На суде у каиафы

На суде у каиафы

Суд над Иисусом Христом у первосвященников. (Глава из «Закона Божия» протоиерея Серафима Слободского)

Сначала воины привели связанного Иисуса Христа к старому первосвященнику Анне, который к тому времени уже не нес служения в храме и жил на покое. Этот первосвященник допрашивал Иисуса Христа об учении Его и учениках Его, чтобы найти какую-нибудь вину в Нем. Спаситель отвечал ему: «Я говорил явно миру: Я всегда учил и в синагогах и в храме, где всегда сходятся иудеи, и тайно не говорил ничего. Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им; вот они знают, о чем Я говорил». Один слуга первосвященника, стоявший близко, ударил Спасителя по щеке и сказал: «так-то отвечаешь Ты первосвященнику?» Господь, обратясь к нему, сказал на это: «если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, то за что ты бьешь Меня?» После допроса первосвященник Анна отослал связанного Иисуса Христа через двор к зятю своему первосвященнику Каиафе.

Каиафа же был на тот год служащим первосвященником. Он подал совет в Синедрионе: убить Иисуса Христа, сказав: «Вы ничего не знаете и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб». Св. апостол Иоанн указывая на важность священного сана, разъясняет, что несмотря на свой преступный замысел первосвященник Каиафа невольно пророчествует о Спасителе, что Ему надлежит пострадать для искупления людей. Поэтому апостол Иоанн и говорит: » ие же он (Каиафа) сказал не от себя, но будучи на тот год первосвященником, предсказал, что Иисус умрет за народ». И тут-же добавляет: «И не только за народ (т.е. за иудеев, так как Каиафа говорил только об иудейском народе), но чтобы и разсеянных чад Божиих (т.е. язычников) собрать во едино». (Иоан. 11, 49-52).

У первосвященника Каиафы в эту ночь собрались многие члены Синедриона (Синедрион, как верховное судилище, по закону, должен был собираться в храме и непременно днем). Пришли также старейшины и книжники иудейские. Все они уже заранее сговорились осудить Иисуса Христа на смерть. Но для этого им нужно было найти какую-нибудь вину достойную смерти. А так как никакой вины нельзя было найти в Нем, то они выискивали ложных свидетелей, которые сказали бы неправду против Иисуса Христа. Много таких лжесвидетелей приходило. Но они не могли сказать ничего, за что можно было бы осудить Иисуса Христа. Под конец выступили двое с таким лживым показанием: «мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворенный, и через три дня воздвигну другой, нерукотворенный». Но и такое свидетельство не было достаточным для предания Его смерти. На все эти лживые свидетельства Иисус Христос не отвечал.

Первосвященник Каиафа встал и спросил Его: «Что же Ты ничего не отвечаешь на то, что они против Тебя свидетельствуют? Иисус Христос молчал. Каиафа снова спросил Его: «заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?» На такой вопрос Иисус Христос дал ответ и сказал: «Да, Я, и даже говорю вам: отныне увидите Сына Человеческого, сидящего одесную силы Божией и грядущего на облаках небесных». Тогда Каиафа разодрал одежды свои (в знак негодования и ужаса) и сказал: «на что еще нам свидетелей? Вот, теперь вы слышали Его богохульство (т. е. что Он, будучи человеком, назовет Себя Сыном Божиим)? Как вам кажется?» Они же все в один голос сказали в ответ: «повинен смерти». После этого Иисуса Христа отдали до рассвета под стражу. Некоторые начали плевать Ему в лицо. Люди, державшие Его ругались над Ним и били Его. Другие же, закрывая Ему лицо, ударяли по щекам и с насмешкой спрашивали: «прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?» Все эти оскорбления Господь претерпел безропотно в молчании.

ПРИМЕЧАНИЕ: См. в Евангелии: от Матфея, гл. 26, 57-68; гл. 27, 1; от Марка, гл. 14, 53-65; гл. 15, 1; от Луки, гл. 22, 54, 63-71; от Иоанна, гл. 18, 12-14, 19-24.

days.pravoslavie.ru

Суд над Христом

Прежде чем отметить характерные особенности трактовки художниками сцен, которые можно объединить в один большой сюжет Суд над Христом, необходимо сказать о последовательности событий, в них изображенных. Ее можно установить, сопоставив рассказы разных евангелистов.

Всего было шесть допросов и судов над Иисусом Христом. Их последовательность такова:

Анны Иоанн, 18:12 – 13, 19 – 24

Каиафы Матфей, 26:57 – 68

Синедриона Матфей, 27:1 – 2

Суды гражданских правителей

Пилата Иоанн, 18:28 – 38

Ирод Лука, 23:6 – 12

Пилат Иоанн, 18:39 – 19:6

ХРИСТОС ПЕРЕД АННОЮ

Тогда воины и тысяченачальник, и служители Иудейские взяли Иисуса и связали Его, и отвели Его сперва к Анне, ибо он был тесть Каиафе, который был на тот год первосвященником. Первосвященник же спросил Иисуса об учениках Его и об учении Его. Иисус отвечал ему: Я говорил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего. Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил. Когда Он сказал это, один из служителей, стоявших близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: так отвечаешь Ты первосвященнику? Иисус отвечал ему: если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня? Анна послал Его связанного к первосвященнику Каиафе.

(Ин. 18:12 – 13, 19 – 24)

О первом допросе Иисуса Христа — у первосвященника Анны — рассказывает только Иоанн. Анна (Анан, Ханан бен Шет) был назначен первосвященником в 6 г. н. э. правителем Сирии Квиринием и оставался на этом посту до тех пор, пока не был снят с него прокуратором Иудеи Валерием Гратом. Ко времени суда над Христом он уже пятнадцать лет как был в отставке. Согласно иудейским законам первосвященник должен был оставаться на своем посту пожизненно, однако римляне не хотели, чтобы власть так долго принадлежала одному человеку, и поэтому довольно часто сменяли первосвященников. Так, преемниками Анны были поочередно пять его сыновей и наконец зять его Каиафа. Известно, однако, что Анна сохранял «закулисную» власть, и тот факт, что, прежде чем предать формальному суду, Христа сначала привели именно к нему, со всей очевидностью свидетельствует об этом.

Иисус предстает перед Анною со связанными руками. У одного из стражников поднята рука — он готов ударить Иисуса. Этот эпизод — допрос Анны — довольно редко изображается в искусстве ( Альбрехт Дюрер. Христос перед Анною );

Альбрехт Дюрер. Христос перед Анною. (Из цикла гравюр «Малые Страсти». 1509-1511)


к тому же сцена эта по композиции близка следующей — Иисус перед Каиафой, и их бывает непросто различить. Необычайно выразительно передает разговор Христа с Анною Дуччо: занесенная рука воина свидетельствует о его готовности ударить Иисуса ( Дуччо. Христос перед Анною и Отречение Петра ) .

Дуччо. Христос перед Анною и Отречение Петра. (Атарь «Маэста») (1308—1311).

Сиена. Музей собора.

А взявши Иисуса, отвели Его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины. Петр же следовал за Ним издали, до двора первосвященникова; и, войдя внутрь, сел со служителями, чтобы видеть конец. Первосвященники и старейшины и весь синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать Его смерти, и не находили; и, хотя много лжесвидетелей приходило, не нашли. Но наконец пришли два лжесвидетеля и сказали: Он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его. И, встав, первосвященник сказал Ему: что же ничего не отвечаешь? что они против Тебя свидетельствуют? Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам. Ты ли Христос, Сын Божий? Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных. Тогда первосвященник разодрал одежды свои и сказал: Он богохульствует! на что еще нам свидетелей? вот, теперь вы слышали богохульство Его! как вам кажется? Они же сказали в ответ: повинен смерти.

Читайте так же:  Сельское хозяйство юрист

Суд Каиафы и синедриона стал одним из сюжетов Страстного цикла уже в первые века христианства. Синедрион может быть представлен либо тремя священниками, либо Каиафой и Анною, либо одним Каиафой.

Цель этих судов над Христом — отыскать законное основание для его осуждения на смерть. После неудачной попытки найти свидетелей «богохульства» Христа (здесь наилучшим для них было бы свидетельство Иуды Искариота, но он, раскаявшийся в предательстве, исчез и его не могли найти) явились лжесвидетели, утверждавшие, что Иисус заявлял, что может разрушить храм и в три дня его создать. Христос сказал об этом примерно за три года до учиненного над ним суда, вскоре после начала своего служения (см. Ин. 2:19). Однако он вложил в эти слова иносказательный смысл: он имел в виду не здание храма, а свое тело. Примечательно, что об этом его заявлении вспомнили незадолго до его распятия (то есть разрушения) и воскресения (то есть созидания на третий день). На заклинание первосвященника ответить, действительно ли он — Христос, Сын Божий, Иисус ответил утвердительно. Это ясное свидетельство Иисуса о его божественной природе и было принято первосвященником как достаточное доказательство его богохульства. «Перед людьми, окружавшими Христа, — резюмирует известный богослов доктор Луис Барбиери Младший, — было два выбора: или, признав, что Он сказал истину, пасть перед Ним и поклониться Ему как Мессии, или отвергнуть Его как богохульника и обречь смерти. Они избрали второе, отрекшись от Того, Кто пришел к ним как их Мессия и Царь».

В живописи изображается наиболее яркий в драматургическом смысле момент — когда первосвященник Каиафа раздирает на себе одежды. Этот характерный жест в античную эпоху означал либо безутешное горе, либо отчаяние, либо — как в случае с Каиафой — негодование.

Рядом с Каиафой в кресле или на скамье, установленной на подиуме, может восседать Анна. Христос стоит босой (только он предстает в таком виде в этой сцене); Он со связанными крест-накрест руками (аллюзия на крест Распятия — сравним с перекрещиванием кольев или палок, с помощью которых, как было принято изображать, Иисусу надевали на голову терновый венец; см. УВЕНЧАНИЕ ТЕРНОВЫМ ВЕНЦОМ ); Его окружают стражники. Несмотря на свое положение подсудимого, Он всегда в этой сцене держится прямо и с достоинством. Один из воинов, как в эпизоде с Анною, поднял руку, готовый ударить Христа. Так изображают эту сцену Дюрер и Джотто. Джотто как бы совместил два допроса Христа — у Анны и у Каиафы, и бьющий Иисуса солдат — это персонаж из сцены допроса у Анны (не надо путать данный эпизод с сюжетом Поругание Христа). Каиафа всегда изображается в правой части живописного пространства этого сюжета — в соответствии с принятым символическим значением правой и левой сторон картины (правая сторона — сторона грешников, левая — праведников; подробнее о символике сторон будет рассказано в статье о Распятии Христа).

Еще ряд подробностей должен быть отмечен на замечательной фреске Джотто из его падуанского цикла. Так, Анна во время допроса Христа беседует с одним из двух воинов, в то время как Каиафа раздирает на себе одежды, произнося, очевидно, слова, приведенные Матфеем (Мф. 26:65). Христос, который за всю сцену произнес лишь одну фразу (Мф. 26:61), теперь молча отвернулся от первосвященника. Великолепный «риторический» прием использовал здесь Джотто: Христос оказывается единственным, кто смотрит с картины на зрителя, он как бы побеждает время и обращается к нам, — все остальные пребывают в конкретном месте и в конкретном времени. Взгляд же Христа на зрителя совершенно изолирует его от остальных участников этой сцены. Крайняя фигура слева — священник, внимательно смотрящий на Каиафу, — это, вероятно, Никодим, член синедриона, «один из начальников Иудейских» (Ин. 3:1), который пришел к Иисусу как-то ночью и беседовал с ним.

И поднялось все множество их, и повели Его к Пилату и начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем. Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он сказал ему в ответ: ты говоришь. Пилат сказал первосвященникам и народу: я не нахожу никакой вины в этом человеке. Но они настаивали, говоря, что Он возмущает народ, уча по всей Иудее, начиная от Галилеи до сего места. Пилат, услышав о Галилее, спросил: разве Он Галилеянин ? И, узнав, что Он из области Иродовой, послал Его к Ироду, который в эти дни был также в Иерусалиме.

Историки до сих пор не пришли к согласию в вопросе о том, имел ли право синедрион времен Христа приговаривать к смерти или приводить в исполнение смертные приговоры или он мог лишь осудить самое большее на побитие камнями (ср. ХРИСТОС И ГРЕШНИЦА ). Когда к тому же первосвященнику Анне, который первый допрашивал Христа, привели Иакова Младшего, он, «равно как нескольких других лиц, обвинил их в нарушении законов и приговорил к побитию камнями» (Иосиф Флавий. Иудейские древности, XX, 9,1). Евангелист Иоанн приводит слова иудеев: «Нам не позволено предавать смерти никого». В апокрифическом Евангелии Никодима читаем: «И сказали иудеи Пилату: «Закон наш повелевает: если муж согрешит перед мужем, должен принять тридцать девять ударов; того, кто хулит Бога, побивают камнями». Во всяком случае один лишь римский прокуратор имел власть приговаривать к распятию на кресте — это римская кара. Для иудеев, как и для римлян, казнь через распятие была самой страшной не только в физическом, но и в моральном отношении: к распятию римляне приговаривали рабов и самых отпетых преступников; евреи же считали, что человек, умерший на кресте, больше не принадлежал еврейскому народу. Поскольку все члены синедриона (кроме, очевидно, Никодима) были убеждены, что Иисус никакой не Мессия, они желали, чтобы Иисус был распят, чтобы даже имя его стерлось из памяти. Но, приведя Иисуса к Пилату, они поначалу не сумели убедить его одобрить их приговор. Пилат отослал Христа к Ироду, явно обрадовавшись возможности уйти от решения.

В изображениях этого сюжета у западных художников мы, как правило, видим сидящего на возвышении на троне Пилата — у него вид судьи. Иногда на картинах старых мастеров он предстает в короне, диадеме или лавровом венке — атрибутах царской власти. Однако зрителю следует помнить, что по законам того времени прокуратор не имел права их носить, так что, изображая Пилата подобным образом (такое изображение мы видим, в частности, у Дуччо), художники грешили против исторической правды.

Порой художники помещают на антаблементе здания, изображенного на картине, девиз: » Senatus populusque Romanus» (лат. — «сенат и народ римский»), подчеркивая тем самым, что это именно сцена у римского правителя; аббревиатуру девиза — S.P.Q.R. — можно видеть на щитах и штандартах римских воинов (Фуке). Этот девиз встречается во всех сюжетах, в которых принимают участие римские воины, — УВЕНЧАНИЕ ТЕРНОВЫМ ВЕНЦОМ ; «СЕ, ЧЕЛОВЕК!» ; ШЕСТВИЕ НА ГОЛГОВУ ; РАСПЯТИЕ .

В знаменитой картине Рембрандта «Христос перед Пилатом» среди присутствующих при допросе можно видеть группу иудейских старейшин — они страстно уговаривают Пилата отдать приказ казнить Иисуса. Иисус стоит перед Пилатом со связанными спереди руками. Здесь на нем еще нет тернового венца. Однако рембрандтовское изображение Христа на этом допросе у Пилата так же, как и у ряда других художников, — ошибочно. Допрос у Пилата наиболее полно описан в апокрифическом Евангелии Никодима — здесь много высказываний разных персонажей и свидетельств очевидцев. Но, несмотря на высокий авторитет этого документа, датируемого I-II веками, художники его не использовали.

Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал увидеть Его, потому что много слышал о Нем, и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо, и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему. Первосвященники и книжники стояли и усильно обвиняли Его. Но Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату.

Читайте так же:  Заявление об отмене обеспечительных мер ареста

Несколько характерных деталей в трактовке этого эпизода западноевропейскими художниками позволяют легко отличить его от предыдущих. Так, Ирод, восседающий на троне, непременно изображается, в отличие от первосвященников, увенчанным короной — он царь ( Альбрехт Дюрер. Христос перед Иродом ).

Альбрехт Дюрер. Христос перед Иродом. (Из цикла гравюр «Малые Страсти». 1509-1511)


Среди воинов, приведших Иисуса к Ироду, у того, который ближе к Иисусу, обычно в руках белые одежды, которые Иисусу придется надеть на себя. Иногда Иисус уже облачен в белые одежды и Его уводят от Ирода. Именно этот момент запечатлел Мастер св. Вероники на Кельнском алтаре.

Иисус же стал перед правителем. И спросил Его правитель: Ты Царь Иудейский? Иисус сказал ему: ты говоришь. И когда обвиняли Его первосвященники и старейшины. Он ничего не отвечал. Тогда говорит Ему Пилат: не слышишь, сколько свидетельствуют против Тебя? И не отвечал ему ни на одно слово, так что правитель весьма дивился. На праздник же Пасхи правитель имел обычай отпускать народу одного узника, которого хотели. Был тогда у них известный узник, называемый Варавва; итак, когда собрались они, сказал им Пилат: кого хотите, чтобы я отпустил вам: борове/, или Иисуса, называемого Христом ? ибо знал, что предали Его из зависти. Между тем, как сидел он на судейском месте, жена его послала ему сказать: не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него. Но первосвященники и старейшины возбудили народ простить Варавву, а Иисуса погубить. Тогда правитель спросил их: кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам? Они сказали: Варавву. Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят. Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы. И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших. Тогда отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие.

Сюжет этого (второго) допроса Христа Пилатом — с умыванием им рук — ранее остальных стал изображаться в древнем христианском искусстве. Но прежде чем говорить об этой, особо привлекавшей внимание художников детали, необходимо прокомментировать эпизод в целом.

Синедрион опять вернулся к Пилату, и тот против своей воли опять должен был начать суд над Иисусом Христом. Понтий Пилат был язычником, и потому члены синедриона не вошли в его дворец, боясь осквернить себя таким общением. По закону еврей становился нечистым для совершения обряда Пасхи только от прикосновения к мертвым («Были люди, которые были нечисты от прикосновения к мертвым телам человеческим, и не могли совершить Пасхи в тот день» — Чис. 9:6), но фарисеи считали всех язычников и даже вещи, принадлежавшие им, такой нечистью, от прикосновения к которой еврей становился оскверненным и вследствие этого лишался права есть пасхального агнца. Потому члены синедриона из боязни сделаться нечистыми для такого священного акта не вошли в дом Пилата. Пилат сам вышел из дома к членам синедриона на площадку перед своим дворцом, посреди которой находился каменный помост — судебное место, по-гречески называемое «лифостротон», и здесь под открытым небом Пилат творил свой суд. Именно так, перед дворцом, на возвышении, изобразил Пилата Рембрандт, что со всей очевидностью свидетельствует о том, что он иллюстрировал рассказ Иоанна, поскольку только этот евангелист определенно говорит: «От Каиафы повели Иисуса в преторию. Было утро; и они не вошли в преторию, чтобы не оскверниться, но чтобы можно было есть пасху. Пилат вышел к ним». На рассказ Иоанна опирался, по-видимому, и Дуччо . Изображение этого эпизода также указывает на то, что члены синедриона не вошли в палаты, символизирующие дворец Пилата.

Дуччо. Пилат, умывающий руки. (Атарь «Маэста») (1308—1311). Сиена. Музей собора .

Отдельным самостоятельным сюжетом нередко предстает у западных художников умывание рук Пилатом, символизирующее невиновность Пилата в проливаемой крови Иисуса Христа. О нем повествует только Матфей. Пилат изображается сидящим в судейском кресле; слуга держит таз и из кувшина поливает воду на руки Пилату, на плече у слуги полотенце; Христа в этот момент могут уводить воины, как на картине Ганса Гольбейна Старшего. Порой рядом изображается еще один слуга (обычно на заднем плане за спиной Пилата), нашептывающий прокуратору наказ Прокулы, жены Пилата (так она названа в апокрифическом Евангелии Никодима), или держащий свиток с ее посланием, как у Альбрехта Альтдорфера;

Альбрехт Альтдорфер. Пилат, умывающий руки. (Ок. 1510).


многозначительны символические детали композиции его картины: сумрак под сводами, где установлен трон Пилата, символизирует мрак язычества; яркий свет, заливающий неф готического собора, куда вступает уводимый воинами Христос, — свет христианской веры; собака у трона Пилата — символ нечестивости. Иногда встречается изображение самой жены Пилата, одно из которых особенно любопытно: в скульптурных изображениях сцен Страстей в соборе Св. Марка в Венеции мы видим Пилата, сидящего за столом, на котором расставлены письменные принадлежности, над троном Пилата отверстие (наподобие маленького оконца), в котором видна женская голова — это изображение жены Пилата.

Решение о том, должен ли Иисус быть в терновом венце в сцене умывания Пилатом рук, зависит от отношения к рассказам евангелистов. Дело в том, что эпизод этот описан только у Матфея (Мф. 27:24). По его свидетельству, увенчание Христа терновым венцом произошло после умывания рук Пилатом. Однако согласно Иоанну Пилат отправил Христа с лифостротона в преторию, где Он был подвергнут бичеванию и увенчан терновым венцом, затем вновь возвращен к Пилату и выведен им к народу со словами: «Се, Человек!» Однако у Иоанна ничего не говорится об умывании рук Пилатом. Следовательно, в решении вопроса хронологии событий в данном случае приходится опираться на логические факторы, в частности полагать, что умывание рук Пилатом — это его последнее действие. Если это так, то к моменту умывания рук Христос уже был увенчан терновым венцом. Вывод из этого рассуждения: если художник изображает Христа в момент умывания Пилатом рук еще без тернового венца, он исходит из рассказа Матфея, как мы это видим у Тинторетто, если же Христос в этой сцене предстает уже в терновом венце, то основой для художника является, по-видимому, рассказ Иоанна.

Дуччо в «Сценах из жизни Христа» (оборотная сторона его алтарного образа «Маэста») дает следующую последовательность событий суда над Христом: «Иисус перед Анной» (пятое клеймо, верх), «Первое отречение Петра» (там же, низ), «Допрос у Каиафы» (Каиафа раздирает на себе одежды и второе отречение Петра) (шестое клеймо, низ), «Поругание Христа» и третье отречение Петра (там же, верх), «Христос на допросе у Пилата» (седьмое клеймо, низ), «Пилат обращается к первосвященникам и книжникам» (там же, верх), далее верхний регистр: «Христос перед Иродом» (первое клеймо, низ), «Христос перед Пилатом (второй раз)» (там же, верх), «Бичевание» (второе клеймо, верх), «Увенчание терновым венцом» (там же, низ), «Пилат, умывающий руки» (Христос перед народом) (третье клеймо, низ), «Шествие на Голгофу» (там же, верх).

Дюрер в знаменитой серии «Малые Страсти» (всего 36 листов) придерживается следующей последовательности событий: «Христос перед Иродом» (лист XVI), «Бичевание Христа» (лист XVII), «Увенчание терновым венцом» (лист XVIII), «Се, Человек!» (лист XIX), «Пилат умывает руки» (лист XX), «Несение креста» (лист XXI).

ПРИМЕРЫ И ИЛЛЮСТРАЦИИ

Ханс Мульчер. Христос перед пилатом (Пилат, умывающий руки). (1437). Берлин-Далем. Государственные музеи.

files.school-collection.edu.ru

Каталог икон на сайте PravIcon.com

Православные иконы Богородицы, Христа, ангелов и святых

  • Начальная страница
  • Иконы Богородицы
  • Иконы Христа
  • Иконы Ангелов
  • Иконы Святых

Меню сайта

Пользователь

Описание иконы Христос На Суде У Каиафы

&nbsp Икона Господа Христос На Суде У Каиафы (Христос перед Каиафой)

ХРИСТОС НА СУДЕ У КАИАФЫ

Фрагмент из Евангелия изображен на этой иконе.

Связанного Спасителя ввели в дом первосвященников, который находился в Сионе, богатом районе верхнего Иерусалима. (Сион — местность на юго-запад от храма, где некогда стоял дворец царя Давида. Во времена Спасителя в Сионе жили иудейские начальники и знать. Здесь же находился дом с просторной горницей, где Господь совершил Тайную вечерю. Дом был просторным, с множеством помещений, расположенных на периферии обширного двора. Правящим первосвященником был Каиафа, а Анна был его тесть. (Каиафа — это прозвище. Его настоящее имя Иосиф. Он правил в качестве первосвященника с 18-го по 35-ый год после Р.Хр. В 1993 г. в семейной усыпальнице первосвященников на расстоянии полкилометра на юг от храма археологи нашли изящно высеченный саркофаг с костями человека и с именем Каиафы, написанным снаружи саркофага. Предполагают, что это и есть Каиафа, упоминаемый евангелистами). Хотя Анна был смещен со своей должности, однако он продолжал жить в первосвященническом доме, и с его мнением, как с мнением более старого и опытного первосвященника, все считались. Предварительный допрос Господа сделал Анна, после чего Каиафа возглавил формальный суд.

Читайте так же:  Водоканал имеют ли право отключать воду

Хитрый Анна стал расспрашивать Христа, чему Он учил и кто были Его ученики. Этим он задавал уголовный тон дальнейшему судебному делу, набрасывая подозрение на Иисуса, как на главу какого-то заговора, с тайным учением и тайными целями. Господь сразу отвел от Себя возможность подобных обвинений, указав Анне: «Я говорил явно миру. Всегда учил в синагоге и в храме, и тайно не говорил ничего,» — и в доказательство этого предложил спросить свидетелей, постоянно слышавших Его. Несмотря на то, что в таком ответе не было ничего оскорбительного, один из слуг желая, очевидно, угодить первосвященнику, ударил Господа рукой по щеке, сказав: «Так ли отвечаешь Ты первосвященнику?» Чтобы вразумить слугу, Господь кротко посоветовал ему: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» — то есть, если ты можешь доказать, что Я учил народ чему-нибудь худому, то докажи это, а не бей без оснований.

Закончив предварительный допрос, Анна послал связанного Иисуса к первосвященнику Каиафе. Тем временем у Каиафы собрались старейшины, книжники, именитые фарисеи и почти весь синедрион. Несмотря на позднее время, они спешили скорее собрать свидетельства против Иисуса, чтобы приготовить все необходимое для другого, утреннего полного заседания синедриона, на котором они могли бы официально вынести Ему смертный приговор. Для сбора обвинений они пригласили лжесвидетелей, которые начали обвинять Христа в разных нарушениях закона (например, в нарушении субботнего покоя). Наконец пришли два лжесвидетеля, которые указали на слова, произнесенные Господом при изгнании торгующих из храма. При этом они злонамеренно переиначили слова Христа, вложив в них другой смысл. Господь сказал: «Разрушьте храм сей [мое тело], и Я в три дня воздвигну [воскрешу] его» (Иоан. 2:19). Он не говорил о том, что Сам разрушит храм, чтобы потом воздвигнуть его — как утверждали на суде лжесвидетели.

Но и такое приписанное Христу хвастовство не было достаточным для серьезного наказания. Иисус и не пытался опровергать эти нелепые и путаные обвинения. Молчание Христа раздражало Каиафу, и он решил вынудить у Господа такое признание, которое дало бы повод осудить Его на смерть, как богохульника. По судебным обычаям того времени, он обратился к Господу с формально поставленным вопросом: «Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос — Сын Божий?» Это судебная формула заклинания требовала, чтобы обвиняемый непременно ответил сущую правду, призывая Бога во свидетели. На такой прямо поставленный, да еще под заклятием вопрос, Господь не мог не ответить. Не скрывая более Своего Мессианского и Божественного достоинства, Христос ответил: «Ты сказал!» то есть: «Да, ты верно сказал, что Я — обещанный Мессия, и прибавил: «Отныне увидите Сына Человеческого, сидящего одесную Силы и грядущего на облаках небесных.» Здесь ссылка на 109-ый псалом и на видение пророка Даниила. В указанном псалме Мессия изображается сидящим одесную Бога. Пророк же Даниил видел Мессию в образе «Сына Человеческого,» грядущего на облаках небесных. (В псалме 109-ом написано: «Сказал Господь [Бог Отец] Господу моему [Мессии]: сиди одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих… из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое.» Описание пророка Даниила: «Видел я в ночных видениях: Вот, с облаками небесными шел как бы Сын Человеческий, дошел до Ветхого Днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему. Владычество Его вечное, которое не пройдет, и царство Его не разрушится» (Дан. 7:13-14).

Этими ссылками на Священное Писание Господь подтвердил, что Он обещанный пророками Мессия и Сын Божий. Тогда первосвященник разодрал свои одежды и воскликнул: «Он богохульствует.» Раздирание одежды у иудеев выражало сильную скорбь или негодование. Первосвященнику запрещалось раздирать свою одежду. Этим драматическим жестом Каиафа хотел подчеркнуть, что он настолько возмущен заявлением Христа, что даже забыл про существующее запрещение.

«Каково ваше мнение?» — спрашивает Каиафа присутствующих, и получает желанный ответ: «Он повинен смерти!» Вынеся такой приговор, дотоле чинно сидевшие судьи превратились в озверевшую толпу и набросились на Христа. Не скрывая более своей ненависти, они начали издеваться над Ним и плевать Ему в лицо. Другие били Его по лицу и голове, спрашивая с издевкой: «Прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?» Своим поведением они обнаружили, что весь их суд был лишь грубым лицедейством, под которым скрывалась их личная злоба против Христа. Они уже не блюстители Закона Божия, а ослепленная завистью чернь.

Апостол Иоанн, как рыболов, был знаком семье первосвященника, и его беспрепятственно пропустили во двор. Иоанн же провел с собой Петра. Так как было холодно, то во дворе развели костер, вокруг которого расселись стражники и слуги. Очевидно, и апостол Петр время от времени подходил к костру, чтобы погреться. Тут-то некоторые из слуг узнали Петра и начали обвинять его, что он ученик Христов, а Петр начал их уверять, что он никогда не знал «Этого Человека.» Потом кто-то опять обвинил Петра, что он ученик Христа. В третий раз уже под утро, когда несколько слуг с большой настойчивостью стали снова обвинять Петра, что он ученик Христа, тот сильно испугался и начал клятвами уверять, что он никогда не знал Его. В это время запел петух. Тут Петр вспомнил предсказание Спасителя о петухе и, стыдясь своего малодушия, вышел на улицу и горько заплакал.

Первое заседание синедриона, начатое в доме Каиафы в четверг ночью, закончилось в пятницу рано утром. Второе заседание было созвано несколько часов спустя в великолепном здании синедриона, находящемся немного южнее храма. В Талмуде, где собраны древние еврейские законы, сказано, что в уголовных делах окончательное вынесение приговора должно следовать не ранее, как на другой день после начала суда. Но ни Каиафа, ни члены синедриона не хотели затягивать дело. Чтобы соблюсти хотя бы форму вторичного суда, синедрион собрался на следующее утро — уже в своем полном составе. На это второе заседание стражники привели связанного Иисуса Христа, который эти часы между собраниями провел на первосвященническом дворе, подвергаясь поруганию со стороны стражи и слуг.

Господа Иисуса Христа ввели на заседание синедриона и снова спросили: «Ты ли Христос?» Важно было, чтобы новые члены синедриона, лично услышали признание Иисуса в том, что Он считает Себя обещанным пророками Мессией. Зная, что суд созван лишь для соблюдения формальности и что Его участь уже предрешена, Господь ответил: «Если Я скажу вам, вы не поверите, если же и спрошу вас, не будете отвечать Мне и не отпустите.» — «Итак, Ты Сын Божий?» — переспросили судьи, и Господь как бы нехотя подтвердил: «Вы говорите, что Я.» Это было формально выраженное согласие обвиненного — именно то, что хотели услышать обвинители. Довольные ответом, члены синедриона объявляют уже ненужным дальнейшее расследование дела и выносят приговор о предании Господа Иисуса Христа римской власти — Понтийскому Пилату — для исполнения над Ним смертной казни.

Статья опубликована участником [tol] 2012-05-30, последний раз редактировалась участником [tol] 2017-10-03. Со временем любая информация устаревает. Если Вы нашли ошибки или устаревшие сведения в этой статье, сообщите об этом.

pravicon.com

Обсуждение закрыто.