Кто играет прокурора в суде присяжных

Кто играет прокурора в суде присяжных

Как вести себя обвинителю на «суде улицы»

Подсудимые выбирают суд присяжных в надежде на его «человечность», они полагают, что заседатели могут проявить жалость и принять необъективное, милостивое решение. Однако такие случаи редки, утверждает старший прокурор уголовно-судебного управления прокуратуры Москвы, старший советник юстиции Мария Семененко, обвинитель во многих громких процессах. Суд присяжных — не «суд эмоций», уверена она, заседатели внимательно следят за ходом процесса, за исследованием доказательств и аргументацией сторон.

Суд присяжных, который стал действовать на территории всей России относительно недавно, с 2010 года, многие юристы считают своего рода «панацеей» от несправедливого разбирательства. Оправданий, выносимых с коллегией заседателей, гораздо больше, чем без нее – 12%, рассказывал доктор социологических наук, научный руководитель Института проблем правоприменения при Европейском университете Санкт-Петербурга, профессор социологии права Вадим Волков.

Редакция «Право.Ru» обратилась за разъяснениями к представителю обвинения — прокурору Марии Семененко. Она участвовала во многих резонансных делах, которые рассматривались с участием коллегии присяжных. Среди них — дело «битцевского маньяка» Александра Пичушкина, уголовное дело по убийству болельщика «Спартака» Егора Свиридова, по убийству полковника Юрия Буданова, убийство магаданского губернатора Валентина Цветкова. По всем этим делам вердикт присяжных был обвинительным. Сейчас Семененко выступает гособвинителем в процессе по делу об убийстве обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской, который также по ходатайству подсудимых идет с коллегией присяжных. Правда, недавно первая коллегия была распущена — часть заседателей болела, часть не смогла участвовать из-за занятости на работе.

Способность «вжиться» в дело, ораторские способности и убедительность

— Сложившееся в обществе мнение, что суд присяжных — «суд эмоций», который выносит решение не на основании доказательств, является весьма поверхностным. Опыт уголовного судопроизводства показал, что это не так. Присяжные заседатели, как правило, внимательно следят за ходом процесса, исследованием доказательств, аргументацией сторон. Ораторские таланты государственного обвинителя и адвоката играют важную роль, однако решающим фактором судебного следствия является умение прокурора дать убедительную оценку содержащимся в материалах уголовного дела доказательствам и доступно мотивировать выводы о доказанности вины подсудимого и правильной квалификации его действий, — считает Семененко.

Качества, которыми должен обладать прокурор в делах с участием присяжных заседателей: способность «вжиться» в существо исследования преступления, умение работать с аудиторией, выдержка и быстрая реакция на поведение, ходатайства оппонентов.

— «Фактовооруженность» прокурора, доскональное знание материалов дела, умение выявить и предоставить систему доказательств требуют упорного и совместного труда с другими представителями стороны обвинения, чтобы присяжные заседатели вынесли правильное, законное и справедливое решение. Государственный обвинитель должен быть хорошо подготовлен, уметь определять, какие методы и тактические приемы он будет использовать на различных стадиях и этапах судебного следствия при представлении доказательств. Должен хорошо знать материалы дела, результаты своей работы в процессе. При подготовке прокурор должен предусмотреть, какие ситуации могут сложиться в ходе судебного следствия, и определить, как он будет действовать в том или ином случае, — считает прокурор.

Тщательно отобранные доказательства в суде с участием присяжных заседателей должны представляться в таком порядке, который максимально обеспечивает ясное и доступное понимание коллегией присяжных заседателей состава и существа совершенного уголовного преследования, мотивы действия и вину подсудимого. Это требует знания психологии людей, умения убеждать в справедливости и законности предъявляемых обвинений, хорошего владения словом, определения последовательности действий от формирования умысла до его реализации.

— Практика поддержания государственного обвинения показала, что наиболее эффективными в плане воздействия на присяжных заседателей и убеждения их в правильности той или иной версии являются конкретность и наглядность доказательств. Они доверяют таким, которые могут воспринимать непосредственно в судебном заседании. В этой связи от прокурора требуется напряженная работа, так как ему необходимо самому «увидеть» и понять картину преступления, обобщить и передать ее драматизм присяжным заседателям, которые наблюдают, слушают их, осязают и непосредственно «соприкасаются» с вещественными доказательствами, — говорит Семененко.

Сложности представления доказательств с участием присяжных заседателей в судебном заседании, по мнению старшего прокурора, в том, что не в полной мере могут быть использованы предоставленные законом возможности по наглядному и понятному для присяжных документированию доказательств. Не всегда используются технические средства (видеозапись) при производстве осмотра места происшествия, а также для документирования первоначальных показаний подозреваемых, обвиняемых, которые в судебном заседании, как правило, изменяются.

Доказательства: здесь и сейчас

— Подсудимые стремятся выбрать суд присяжных, надеясь на его «человечность». Они считают, что коллегия заседателей в ряде случаев может проявить жалость к подсудимому и принять необъективное решение. Однако такие случаи редки. При этом часто к моменту наступления судебного заседания с присяжными сам подсудимый меняет свою позицию. Если он ранее признавал свою вину полностью или частично, то к судебному заседанию полностью отрицает свою причастность к совершению преступления, и тогда в дополнение к его версии идут показания «вдруг появившихся свидетелей», которые, конечно, выгораживают своего друга или знакомого (которым для них является подсудимый), — заметила прокурор.

Присяжные заседатели, подчеркнула Семененко, как и любой человек, лучше воспринимают показания, которые звучат непосредственно в судебном заседании, поскольку это происходит здесь и сейчас. А показания, данные на следствии, допущенные к оглашению, не производят на них впечатления. Кроме того, сложно воспринимаются присяжными заседателями косвенные доказательства. Это усложняет работу прокурора, который должен принять максимальные меры к явке в суд свидетелей, потерпевших, получение дополнительных материалов, документов и фотографий для опровержения доводов защиты.

— Именно на сложность восприятия присяжными косвенных доказательств, невозможность оперативного опровержения новых версий, показаний ранее не допрошенных свидетелей о наличии алиби или непричастности к преступлению подсудимого последние и рассчитывают, когда просят о рассмотрении дела коллегией присяжных заседателей. Вероятно, поведение подсудимого имеет значение для присяжных заседателей, которые хотят понять вину и сущность человека, представшего перед судом. Задача прокурора уличить подсудимого во лжи, что, как показывает практика, приводит присяжных к убеждению, что перед ними лицо, совершившее преступные действия, несмотря на демонстрацию подсудимым интеллигентности или эрудированности, добропорядочности, а также использование всех имеющихся возможностей к изменению подсудимым внешнего вида – отращивание бороды, волос, надевание очков, сбрасывание веса или его набор, кроткое поведение, жалостливое выражение лица и так далее. Следует признать, что поведение подсудимых перед присяжными в ряде случаев влияет на вердикт, и это необходимо прокурору учитывать в своих тактических действиях, — отметила Семененко.

Ряд особенностей, затрудняющих работу гособвинителя

— Все процессы непохожи друг на друга, имеют свои индивидуальные особенности и «загадки», которые нужно вместе с присяжными заседателями «разгадать» для того, чтобы они приняли правильное, законное и справедливое решение. Для меня наиболее сложным и драматичным, вызывающим необычные реакции присяжных заседателей, оказался процесс по уголовному делу об убийстве губернатора Магадана Валентина Цветкова. Процесс характеризовался целым рядом особенностей, затруднявших работу государственного обвинителя, что потребовало активного участия прокурора в сборе, проверке и оценке доказательств, взаимодействия со следователями, расследовавшими преступление. Суть в том, что по делу, которое слушалось в Мосгорсуде, проходили только предполагаемые организаторы, но не было ни заказчика, ни киллера, не был определен мотив убийства, — рассказала прокурор.

Читайте так же:  Какой налог с покупки жилья

В процессе уголовного судопроизводства защита убеждала присяжных заседателей, что они судят не тех, кого нужно, кроме того из числа доказательств по делу были исключены протоколы допросов свидетелей и приложения к ним в виде фотографий исполнителей убийств и подсудимых, устанавливающих взаимосвязь между киллером и организаторами, сидящими на скамье подсудимых. Все доказательства по данному делу являлись косвенными и не было ни одного прямого доказательства, указывающего на организаторов преступления. По словам Семененко, надо было проделать аналитическую работу по восполнению доказательств, которые были утрачены.

— На скамье подсудимых по уголовному делу об убийстве губернатора Цветкова, покушении на заместителя главы магаданского представительства в Москве Петра Шапку и мошенничестве (хищении более 30 млн руб. у рыболовецкого колхоза «Первое мая» в Приморье) оказались пять человек. При этом обвинение в убийстве предъявлено четверым: предпринимателю Мартину Бабакехяну, его родственнику Масису Ахунцу, Артуру Анисимову и Александру Захарову. Экс-председатель колхоза Александр Чернышев, который в отличие от остальных подсудимых находился под подпиской о невыезде, обвинялся только в мошенничестве, никак не связанном с убийством. Ему грозило до шести лет лишения свободы, остальным — вплоть до пожизненного заключения. Процесс начался в сентябре 2009 года, за это время была распущена одна коллегия присяжных (заседатели заболели) и была отобрана новая. В этой коллегии уже осталось только 12 основных заседателей — запасные по разным причинам выбыли в ходе процесса, — пояснила прокурор.

Магаданского губернатора Цветкова застрелили утром 18 октября 2002 года у дома № 19 на Новом Арбате. Всего, по версии следствия и обвинения, в подготовке и организации преступления участвовали не меньше десяти человек, непосредственно на месте преступления Цветкова ждал киллер Константин Коршунов из банды Владимира Голбана по кличке «Молдаван». Коршунов выстрелил в губернатора, когда тот вышел из машины вместе с Петром Шапкой.

— Как рассказали свидетели (на Арбате в это время было немало прохожих), киллер выстрелил, убежал через арку на Арбате, выкинул оружие, сел в одну автомашину, которая проехала 500 метров, после чего киллер с соучастниками выбежали из нее и пересели в другой автомобиль, на котором они скрылись. Очевидцы, кроме действий сообщников не запомнили больше ничего. Единственное, что было у следствия – это номер машины, на которой скрылись соучастники. Еще один человек находился на месте преступления и уехал с Арбата в машине, за рулем которой сидел Масис Ахунц, который работал водителем у своего родственника и одного из организаторов убийства Мартина Бабакехяна. На момент убийства из всех перечисленных в судебном заседании гособвинителем людей осужден был только Голбан по кличке «Молдаван»: за серию заказных убийств на территории Приморского края его приговорили к пожизненному заключению. Гордиенко и Ковалев были убиты через полтора месяца после нападения на Цветкова, а киллер Коршунов с еще несколькими подельниками до сих пор в розыске, — рассказывала Семененко.

В ходе судебного следствия (при тесном взаимодействии государственного обвинителя и следствия, как подчеркнула прокурор) были получены документы – «формы-1» с фотографиями исполнителей этого убийства, которых уже не было в живых, а также на лиц, находящихся в розыске, и каждому свидетелю, чьи показания, изложенные в следственных протоколах в части опознания по фотографиям были признаны недопустимыми, документы предъявлялись в судебном заседании. Утраченные доказательства были восполнены. Они являлись связующим звеном между исполнителями и организаторами.

Борьба за вердикт: с косвенными доказательствами и без установления заказчика преступления

— Во время судебного заседания был допрошен в качестве дополнительного свидетеля Голбан, который «откомандировал» своих бойцов в Москву в помощь Бабакехяну, получившему заказ на устранение губернатора Цветкова от «неустановленного заказчика». Голбан впервые дал показания в 2009 году (спустя 7 лет) после убийства губернатора и это была заслуга следствия. Голбан дал показания против Бабакехяна, сообщив суду, что последний присутствовал на встрече, на которой обсуждалось предстоящее убийство. Впрочем, лидер банды уточнил, что переговоры вел с неким Юрием Черновым (дальним родственником Бабакехяна), а сам Бабакехян «присутствовал и понимал, о чем идет речь». Чернов, как и многие другие обвиняемые, до суда не дожил: свидетельство о его смерти приобщено к делу. Анисимов и Захаров, по версии обвинения, помогали в организации убийства: выслеживали Цветкова, выясняли его распорядок дня и круг контактов. Ахунц, как говорилось выше, увозил одного из сообщников с места преступления. Допрос в судебном заседании Голбана «подкосил» подсудимых, так как Голбан объяснил, что исполнители этого убийства – Ковалев, Коршунов и Гордиенко, являвшиеся членами его банды. Он также пояснил, что с лета 2002 года они были в Москве и участвовали в подготовке убийства Цветкова при содействии и организации Бабакехяна и Чернова. Была допрошена и свидетель Виктория Тихачева – советник Цветкова, которая совместно с губернатором создала в области ГУП «Магаданское предприятие по добыче и переработке морепродуктов» (МПДПМ), ставшее монополистом. Из-за этого в области постоянно возникали конфликты между властью и представителями бизнеса. Тихачева, которой в суде были предъявлены фотографии, полученные как дополнительные доказательства, узнала на одной из них Ковалева, который приезжал к губернатору Цветкову по вопросам бизнеса от Анисимова Артура, одного из организаторов преступления, — рассказала прокурор.

После ожесточенных дебатов прокуратура просила признать фигурантов дела виновными и не заслуживающими снисхождения. Адвокаты подсудимых заявили, что справедливым по этому делу может быть только оправдательный вердикт. Они отметили, что на скамье подсудимых нет непосредственных исполнителей или заказчиков убийства: последние не установлены, а исполнители либо убиты, либо находятся в розыске. Те же, кто сейчас предстал перед судом, по мнению стороны защиты, на самом деле не имеют отношения к этому преступлению. Адвокаты просили присяжных учитывать принцип «презумпции невиновности».

— Действительно, у обвинения не было ответов на вопросы, кто же был заказчиком преступления, что именно послужило причиной такой жестокой кровавой расправы над губернатором. Прокурору в этих условиях потребовалось глубокое проникновение в существо преступления с помощью следователей. По версии следствия, для совершения преступления подсудимые создали устойчивую преступную группу, в которую они вовлекли еще пятерых соучастников: Константина Коршунова, Сергея Гордиенко, Евгения Ковалева, а также Юрия Рашкина и Сергея Филиппенко. Непосредственные исполнители убийства — Коршунов, Гордиенко и Ковалев входили в организованную преступную группу Владимира Голбана («Молдавана») в Приморском крае и специализировались на заказных убийствах. С участием следователей на стадии судебного следствия была уточнена и окончательно обоснована версия обвинения, в рамках которой Голбан, уже отбывающий пожизненный срок за организацию серии заказных убийств, не только отправил своих людей в Москву, но и лично участвовал в планировании преступления вместе с остальными обвиняемыми, — отметила Семененко.

Именно Голбан, по его собственным показаниям, выбрал место совершения нападения на Новом Арбате и разработал схему нападения. По его плану, для удачного исхода дела должны были использоваться две машины, на которых киллеры скрылись с места преступления, конспиративные сим-карты, а непосредственно при самом убийстве должен присутствовать наблюдатель. Сам же киллер, в соответствии с его методикой, должен был идти навстречу жертве, чтобы убедиться, что убивает того, кого нужно, пройти мимо, а затем резко развернуться и выстрелить в затылок.

Читайте так же:  Правила оформления методических пособий

Как рассказывал прокурор в прениях сторон, убийство губернатора было совершено по такому сценарию: рано утром, 18 октября 2002 года киллер Коршунов поджидал Цветкова за рекламным щитом около здания представительства Магаданской области на Арбате в Москве. Еще один соучастник преступления Евгений Ковалев выступал в роли наблюдателя. Когда Цветков вышел из машины, Коршунов подошел к губернатору и выстрелил ему в затылок, после чего скрылся. Было доказано, что именно Бабакехян, Анисимов и Захаров отслеживали передвижение губернатора от его квартиры на улице Петровка до Арбата и координировали действия остальных участников организованной преступной группировки. Основным доказательством со стороны обвинения, кроме показаний Голбана, была детализация телефонных соединений фигурантов дела, которые зафиксировали нахождение Бабакехяна, Захарова, Анисимова и Ахнуца в непосредственной близости от места убийства. Во время планирования же преступления эти абоненты, согласно детализации, постоянно созванивались: за месяц между ними было установлено более сотни произошедших телефонных соединений.

— Драматизм борьбы за вердикт присяжных усугублялся тем, что доказательства, полученные на основе детализации телефонных переговоров, на которые так активно ссылалась сторона обвинения, были отвергнуты стороной защиты, которая заявляла, что детализация телефонных переговоров может быть не так точна, как того хотелось бы. Защита пыталась сказать присяжным заседателям, что детализация не является доказательством, так как нет ничего проще как ее сфальсифицировать. Выступая в прениях сторон, адвокат удивлялся, как именно сторона обвинения смогла установить точные до нескольких метров местонахождения фигурантов дела, когда согласно все этой же детализации, можно было зафиксировать только местонахождения абонентов в радиусе базовых сотовых станций — то есть в радиусе нескольких километров. Реализованный прокурорами алгоритм представления доказательств по уголовному делу губернатора Цветкова позволил создать условия для принятия справедливого обвинительного вердикта, — подытожила рассказ прокурор.

pravo.ru

uristinfo.net

12.3. Особенности участия прокурора в суде присяжных

Концептуальное и конституционное (ст. 47, 123 Конституции РФ) закрепление суда присяжных в судебной системе РФ повлекло соответствующие изменения уголовно-процессуального законодательства, регулирующего, в частности, деятельность прокурора в суде. Создание и функционирование суда присяжных в ряде регионов РФ обусловили необходимость отдельного освещения некоторых особенностей участия прокурора в рассмотрении дел судом этого вида.
Прежде всего следует отметить, что в соответствии с определенной ст. 31 УПК РФ подсудностью, суды присяжных могут рассматривать дела только о преступлениях, перечисленных в этой статье, причем только при наличии об этом ходатайства обвиняемого. Последнее заявляется обвиняемым при объявлении ему об окончании предварительного следствия и предъявлении для ознакомления всех материалов дела. Так как в последующем ходатайство обвиняемого о рассмотрении его дела в суде присяжных, как и отказ от ранее заявленного ходатайства, не принимаются, то прокурор уже на этом этапе знает, что данное дело будет рассматриваться в суде присяжных и может тщательно готовиться к участию в его рассмотрении. Определенные сложности в подготовке прокурора к участию в рассмотрении уголовного дела в суде присяжных возникают уже с момента заявления соответствующего ходатайства обвиняемым. Такая сложность возникает, когда по делу проходит несколько обвиняемых. В соответствии с п. 5 ст. 217 УПК РФ дело с несколькими обвиняемыми может быть рассмотрено только в тех случаях, когда все обвиняемые заявили такого рода ходатайства либо когда отсутствуют возражения других обвиняемых по поводу ходатайства заявленного одним или несколькими обвиняемыми. При наличии такого возражения прокурор должен выделить дело относительно возражающих, если это не отражается на всесторонности, полноте и объективности его исследования и разрешения. Удовлетворить это требование бывает нередко крайне сложно и даже невозможно в условиях стабильного роста групповых преступлений. Прокурор должен следить за тем, чтобы обвиняемый, не заявивший ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, был уведомлен, что такое ходатайство о рассмотрении дела в суде присяжных было заявлено другим обвиняемым и чтобы следователь разъяснил ему его право на возражение против рассмотрения дела в суде присяжных. Прокурору также следует иметь в виду, что обвиняемый, не заявивший ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, тем не менее, пользуется всеми правами, предусмотренными порядком рассмотрения дел в суде присяжных, если его дело там рассматривается.
Прокурор должен проследить и принять меры к обязательному участию защитника в судебном процессе, если защитник не был приглашен самим обвиняемым или другими лицами по его поручению. В соответствии с требованиями ст. 246 УПК РФ участие государственного обвинителя в рассмотрении дела публичного или частично-публичного обвинения, а следовательно, и дел, рассматриваемых судом присяжных, обязательно. Причем не только в непосредственном рассмотрении, но и на предварительном слушании дела судьей.
Необходимость участия прокурора в предварительном слушании дела объясняется тем, что в этой стадии окончательно решается вопрос о форме судопроизводства по делу. Судья, проводящий судебное заседание с обязательным участием прокурора, подсудимых, заявивших ходатайство о рассмотрении дела в суде присяжных, его защитника, выясняет, подтверждает ли подсудимый свое ходатайство. Если по делу проходят другие подсудимые, не заявлявшие ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных, то судья выясняет, есть ли у них возражения против рассмотрения дела в суде присяжных.
В случаях неподтверждения или отказа подсудимого от ранее заявленного ходатайства или при наличии возражений других обвиняемых о рассмотрении дела в суде присяжных, судья выясняет, согласны ли они на рассмотрение дела судом в составе 3 профессиональных судей. Выяснив мнение каждого из подсудимых, судья объявляет предварительное слушание дела оконченным и в дальнейшем осуществляет производство по общим правилам, предусмотренным ст. 30 УПК РФ.
При подтверждении ходатайства подсудимым о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, суд определяет количество кандидатов в присяжные заседатели, которых должно быть не менее 20, а также вопрос о том, открытым, закрытым или частично закрытым будет судебное заседание.
Если же обвиняемый подтвердил свое ходатайство и возражений против рассмотрения дела в суде присяжных со стороны других обвиняемых нет, судья объявляет об удовлетворении ходатайства и переходит к заслушиванию ходатайств сторон. Роль прокурора на стадии предварительного слушания дела сводится к тому, что он должен проследить, имеются ли в суде указанные выше ходатайства, есть ли ходатайство подсудимого о рассмотрении дела на предварительном слушании в его отсутствие либо если он сам отказывается от участия в заседании. Без указанных документов дело в предварительном слушании рассмотрено быть не может. Прокурор на предварительном слушании оглашает резолютивную часть обвинительного заключения, высказывает свое мнение относительно ходатайств, заявленных другой стороной, сам заявляет в необходимых случаях ходатайство. Важное значение при этом имеет оценка прокурором допустимости доказательств, если этот вопрос возникает на предварительном слушании. Прокурор, участвующий в предварительном слушании дела, вправе отказаться от обвинения полностью или частично. В этом случае судья прекращает дело полностью или в соответствующей части. Так как на предварительном слушании ведется протокол заседания, то прокурор в случаях несогласия с его содержанием может дать замечания в порядке, предусмотренном ст. 260, 353 УПК РФ.
Существенной особенностью участия прокурора в разбирательстве дела судом присяжных является его активное участие в отборе присяжных заседателей. Учитывая принципиальную важность роли, играемой присяжными заседателями в судебном процессе, прокурор должен с максимальным вниманием выяснить все вопросы, касающиеся личности присяжных заседателей, могущие повлиять на объективность их решения по делу. С этой целью он может подготовить и передать в письменном виде вопросы к конкретным присяжным заседателям, с тем чтобы их выяснил председательствующий и, таким образом, решил вопрос об отводе присяжного заседателя. Прокурор сам может заявить отвод в порядке, предусмотренном ст. 328 УПК РФ. Прокурор в процессе отбора присяжных заседателей имеет право на безмотивный отвод их, но числом не более двух. С этой целью он на карточке с фамилией присяжного заседателя пишет слово: «отведен». Для выяснения личности присяжных заседателей прокурор может через председательствующего просить, чтобы интересующий его присяжный заседатель представился. После формирования председательствующим суда коллегии присяжных заседателей, но до принятия ими присяги, прокурор имеет предусмотренное ст. 330 УПК РФ право, если придет к такому выводу, заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого дела, этот состав коллегии присяжных заседателей в целом может оказаться неспособным вынести объективный вердикт. В случае, если такое заявление председательствующим будет признано обоснованным, он может распустить коллегию присяжных заседателей. Активное использование рассмотренного выше права в отборе присяжных заседателей является существенной гарантией законности их последующего решения по делу. Центральное место в деятельности прокурора в суде присяжных имеет его участие в судебном следствии. Особенностью этой деятельности государственного обвинителя является уже то, что в соответствии с требованием закона (ст. 335 УПК РФ) прокурор сам зачитывает резолютивную часть обвинительного заключения. При этом выступлении он не имеет права упоминать о фактах судимости подсудимого и фактах признания его опасным рецидивистом в прошлом, хроническим алкоголиком или наркоманом, если эти факты не имеют значения для установления признаков состава преступления. После этого прокурор предлагает порядок исследования представленных им доказательств. Обычно исследование доказательств начинается с допроса подсудимого. Затем, по мере необходимости, прокурор допрашивает свидетелей, экспертов и других лиц, вызванных в судебное заседание.
В процессе судебного следствия прокурором (как и другими участниками процесса) исследуются только те доказательства, которые были допущены на предварительном слушании дела. В случае необходимости прокурор может ходатайствовать об исследовании доказательств, исключенных ранее судьей из разбирательства, а также высказывать свое мнение о необходимости их исследования, если об этом заявит ходатайство другая сторона. Важно подчеркнуть, что бремя доказывания вины подсудимых в суде присяжных лежит на государственном обвинителе. Поэтому исход дела, достижение цели уголовного преследования зависит от профессиональной подготовленности и активности прокурора. Допрашивая подсудимых, свидетелей, других участников процесса, исследуя доказательства по делу, прокурор постоянно имеет в виду необходимость убеждения присяжных заседателей в виновности подсудимых. При этом он учитывает их юридическую неподготовленность к восприятию доказательств, неосведомленность в правовых, процессуальных, криминалистических вопросах, хорошо известных профессиональным юристам, и с учетом этого строит тактику участия в судебном следствии.
Еще в большей степени это требование относится к выступлению государственного обвинителя в судебных прениях. Его речь должна быть не только профессиональна, убедительна логикой исследования и предъявления доказательств, анализом законодательства, но и доходчива для восприятия непрофессионалов по своей форме, эмоциональной напряженности, четкости структуры и выражения мысли. В своем выступлении прокурор не только излагает все доказательства вины подсудимых, но и убеждает присяжных заседателей в виновности подсудимых. Для этого он учитывает особенности рассматриваемого преступления, его восприятия и отношения к нему присяжных заседателей, уровень их образования, профессию, образ жизни и многие другие факторы, определяющие характер социальной психологии этой группы граждан, уровень их правосознания, а следовательно, и отношение к преступлению и лицам, его совершившим.
Конечно, если прокурор в процессе судебного следствия придет к выводу о полной или частичной невиновности подсудимых вследствие недоказанности их участия в совершении преступления либо отсутствии в их деянии состава преступления, он обязан отказаться от обвинения. В таких случаях при отсутствии возражений со стороны потерпевшего судья прекращает дело полностью или в соответствующей части.
Государственный обвинитель может на любом этапе разбирательства дела вплоть до удаления присяжных заседателей в совещательную комнату для вынесения вердикта изменить обвинение в сторону смягчения путем:
1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих ответственность;
2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму УК РФ, если действия подсудимого полностью охватываются другой нормой УК РФ, нарушение которой вменялось в обвинительном заключении;
3) переквалификации деяния по норме УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. В последнем случае государственный обвинитель еще на предварительном слушании должен представить суду новое обвинительное заключение, утвержденное соответствующим прокурором.
Особенностью участия прокурора в разбирательстве дел судом присяжных является его участие в постановке и формулировании вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей. Согласно ст. 338 УПК РФ государственный обвинитель, как и представители другой стороны в процессе, может предложить поправки к сформулированным председательствующим вопросам, поставить дополнительные к ним вопросы.
В связи с напутственным словом председательствующего присяжным заседателям государственный обвинитель вправе заявить в судебном процессе возражения по поводу нарушения принципа объективности. Если такие возражения своевременно заявлены не были, то в последующем прокурор не имеет права ссылаться на нарушение объективности председательствующего при последующем пересмотре этого дела вышестоящим судом.
Уголовно-процессуальное законодательство (ст. 344 УПК РФ) предусматривает возможность возобновления судебного следствия по просьбе присяжных заседателей или уточнения вопросов, поставленных перед ними председательствующим. В таких случаях государственный обвинитель по тем же правилам принимает участие в судебном следствии и формулировании или уточнении поставленных вопросов.
Существенное значение имеет деятельность прокурора в суде после вынесения вердикта присяжных заседателей. Согласно ст. 347 УПК РФ государственный обвинитель с участием представителей сторон, но уже в отсутствие присяжных заседателей может исследовать доказательства, не подлежавшие исследованию с участием присяжных заседателей, выступать по вопросам, связанным с юридическими последствиями вынесенного вердикта, включая вопросы квалификации содеянного подсудимым, назначения ему наказания и разрешения гражданского иска. При этом в своих выступлениях прокурор не имеет права ставить под сомнение правильность вынесенного присяжными заседателями вердикта.
Особенность надзорной деятельности прокурора в кассационном порядке по делам, рассмотренным судом присяжных, состоит в том, что закон (п. 5 ст. 348, п. 2 ст. 352, п. 5 ст. 355 УПК РФ) четко определяет, какие из не вступивших в законную силу постановлений суда не могут быть обжалованы.
Другие постановления, вынесенные председательствующим в суде присяжных судьей, и приговор подлежат обжалованию.
Представление на указанные приговоры и постановления приносится в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ.
Основания для принесения представления на приговоры и постановления суда присяжных:
1) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела;
2) нарушение уголовно-процессуального закона;
3) неправильное применение уголовного закона;
4) несправедливость приговора. Прокурор, участвующий в кассационном рассмотрении дела, должен учитывать, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не может принять решения, ухудшающего положения подсудимых или направить дело на новое расследование.
Приговоры и постановления суда присяжных, вступившие в законную силу, могут быть обжалованы в порядке надзора только при наличии оснований, предусмотренных ст. 409 УПК РФ.

Читайте так же:  За услуги проживания в гостинице

uristinfo.net


Обсуждение закрыто.