Исполнение законов обязательно

Исполнение законов обязательно

uristinfo.net

4.5. Особенности надзора за исполнением законов органами дознания

Дознание является самостоятельной формой предварительного расследования, во многом сходной с предварительным следствием. Здесь в основном одинаков и установленный законом порядок при совершении следственных действий, а также принимаемых ими решений при производстве предварительного расследования. Однако между дознанием и предварительным следствием имеются существенные различия, предусмотренные УПК РФ. К ним можно отнести расследование дознавателями определенной категории уголовных дел (ч. 3 ст. 150 УПК РФ), некоторое упрощение процедуры дознания, по сравнению с теми действиями, которые проводятся при предварительном следствии, сокращение срока расследования (20 суток по сравнению с 2 месяцами для предварительного следствия) и ряд других.
Исходя из этого и полномочия прокуроров по надзору за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия одинаковы. Но это не говорит о том, что формы и методы прокурорского надзора не имеют отличительной специфики.
Следует отметить, что существуют 2 формы дознания:
1) дознание по делам, по которым предварительное следствие обязательно (такие дела возбуждаются органами дознания и в течение 10 суток передаются следователю);
2) дознание по делам, по которым предварительно следствие не обязательно (такие дела возбуждаются и заканчиваются дознавателями в течение 20 суток). Осуществляя надзор за исполнением законом органами дознания, прокурор должен обращать особое внимание на следующее:
• на исполнение требования закона о порядке организации, приема, регистрации и проверке сообщений о преступлениях. Такая проверка должна проводиться не реже одного раза в месяц. Дело в том, что на практике работники органов дознания нередко допускают случаи укрытия преступления от учета различными способами, такими как необоснованный отказ в приеме заявления или сообщения о преступлении, не регистрация таких заявлений и сообщений, необоснованный отказ в возбуждении уголовного дела и ряд других. В этой связи в поле зрения прокурора должно попадать надлежащее исполнение совместного приказа от 29 октября 2005 года «О едином учете преступлений»;
• на то, чтобы по сообщениям о любом совершенном или готовящемся преступлении принимались решения в срок не позднее 3 суток со дня их поступления. Этот срок может быть продлен прокурором, а также начальником следственного отдела, начальником органа дознания до 10 суток, а при необходимости проведения документальных проверок или ревизий, только прокурором до 30 суток. Из этого вытекает, что это требование закона касается не только дознавателей, но и следователей, и прокуроров в том числе;
• на своевременное возбуждение уголовного дела при наличии к тому оснований. Если дознание проводится по делам, по которым предварительное следствие обязательно, прокурор должен обращать внимание на то, чтобы своевременно в соответствие с УПК РФ были проведены неотложные следственные действия и чтобы до передачи дела следователю в 10-дневных срок (этот срок продлению не подлежит) не выносилось постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, и не проводились другие, не предусмотренные законом действия, не относящиеся к компетенции органов дознания;
• на соблюдение установленного законом срока проведения дознания по делам, по которым предварительное следствие не обязательно. Согласно ч. 3 ст. 223 УПК РФ, дознание производится в течение 20 суток со дня возбуждения уголовного дела. Этот срок может быть продлен прокурором, но не более чем на 10 суток;
• на то, что если в отношение подозреваемого была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, то обвинительный акт должен быть составлен не позднее 10 суток со дня заключения подозреваемого под стражу (ч. 2 ст. 224 УПК РФ). Если обвинительный не будет составлен в этот срок, то подозреваемому предъявляется обвинение в порядке, установленном ст. 171-172 УПК РФ, либо данная мера пресечения отменяется (ч. 3 ст. 224 УПК РФ);
• на обоснованность составления обвинительного акта. Согласно ч. 2 ст. 226 УПК РФ, при утверждении обвинительного акта, прокурор вправе своим постановлением исключить из него отдельные пункты обвинения, либо переквалифицировать обвинение на менее тяжкое. Он также вправе возвратить уголовное дело для производства дополнительного дознания, либо пересоставления обвинительного акта в случае его несоответствия требованиям ст. 225 УПК РФ со своими письменными указаниями. При этом прокурор может продлить срок дознания, но не более чем на 10 суток для
производства дополнительного дознания, и не более чем на 3 суток для пересоставления обвинительного акта (п. 2 ч. 1 ст. 226 УПК РФ).

uristinfo.net

Каким бывает исполнение закона:
(определения приводятся в именительном падеже)

Делаем Карту слов лучше вместе

Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать Карту слов. Я отлично умею считать, но пока плохо понимаю как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!

Спасибо! Со временем я обязательно пойму как устроен ваш мир.

Вопрос: курултай — это физический объект (человек, предмет, место, растение, животное, вещество)? Можно это увидеть, услышать, унюхать, пощупать, потрогать?

Синонимы к слову «исполнение закона»:

Предложения со словом «исполнение закона»:

  • Последняя также является средством государства в осуществлении его функций охраны и закрепления определённого порядка общественных отношений и устанавливается в целях исправления и перевоспитания лиц, совершивших преступления, в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов , уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждения совершения новых преступлений как виновным, так и другими лицами.
  • Тогда никто не будет жаловаться, и те, кто отслужил свой срок, будут презирать тех, кто уклоняется от исполнения закона , а военная служба сама по себе станет честью.
  • Надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-разыскную деятельность, дознание и предварительное следствие.
  • (все предложения)
  • Оставить комментарий

    Карта слов и выражений русского языка

    Онлайн-тезаурус с возможностью поиска ассоциаций, синонимов, контекстных связей и примеров предложений к словам и выражениям русского языка.

    Справочная информация по склонению имён существительных и прилагательных, спряжению глаголов, а также морфемному строению слов.

    Сайт оснащён мощной системой поиска с поддержкой русской морфологии.

    kartaslov.ru

    Прокурорский надзор за исполнением законов судебными приставами: полезная информация для ознакомления

    Генеральный прокурор РФ и другие подчиненные ему государственные служащие осуществляют надзор за соблюдением положений законодательной базы судебными приставами. Эта функция считается одним из новейших направлений работы по прокурорскому надзору, основанная на издании нескольких актов, одним из которых является закон № 118-ФЗ и № 119-ФЗ. В данной статье приводится описание того, как правильно осуществляется прокурорский надзор за исполнением законов судебными приставами.

    Полномочия прокурора

    Прокурорский надзор — судебный пристав

    В общий перечень полномочий прокурора включены такие действия:

  • Получение при необходимости доступа к конкретной документации, справкам и другим материалам;
  • Требование от руководящих сотрудников исполнительных учреждений, статистических данных, конкретной документации или каких-либо других материалов в виде отчетности;
  • Если в процессе осуществления надзора возникают какие-либо трудности, прокурор может получить в распоряжение для решения образовавшейся проблемы специалистов, работающих в органах, указанных в ст. 21 Закона о прокуратуре;
  • Вызов ответственных сотрудников, а также обычных граждан для предоставления объяснений относительно конкретных случаев нарушения закона;
  • Осуществление прокурорских проверок и контроль соблюдения правомерности выполняемых действий;
  • После предоставления удостоверения, подтверждающего служебные полномочия прокурора, получать беспрепятственный доступ в отдельные помещения и на всю подконтрольную территорию органов, за правомерностью действий которых осуществляется контроль.
  • К частным полномочиям относятся:

    • Принятие соответствующих решений относительно возмещения ущерба, нанесенного гражданам или каким-то организациям, в результате нарушения правил, диктуемых законодательством;
    • Освобождение граждан, неправомерно задержанных на основании принятых неофициальных решений несудебными организациями;
    • Обращение в судебные инстанции обобщенной юрисдикции, а также арбитражные суды с целью соблюдения законных интересов федеральных, общественных, кооперативных организаций, отдельных граждан;
    • Предъявление требований к соответствующим инстанциям о привлечении нарушителей закона к административной или уголовной ответственности.

    Предоставляемые полномочия прокурора позволяют полностью контролировать работу подведомственных структур.

    Для чего необходим прокурорский надзор?

    Соблюдение правомерности — задача прокурорского надзора

    В соответствии с п. 2 ст. 1 действующего Закона о прокуратуре ради гарантированного соблюдения верховенства права, согласованности и нерушимости фундаментальных принципов, сохранения прав людей и отдельных граждан РФ, а также защищаемых конституцией интересов общественности и страны в целом, генеральный прокурор России и подчиненные ему сотрудники должны полностью контролировать соблюдение приставами действующих положений законодательной базы.

    Такая разновидность прокурорского наблюдения была утверждена позже остальных, конкретнее, после разработки дополнений к действующему Закону о прокуратуре. Необходимость в контроле работы приставов возникла в результате создания структурного подразделения, состоящего из судебных приставов.

    Как указывает п. 4 ст. 19 действующего Закона о приставах, полноценное регулирование работы этого структурного подразделения выполняет генеральный прокурор и другие уполномоченные сотрудники подконтрольного ему ведомства. Рассматриваемые вопросы в ходе надзора за соблюдением действующими судебными приставами несомнительной правомерности осуществляемых процедур не регламентируется, поэтому в качестве основных действий прокурора в отношении подведомственных структурных подразделений подразумевается обычный перечень его законных полномочий.

    Главные задачи общепринятого прокурорского надзора:

  • Полноценное обеспечение соблюдения правомерности и законности конкретных действий приставов;
  • Отстаивание законных интересов людей и отдельных организаций, по отношению к которым судебные инстанции принимали какие-либо решения.
  • Функции прокурорского надзора сопоставимы с такой работой:

  • Обеспечение законности и следования положениям судебных актов и постановлений других государственных организаций;
  • Надзор за соблюдением положений законодательной базы органами государственной власти;
  • Контроль за неукоснительным соблюдением прав всех без исключения граждан РФ.
  • Приставы должны принимать правильные решения в рамках правил, диктуемых законодательством.

    Какие проверки осуществляет прокурор?

    Прокурорский надзор — закон должен соблюдаться!

    Уполномоченный генеральный прокурор отвечает за выполнение таких действий во время проверки работы приставов:

    1. Принимаются ли все необходимые меры, соблюдаются ли все правила работы с исполнительной документацией;
    2. Осуществляется ли принятие во внимание ходатайства в вопросах исполнительного производства, составленные в отношении судебных приставов;
    3. Правомерность наложения ареста на собственность граждан или организаций судебными приставами;
    4. Принимаются ли все необходимые меры по поискам граждан, за которыми есть задолженность;
    5. Осуществляется контроль за соблюдением всех правил проверки той или иной документации.
    6. При осуществлении надзора, направленного на обеспечение определенных правил работы судебных инстанций, проверяется следующее:

    7. Обеспечение мер безопасности государственных служащих, участвующих в судебных заседаниях;
    8. Безопасность проведения всех без исключения судебных заседаний;
    9. Качество подготовки отдельных помещений, необходимых для проведения всех необходимых процедур, связанных с судебным производством;
    10. Контроль за предоставлением на конкретные судебные разбирательства необходимых вещественных доказательств;
    11. Выполнение отданных распоряжений и отдельных исполнительных решений, принятых судьей;
    12. Правомерность привлечения к участию в судебном заседании граждан, уклоняющихся от явки;
    13. Использование судебными приставами специальных средств, предназначенных для силового воздействия;
    14. Взаимодействие уполномоченных судебных приставов с сотрудниками силовых структур в вопросах работы с лицами, находящимися под стражей;
    15. Контроль за соблюдением установленных сроков полного выполнения составленных исполнительных листов.
    16. Перечислим разновидности составляемых исполнительных листов:

    17. Документы, оформляемые на основании составленных судебных распоряжений на протяжении трехлетнего срока;
    18. Листы, выдаваемые в течение трех месяцев после восстановления истекшего трехлетнего срока;
    19. Документы, оформляемые судебными инстанциями, на основании постановлений Международной комиссии коммерческого арбитража, а также других органов на протяжении шестимесячного срока;
    20. Составленных в общепринятом порядке с учетом стандартов организаций, выполняющих работу по контролю за взысканием материальных ценностей с отметкой банковской или какой-либо другой финансовой организации;
    21. Документы комиссий, ответственных за разрешение трудовых споров;
    22. Постановлений организаций или отдельных сотрудников, уполномоченных разрешать спорные вопросы в отношении административных правонарушений.

    Для заполнения каждой разновидности документов используется общепринятая форма.

    Главный прокурор РФ, а также находящиеся у него в непосредственном подчинении государственные служащие обязаны осуществлять проверку правомерности работы отдельных государственных учреждений, судебных инстанций, а также приставов. Необходимость в прокурорском надзоре всегда будет оставаться актуальной.

    Организация прокурорского надзора за соблюдением законов в местах лишения свободы — тема видеосюжета:


    juristpomog.com

    35. Надзор за исполнением законов при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях. — alekssandrs Jimdo-Page!

    Важным условием обеспечения законности и обоснованности возбуждения уголовных дел является ПН. В соответствии со статьей 37 УПК прокурор уполномочен проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях. Закон предусматривает следующий порядок рассмотрения сообщений о преступлениях. Дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной УПК, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения. При проверке сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь и прокурор вправе требовать производства документальных проверок, ревизий и привлекать к их участию специалистов. Прокурор, начальник следственного отдела, начальник органа дознания вправе по ходатайству соответственно следователя, дознавателя продлить до 10 суток срок, предоставленный для принятия решения по сообщению, а при необходимости проведения документальных проверок или ревизий прокурор вправе по ходатайству следователя или дознавателя продлить этот срок до 30 суток .
    Сообщения могут быть письменными или устными. Письменные сообщения подлежат обязательной регистрации . Порядок регистрации и учета сообщений определяется ведомственными актами. На данный момент действует талонная система принятия сообщений. Заявителю выдается документ (талончик) о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия. Устные сообщения заносятся в протокол. Если устное сообщение о преступлении сделано при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, то оно заносится соответственно в протокол следственного действия или протокол судебного заседания. Анонимные сообщения не могут быть зарегистрированы, но являются основанием для проведения проверки. Прокурор обязательно проверяет порядок принятия, регистрации, учета сообщений не реже 1 раза в месяц. Чтобы эти проверки проводить квалифицированно, прокурору необходимо знать ведомственные нормативные акты, в которых детально расписаны действия по приему, регистрации, учету и разрешению заявлений и сообщений о преступлениях. По результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор принимает одно из следующих решений:

    1) о возбуждении уголовного дела;

    2) об отказе в возбуждении уголовного дела;

    3) о передаче сообщения по подследственности, а по уголовным делам частного обвинения — в суд.

    О принятом решении сообщается заявителю . При этом заявителю разъясняются его право обжаловать данное решение и порядок обжалования. Таким образом, прокурор надзирает за тем, чтобы был соблюден порядок принятия, регистрации, учета, рассмотрения сообщений о преступлениях, чтобы не ущемлялись права и законные интересы граждан.

    alekssandr.jimdo.com

    СОВРЕМЕННАЯ ПАРАДИГМА ПРОКУРОРСКОГО НАДЗОРА ЗА ИСПОЛНЕНИЕМ
    ЗАКОНОВ В ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

    В период развития прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности (ОРД) в теории сложилась совокупность основополагающих понятий и установок, а также принятых научным сообществом представлений которые и определяют сущность, роль и значение, предмет и пределы, полномочия, организацию, средства и методы осуществления этого надзора. Вместе с тем научные достижения в этой сфере в полной мере не устранили противоречий, вызывающих на практике негативные явления, снижающие эффективность прокурорского воздействия на оперативно-розыскные органы в целях достижения законности. Формирование надзорной практики в настоящее время, к сожалению, основано не столько на рекомендациях ученых, устанавливающих закономерности развития прокурорско-надзорной деятельности для приведения ее осуществления в единую систему, сколько на методе «проб и ошибок», применяемом практическими работниками. Стереотипное мышление и интуитивный поиск лучшего решения, ориентированного на ближайший положительный результат в каждом конкретном случае, являются как основными слагаемыми, так и основной причиной неудовлетворительных результатов.

    Однако ситуативный подход практиков вовсе не обусловлен нигилистическим неприятием теории. При обсуждениях проблем прокурорского надзора на круглых столах и научно-практических конференциях(1) прокуроры, осуществляющие надзор как в сфере ОРД, так и по иным отраслям и направлениям, указывают и на существующие недостатки законодательства (несогласованность норм, пробельность, общая неконкретная регламентация правоотношений и т. п.), и острую нехватку научно обоснованных методических рекомендаций, которые в целях единства правоприменения были бы одобрены Генеральной прокуратурой Российской Федерации. Поэтому реализация научных достижений в практической деятельности должна быть обеспечена их адекватной нормативно-правовой регламентацией, а также понятной и доступной системой методических рекомендаций по осуществлению надзора. Следовательно, алгоритм теория — закон — практика предопределяет первичность теоретических изысканий. Полагаем, что существующая научная парадигма прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД требует существенного обновления, при одновременной корректировке взаимосвязанных положений теории уголовного процесса и теории оперативно-розыскной деятельности.

    Научной ревизии и пересмотру существующих теоретических положений

    прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД необходимо подвергнуть:

    способы и источники правовой регламентациипрокурорского надзора за исполнением законов в ОРД;

    задачи и объектыпрокурорского надзора за исполнением законов в ОРД;

    предмет и пределыпрокурорского надзора за исполнением законов в ОРД;

    полномочия прокурора и соответствующие им средства реализации прокурорского надзора в ОРД.

    От результатов решения этих вопросов в конечном счете зависит место и роль прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД среди иных отраслей и направлений прокурорского надзора, и в том числе относительно такой отрасли, как надзор за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие.

    Отнесение указанных выше вопросов к числу основных предопределяется следующими противоречиями:

    несоответствие порядка правового регулирования общественно-правовым отношениям, возникающим при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД, и наличие правовых пробелов;

    неоднозначность задач, решаемых при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД;

    смешение (отождествление) понятий «дознание» и «оперативно-розыскная деятельность» (органов дознания и оперативно-розыскных органов);

    неполнота определения предмета надзора или определение предмета надзора без учета всех требований федерального законодательства к осуществлению оперативно-розыскной деятельности;

    неадекватность полномочий прокурора и правовых средств их реализации целям прокурорского надзора в ОРД.

    Рассмотрим указанные противоречия.

    Несоответствие порядка правового регулирования общественно-правовым отношениям, возникающим при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД, и наличие правовых пробелов.

    Указанное противоречие заключается в следующем:

    попытка регламентации общественных отношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством норм уголовно-процессуального законодательства (бланкетная норма ст. 30 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17 января 1992 г. № 2202-1 в ред. Федерального закона от 17 ноября 1995 г. № 168-ФЗ);

    попытка регламентации общественных отношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством норм Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ (ст. 21);

    попытка регламентации общественных отношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством общих (неконкретных) норм федерального законодательства (Федеральные законы «О федеральной службе безопасности» от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ, «О внешней разведке» от 10 января 1996 г. № 5-ФЗ и другие нормативные правовые акты);

    объединение различных по сути норм, призванных регламентировать прокурорский надзор за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности и за исполнением законов органами, осуществляющими предварительное следствие и дознание, в единой главе и статьях Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» (ст.ст. 29, 30 гл. 3 разд. III).

    Регламентация общественных отношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством норм уголовно-процессуального законодательства представляется ошибочной. Во-первых, уголовно-процессуальная и оперативно-розыскная деятельность осуществляются разными субъектами в рамках различных форм, посредством использования отличающихся средств, методов и приемов. Поэтому вполне логично, что предварительное расследование и оперативно-розыскная деятельность регулируются различными законодательными

    актами. Во-вторых, на досудебных стадиях уголовного судопроизводства правоотношения возникают между прокурором и органами, осуществляющими предварительное расследование, либо между прокурором и другими участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами, интересы которых могут быть затронуты производимыми процессуальными действиями и принимаемыми процессуальными решениями. При этом в рамках уголовного процесса прокурор не вступает в правоотношения с субъектами оперативно-розыскной деятельности. В-третьих, уголовно-процессуальное законодательство призвано и в идеале должно регламентировать деятельность по расследованию преступлений, а не по осуществлению надзора за законностью расследования.

    В свою очередь, регламентация правоотношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством норм оперативно-розыскного законодательства также представляется неудачным решением. Прокурорский надзор за законностью какого-либо вида деятельности не является тождественным самой этой деятельности, будь то уголовный процесс или ОРД, а следовательно, и нормативное правовое регулирование прокурорского надзора и деятельности поднадзорных ему объектов не может осуществляться посредством единых правовых источников. Так, в процессе прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности правоотношения возникают между прокурором и субъектами ОРД либо прокурором и иными лицами по поводу осуществления субъектами ОРД своей деятельности с целью оценки прокурором законности этой деятельности. В осуществлении самой же оперативно-розыскной деятельности прокурор не участвует, поэтому его полномочия не должны регулироваться оперативно-розыскным законодательством.

    Непродуктивна и регламентация общественных отношений по осуществлению прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности посредством самых общих норм федерального законодательства, регулирующего особенности оперативно-розыскной деятельности отдельных оперативно-розыскных органов. Например, Федеральные законы «О федеральной службе безопасности», «О внешней разведке» и другие нормативные правовые акты лишь упоминают о прокурорском надзоре и его пределах в сфере оперативно-розыскной деятельности этих органов, не раскрывая форм и способов его осуществления, особенностей организации.

    Основываясь на приведенных суждениях, можно прийти к выводу о том, что регулирование прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД должно осуществляться исключительно посредством норм Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», при наличии корреспондирующих норм в законодательстве, регулирующем оперативно-розыскную деятельность поднадзорных органов. В настоящее время в ст. 29 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» законодательно объединены различные по юридической природе элементы предмета прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими дознание, предварительное следствие и ОРД. Многие специалисты обоснованно считают, что этим решением «проигнорирована сущность такого специфического и самостоятельного вида деятельности, какой является оперативно-розыскная деятельность»(1). В связи с этим имеет место «дискриминация прокурорского надзора за ОРД», исключение его из состава приоритетных направлений деятельности органов прокуратуры, дезориентация прокуроров и ошибочное включение уполномоченных прокуроров в состав отраслевых отделов по надзору за следствием и дознанием(2).

    Неоднозначность задач, решаемых при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД.

    Формулировки действующего законодательства порождают споры относительно перечня задач, решаемых уполномоченными прокурорами при осуществлении надзора за законностью ОРД(1).

    Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» (ст. 21) содержит указание на осуществление прокурорского надзора за оперативно-розыскной деятельностью. Это влечет за собой выделение «дополнительных» задач прокурорского надзора, что получало отражение как в методических рекомендациях, так и в ведомственных приказах. Например, в число задач прокурорского надзора также включали: содействие оперативным подразделениям в комплексном и активном осуществлении всего объема оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ), предусмотренных законодательством; содействие надлежащему документированию произведенных ОРМ; содействие использованию результатов ОРМ в процессе доказывания по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего собирание, проверку и оценку доказательств(2).

    Прямое указание на обязанность уполномоченных прокуроров способствовать выполнению задач ОРД по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, изобличению виновных и розыску лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда либо уклоняющихся от исполнения уголовного наказания, а также розыску без вести пропавших граждан содержалось в отраслевых приказах Генерального прокурора Российской Федерации(3).

    Подобный подход был подвергнут критике в научной литературе, поскольку он противоречит сущности надзорной деятельности и нацеливает прокурора на подмену ведомственного контроля. Определить задачи надзора можно, только однозначно установив: за чем осуществляется надзор — за исполнением законов (за законностью) в ОРД или собственно за ОРД? В соответствии с положениями Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» надзор осуществляется именно за исполнением законов. В настоящее время определено, что деятельность уполномоченного прокурора должна быть направлена на обеспечение соблюдения прав и свобод человека и гражданина, законности при решении задач оперативно-розыскной деятельности(4).

    Таким образом, с одной стороны, прокурору необходимо отвечать только за соблюдение и исполнение законов, а с другой — не подменяя в своей деятельности органы ведомственного контроля, применением средств прокурорского надзора обеспечивать законность при решении задач ОРД.

    При этом обеспечение законности нельзя понимать узко, только в смысле обеспечения соблюдения установленных законом процедур или прав и свобод лиц, которые ограничиваются в процессе ОРД. Полагаем, что обеспечение законности

    в данном контексте следует понимать как возможность воздействовать на эффективность ОРД, поскольку Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» требует принятия всех необходимых мер для достижения целей и решения задач ОРД (ст.ст. 1, 2, 14). Иными словами, содержащееся в Законе требование эффективности оперативно-розыскной деятельности включает саму эффективность в структуру законности, которая должна обеспечиваться, в том числе, и средствами прокурорского надзора. Именно такое понимание законности и способов ее обеспечения позволяет определить истинную роль органов прокуратуры и значение прокурорского надзора в ОРД.

    Смешение (отождествление) понятий «дознание» и «оперативно-розыскная деятельность» (органов дознания и оперативно-розыскных органов).

    Проведенные исследования показали, что в определенный исторический период формирования и развития специальных государственных органов (именуемых органами дознания) обе функции — дознание как форма предварительного расследования и оперативно-розыскная деятельность — нераздельно входили в компетенцию одних и тех же органов и должностных лиц. Однако с принятием Закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» от 13 марта 1992 г. № 2506-1 было положено начало разделению указанных функций в зависимости от компетенции подразделений соответствующих органов. Разделению понятий «дознание», «орган дознания» и «оперативно-розыскная деятельность», «оперативно-розыскной орган» («орган, осуществляющий ОРД») также способствовало введение в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ)(1).

    Выделение органов, уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, из органов, осуществляющих дознание, потребовало переосмысления правовой природы их деятельности и определения их нового статуса, компетенции и полномочий. Однако этот процесс не был доведен до логического завершения. До сих пор не устранена системная ошибка, выраженная в методологически неверной юридической конструкции, в рамках которой, определив круг правоохранительных органов, уполномоченных на осуществление ОРД, в одном законодательном акте — Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности», законодатель частично устанавливает их компетенцию в другом законодательном акте — УПК РФ. Представляется, что отделение нормативного правового регулирования структуры органов от нормативного правового регулирования их функции противоречит структурно-функциональ-ному единству такого явления, как организация. Неразрывность структуры и соответствующих ей функций является очевидным и обязательным условием организации любой деятельности, в том числе и уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной, именно поэтому разделять нормативное правовое регулирование структуры и соответствующей ей функции нерационально.

    Смешение законодателем двух различных по своей правовой природе видов деятельности — дознания как формы предварительного расследования и оперативно-розыскной деятельности, с отнесением их к компетенции одного объекта — органа дознания, без уточнения, кто именно и чем должен заниматься, существенно затрудняет идентификацию объектов прокурорского надзора и выбор соответствующих им средств прокурорского надзора. Кроме того, с точки зрения разграничения поднадзорных объектов следует учитывать, что ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» не называет органы, осуществляющие ОРД, в качестве органов дознания. Наоборот, ст. 40 УПК РФ устанавливает, что к органам дознания, в том числе, относятся органы исполнительной власти, наделенные правом осуществления ОРД. Таким образом, следует констатировать отсутствие четкого законодательного разграничения компетенции органов, осуществляющих ОРД, и органов, осуществляющих предварительное расследование в форме дознания. Как формальное,

    так и фактическое смешение указанных функций в рамках одного объекта повлекло частичное смешение понятий «дознание» и «ОРД» и привело к отсутствию специальных норм, регламентирующих прокурорский надзор за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности. В связи с этим по логике законодателя полномочия в отношении оперативно-розыскных органов прокурор должен осуществлять опосредованно, через обращение к полномочиям по надзору за органами предварительного расследования. С учетом сказанного полагаем необходимым четко дифференцировать на законодательном уровне структуру, компетенцию и полномочия субъектов уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности, на основе чего отнести их к объектам прокурорского надзора различных отраслей.

    Неполнота определения предмета надзора или определение предмета надзора без учета всех требований федерального законодательства к осуществлению оперативно-розыскной деятельности.

    Современное понимание прокуратуры в основном как правозащитного государственного органа может приводить к нормативному ограничению полномочий прокурора и снижению роли прокуратуры, поскольку правозащитная деятельность выражается преимущественно в надзоре за соблюдениемзаконов и не всегда охватывает надзор за их исполнением. Обеспечение только соблюдения законов сужает формы реализации права и предполагает лишь следование запретам, установленным законом, в то время как исполнение законов выражается в активной деятельности по осуществлению предписаний закона(1). Когда прокуратура осуществляет надзор за соблюдением закона речь идет о следовании поднадзорными органами запретам, как правило, связанным с соблюдением прав и свобод человека и гражданина при осуществлении ими своей деятельности(2). Если же прокуратура осуществляет надзор за исполнением закона,то речь также идет о побуждении оперативно-розыскных органов к активным действиям средствами прокурорского надзора, когда под воздействием со стороны органов прокуратуры оперативно-розыскные органы изменяют интенсивность и качество своей работы и достигают определенных результатов. Предполагается, что эффективность оперативно-розыскной деятельности, помимо иных факторов, находится в определенной зависимости и от прокурорского надзора. Эффективность работы оперативно-розыскных органов (ОРО) не является характеристикой только их оперативно-хозяйственной деятельности и выходит из исключительной компетенции органов ведомственного контроля, являясь требованием закона, а поскольку надзор за исполнением требований закона относится к компетенции органов прокуратуры, то и эффективность деятельности ОРО подлежит обязательной оценке со стороны прокурора.

    Полагаем, что, определив предмет надзора тремя составными частями: соблюдение прав и свобод человека и гражданина, соблюдение установленного порядка выполнения оперативно-розыскных мероприятий, законность решений, принимаемых органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, законодатель необоснованно сузил круг вопросов, которые уполномоченный прокурор должен рассматривать при решении специфических задач в этой сфере. Считаем, что в содержание предмета прокурорского надзора в специальных его отраслях должны быть включены не только элементы, характеризующие его как специальную отрасль, но и элементы, указывающие на принадлежность этой специальной отрасли к единой системе прокурорского надзора. Таким образом, в содержание предмета прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД обязательно должны входить: соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов.

    Следовательно, в состав предмета прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими ОРД, должны входить не только соблюдение прав и свобод граждан, порядка выполнения ОРМ и законность принимаемых ОРО решений, но и законность оперативно-розыскной деятельности в целом.

    Очевидно, что, ограничивая свою компетенцию только порядком проведения ОРМ или законностью принимаемых ОРО решений, уполномоченный прокурор не может дать правовую оценку законности всей оперативно-розыскной деятельности, осуществляемой соответствующим объектом надзора. Например, существующая трактовка предмета надзора в исследуемой сфере исключает возможность оценки уполномоченным прокурором исполнения требований, содержащихся в ст.ст. 2 и 14 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Так, ст. 2 указанного Закона содержит перечень задач оперативно-розыскной деятельности, а ст. 14 — требования к ОРО при решении указанных задач «принимать в пределах своих полномочий все необходимые меры по защите конституционных прав и свобод человека и гражданина, собственности, а также по обеспечению безопасности общества и государства». При этом наиболее важным в контексте рассматриваемого вопроса является то, что требование о принятии всех необходимых мер в данном случае содержится не во внутриведомственных нормативных правовых актах, а в Законе. В связи с этим оценка того, приняты ли были все необходимые меры по решению задач ОРД и защите указанных объектов безопасности, относится к компетенции прокурора.

    Следует констатировать, что предмет прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими ОРД, сформулирован в ст. 29 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» неполно, без учета всех требований федерального законодательства к осуществлению оперативно-розыскной деятельности. В свою очередь, неполнота определения предмета прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности существенно затрудняет определение целей и задач данного направления надзорной деятельности и разработку адекватных средств прокурорского надзора, как на уровне теории, так и на уровне их законодательного закрепления.

    Неадекватность полномочий прокурора и правовых средств их реализации целям прокурорского надзора в ОРД.

    Для определения специально-отрас-левых полномочий прокуроров при осуществлении прокурорского надзора за исполнением законов оперативными подразделениями органов, осуществляющих ОРД, необходимо руководствоваться ст. 30 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», которая содержит бланкетную (отсылочную) норму. В ней дается ссылка на положения уголовно-процессуального закона и другие федеральные законы Российской Федерации, нормами которых должны определяться полномочия уполномоченного прокурора, а следовательно, и правовые средства прокурорского надзора. Вместе с тем УПК РФ, определяя процессуальный статус прокурора в досудебном и судебном производстве, каких-либо полномочий по надзору за исполнением законов органами, осуществляющими ОРД, прокурору не предоставляет. Других федеральных законов, на положения которых также дается ссылка в ст. 30 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», определяющих полномочия уполномоченных прокуроров, не принято. При наличии правового пробела в части регламентации полномочий уполномоченного прокурора практика идет по пути использования при проведении проверок в поднадзорных оперативно-розыскных органах надзорных полномочий, закрепленных в ст.ст. 22 и 27 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», что вызывает необходимость расширительного толкования этих законодательных положений, при этом проблема не снимается. Существующая, таким образом, неопределенность и ограниченность полномочий прокурора является обстоятельством, негативно влияющим на его возможности как по принятию мер по защите прав и свобод человека и гражданина, так и установлению законности в ОРД.

    Кроме того, применение «общенадзорных» средств выявления и устранения нарушений законов в сфере оперативно-розыскной деятельности не является достаточно эффективным, поскольку не учитывает специфику деятельности оперативно-розыскных органов и обедняет арсенал средств прокурорского реагирования. В частности, уполномоченный прокурор не наделен правом самостоятельной отмены незаконных и необоснованных решений органов, осуществляющих ОРД. Для устранения нарушений, связанных с принятием незаконных и необоснованных решений, прокурор осуществляет их опротестование. Дать указание о проведении оперативной проверки или разработки при установлении нарушений законности прокурор не уполномочен, так как право заведения дел оперативного учета относится к исключительной компетенции оперативно-розыскных органов (ст. 10 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»).

    Полагаем, что анализ указанных противоречий подтверждает назревшую необходимость изменения как научных взглядов в рассматриваемой сфере, так и нормативно-правового регулирования и практики прокурорского надзора за законностью ОРД. Тезис обеспечения законности при решении задач ОРД должен служить формированию активной и наступательной позиции в практической деятельности уполномоченных прокуроров.

    www.procuror.spb.ru

    Читайте так же:  Долевая собственность владение пользование распоряжение

Обсуждение закрыто.