противодействия налоговым преступлениям. «Остро стоит проблема назначения выездных налоговых проверок на основании материалов, направляемых ОВД. В настоящее время предусмотрено лишь право полиции направлять в налоговый орган сведения о налогоплательщике, уклоняющемся от уплаты налогов. В свою очередь, руководителем налогового органа единолично принимается решение о включении его в план проверок. При этом в случае положительного решения сроки назначения проверки законодательно не определены».

2. Недостаточная правовая регламентация взаимодействия ОВД с налоговыми органами приводит к использованию не всех возможностей этого механизма.

3. Длительность рассмотрения налоговыми органами материалов оперативно-розыскной деятельности; отсутствие механизма представления налоговому органу материалов оперативно-розыскной деятельности; сложности при возбуждении уголовного дела о преступлениях в налоговой сфере, связанные с отсутствием вступившего в законную силу решения налогового органа о привлечении лица к ответственности [9, с. 45].

Согласно действующему налоговому законодательству налоговый орган, выявив факт совершения нарушения законодательства о налогах и сборах, содержащего признаки преступления, направляет недобросовестному налогоплательщику (плательщику сбора, налоговому агенту) требование об уплате налога (п. 3 ст. 32 НК РФ). Только после неисполнения данного требования в течение двух месяцев налоговый орган направляет в срок не позднее 10 суток материалы налоговой проверки в следственный орган для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

В случае уведомления подобным образом налогоплательщика о возможности уголовного преследования за совершение конкретного налогового преступления и, как следствие, длительного затягивания

начала процесса документирования следов преступления посредством проведения следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий большая часть доказательственной информации утрачивается.

Как показал анализ следственной практики, недобросовестные налогоплательщики за это время принимают активные меры, но не по погашению задолженности перед бюджетом, а по уничтожению или подлогу документов бухгалтерского и налогового учета, содержащих следы преступления, формированию согласованной позиции среди работников проверяемой организации, а также по уничтожению или фальсификации иных доказательств преступного деяния.

При этом налоговые органы не обладают достаточными полномочиями для предупреждения и пресечения подобного рода действий. Ряд уголовных дел после принятия названных мер не имеет судебных перспектив ввиду невозможности доказывания причастности лица к преступлению.

Такое положение не могло остаться без внимания первых лиц государства, и Президент Российской Федерации предложил вернуть правоохранительным органам право возбуждать дела на тех, кто не платит по налоговым задолженностям. По словам В.В. Путина, передача Федеральной налоговой службе России дел о налоговых преступлениях привела к тому, что статьи УК РФ, предусматривающие ответственность за уклонение от уплаты налогов, по сути, перестали работать, а взыскивать долги по налогам становится все труднее. В то же время во всем мире налоговые правонарушения считаются наиболее общественно опасными [10].

В действующем законодательстве, по мнению специалистов, немало противоречий. Одно из таких противоречий связано со сроком давности по налоговым преступлениям в соответствии с УК РФ. Так, экономист М. Хазин отметил, что формально срок давности по налоговым преступлениям составляет 10 лет. Но налоговая служба может осуществлять проверки только в течение 3 лет. «Если в течение 3 лет не нашли, то дальше просто некому это обнаружить», — говорит он [10].

«На сегодняшний день не предлагается вернуться к прежней практике и к прежнему правовому регулированию и вновь предоставить органам внутренних дел право возбуждать уголовные дела по ст.ст. 198 и 199 УК РФ, то есть за налоговые правонарушения, а предлагается дать возможность Следственному комитету принимать эти материалы от МВД и самому решать вопрос о том, нужно возбуждать дело или нет, — говорит Президент. — Есть тонкая вещь, которая заключается в том, что по действующему на данный момент времени правилу только на основе материалов, представленных налоговой службой, эти дела можно возбуждать. На самом деле получилось так, что де-факто мы перенесли на площадку налоговой службы само по себе решение о возбуждении уголовного дела. Налоговая служба дело не возбуждает, но решение, по сути, концентрируется там. Между тем налоговая служба правоохранительным органом не является. Нужна внешняя система контроля. в данном случае МВД и Следственный комитет являются контролерами деятельности налоговой службы. Это приведет как минимум к нескольким эффектам. Первое — увеличится сбор налогов. Второе

— уменьшится коррупционная составляющая в деятельности налоговой службы. И, соответственно, третье — предприниматели начнут более аккуратно налоги

платить. То есть речь сегодня идет вовсе не о степени либерализма этого закона, а о его качестве» [10].

Безусловно, снижение налоговой преступности — это не решение проблемы, а самообман и «искусственное» корригирование статистики, учитывая высокую степень латентности данных преступлений и некомпетентность налоговых органов в плане подготовки материалов, необходимых для возбуждения уголовных дел.

Существенным вопросом, отрицательно сказывающимся на эффективности действий налоговых органов по предупреждению преступлений в данной сфере, является то, что они не наделены правом осуществлять оперативно-розыскную деятельность. Последнее является основной составляющей в деле предупреждения данного вида преступлений, т.к. главным способом их выявления является инициативность соответствующих органов.

В проявлении такой инициативности заинтересованы правоохранительные органы. Представляется, что передача полномочий по расследованию данной категории уголовных дел правоохранительным органам уменьшит уровень коррупциоген-ности налоговых органов и увеличит налоговые поступления в бюджет.

Однако то, насколько качественными будут нововведения, покажет время.

1. URL: http://www.rg.ru/2013/11/12/fns.html (дата обращения: 30 апр. 2014 г.).

2. Экстремизм: социальные, правовые и криминологические проблемы / под ред. А.И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2010. 530 с.

3. Преступность, ее виды и проблемы борьбы / под общ. ред. А.И. Долговой. М., 2011. 371 с.

4. Преступность, национальная безопасность, бизнес / под ред. А.И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2012. 650 с.

5. Здоровье нации и национальная безопасность / под ред. А.И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2013. 380 с.

6. Лежнин РА. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика налоговых преступлений: ав-тореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2009. 29 с.

7. Рос. газ. 2012. 17 янв.

8. URL: http://www.sledcom.ru/blog/detail.php?ID=85628 (дата обращения: 30 апр. 2014 г.).

9. Парфенова М., Великая Е. Сложности выявления и расследования преступлений в сфере налогообложения // Законность. 2013. N 3. С. 42-46.

10. URL: http://www.1tv.ru/news/economic/246347 (дата обращения: 30 апр. 2014 г.).

1. Available at: http://www.rg.ru/2013/11/12/fns.html (Accessed 30 April 2014).

2. Ekstremizm: sotsial’nye, pravovye i kriminologicheskie problemy [Extremism: social, legal and criminological problems]. Moscow, Russian Criminological Association, 2010. 530 p.

3. Prestupnost, ee vidy iproblemy borby [Crime, its types and problems of combating]. Moscow, 2011. 371 p.

4. Prestupnost, natsional’naya bezopasnost, biznes [Crime, national security, business]. Moscow, Russian criminological Association, 2012. 650 p.

5. Zdorov’e natsii i natsional’naya bezopasnost’ [Health of the nation and national security]. Moscow, Russian Criminological Association, 2013. 380 p.

6. Lezhnin R.A. Ugolovno-pravovaya i kriminologicheskaya kharakteristika nalogovykh prestupleniy. Avtoref. Cand. Diss. [Criminally-legal and criminological characteristics of tax crimes. Autoabstract Cand. Diss.]. Moscow, 2009. 29 p.

7. Rossiyskaya Gazeta — The Russian newspaper, 2012, 17 January.

8. Available at: http://www.sledcom.ru/blog/detail.php?ID=85628 (Accessed 30 April 2014).

9. Parfenova M., Velikaya E. Slozhnosti vyyavleniya i rassledovaniya prestupleniy vsfere nalogooblozheniya [Difficulties detecting and investigating crimes in the sphere of taxation]. Zakonnost’ — Legality, 2013, no. 3, pp. 42-46.

cyberleninka.ru


Обсуждение закрыто.