Денежный штраф по русской правде

Денежный штраф по русской правде

Русская правда

Основным источником права Киевской Руси на начальном эта­пе было обычное право, на которое опирался князь, принимая реше­ния в области суда и управления. Обычаи в течение долгого времени действовали не только в области уголовной, но и в торговой сфере, в брачно-семейной сфере, и даже в области публичного права, опре­деляя компетенцию государственных органов, порядок сбора нало­гов и т.д.

Источником права данного периода стала Русская Правда, ко­торая занимает центральное, главное место среди источников права Киевской Руси. О ее происхождении, источниках и практическом значении в литературе нет единой точки зрения.

Обычно дошедшие до нас тексты Русской Правды делят на три редакции: Краткую, Пространную и Сокращенную. Краткая редак­ция является древнейшей. Она состоит из Правды Ярослава и Прав­ды Ярославичей, а две последние статьи называются Покон вирный и Урок мостников. Краткая правда дошла до нас в двух списках: Ар­хеографическом и Академическом, списков Пространной редакции гораздо больше, более ста.

В литературе нет единой точки зрения по поводу происхожде­ния Русской правды. Некоторые исследователи (С.В. Юшков) на­стаивали на официальном ее происхождении, считая Русскую прав­ду памятником княжеского законодательства. Такой авторитетный ученый, как В. О. Ключевский, считал Русскую правду памятником церковной кодификации, поскольку считал, что княжескому суду нормы права, основанные на обычаях, и так были известны, а пред­ставители духовенства, входившие в состав церковного суда, по сво­ему происхождению были греками и русских обычаев не знали.

Понятия преступления в Русской правде нет. Там употребляет­ся термин обида, под которым понимается всякое нанесение физиче­ского или морального вреда. Субъектами преступления могли быть только свободные люди, холопы не подлежали полноценной ответ­ственности. Если преступление совершалось несколькими лицами, то все они несли одинаковую ответственность независимо от степе­ни участия каждого. Русская правда признает смягчающие вину об­стоятельства, например, различает убийство на пиру и убийство в разбое, устанавливая за них разное наказание. Более легкое нака­зание следует за преступление, совершенное в состоянии опьянения.

Преступление в Древней Руси, с одной стороны, нарушало ус­тановленный государством порядок, с другой стороны, причиняло ущерб потерпевшему. Поэтому виновный наказывался государством и возмещал ущерб потерпевшему.

Основным видом наказания за различные виды преступлений является, по Русской правде, денежное взыскание. Оно осуществля­лось в нескольких видах. Вира — штраф за убийство в пользу князя в размере 40 гривен. За убийство княжих людей взималась вира в 80 гривен. Дикая вира взималась со всей общины, в которой состоял преступник. Головничество — денежное взыскание в пользу родст­венников убитого, уплачивалось одновременно с вирой. За иные, чем убийство, преступления Русская правда предполагает продажу (штраф в пользу князя) и урок (выплату потерпевшему). Различные денежные штрафы взимались за оскорбление действием (вырывание бороды), нанесение увечья, нанесение побоев и т.д. Также упомина­ется такое наказание, как поток и разграбление, т.е. лишение личных и имущественных прав. При этом имущество виновного конфиско­вывалось, а сам он с семьей продавался в холопы.

Русская правда не упоминает о смертной казни, но в то же время из арабских источников известно, что русы казнили воров, попавшихся в третий раз, через повешение.

Из имущественных преступлений Русская правда упоминает татьбу, конокрадство, поджог, незаконное пользование чужим иму­ществом и т. д. Самым тяжким имущественным преступлением счи­талось конокрадство, за которое назначалось высшее наказание — поток и разграбление.

Гражданско-правовые отношения в Древней Руси нельзя на­звать хорошо развитыми, однако их правовое регулирование совер­шенствовалось. Нормы обычного права, закрепленные в Русской правде, большое внимание уделяли сделкам. Они заключались в устной форме при свидетелях и сопровождались определенными действиями, например, битьем по рукам, привязыванием ключей к поясу и т. д.

Вещное право знало право владения, право собственности, на­чинало развиваться и залоговое право. Основным объектом права владения и права собственности была земля как главное средство производства. Субъектами этих прав выступали феодалы, свободные люди, а также община. Одним из способов приобретения права соб­ственности была давность владения.

Наиболее полно регламентирован договор займа, что было сделано Владимиром Мономахом после киевского восстания против ростовщиков в 1113 г. Существует три вида займа: обычный (быто­вой) заем, заем, совершаемый между купцами, с упрощенными фор­мальностями, заем с самозакладом — закупничество. Предусматри­ваются различные виды процентов в зависимости от срока займа.

Русская правда знает наследование по закону и по завещанию (ряд). Составлять завещание могли не только мужчины, но и жен­щины. Наследниками являлись близкие родственники умершего, прежде всего сыновья. При отсутствии завещания они сами осуще­ствляли раздел имущества. При отсутствии сыновей могли наследо­вать и дочери.

Судебный процесс по Русской правде носил состязательный характер, он не делился на уголовный и гражданский. Главную роль в судопроизводстве играл князь. Участвовали в суде и ратные люди: тысяцкий, сотские, десятские.

Обе стороны процесса назывались истцами. Если преступник не был известен, его отыскивали при помощи так называемого сво­да. Свод состоял в отыскании истцом ответчика при похищении ве­щи. Он начинался с заклича, когда пострадавший объявлял на торгу о пропавшей вещи. К закличу прибегали лишь в том случае, если пропавшая вещь имела какие-то индивидуально определенные при­знаки. Это могли быть холоп, оружие, одежда. Иначе отыскать по­хищенную вещь было невозможно. Если по истечении трех дней вещь обнаруживалась, то лицо, у которого она была обнаружена, считалось ответчиком в случае отсутствия доказательства добросо­вестности приобретения найденной у него вещи.

В целом смысл свода как досудебной процедуры состоял в оп­ределении противной стороны в судебном процессе.

Если должник не оспаривал своего долга или права кредитора на вещь, но и не отдавал должного, тогда взыскание осуществлялось в бесспорном порядке с помощью должностных лиц государства. Личный иск возникал в том случае, если должник оспаривал право кредитора требовать с него долг. Тогда кредитор вызывал его на суд. Гарантом явки мог выступать поручитель.

Если преступник бежал, происходило гонение следа (розыск преступника по следам). Если след терялся на большой дороге или в степи, розыск прекращался. Если след терялся на территории общи­ны, она сама разыскивала преступника или уплачивала дикую виру.

Иски, связанные с гражданскими правоотношениями, можно разделить относительно Русской правды на вещные и личные, хотя сама Русская правда такого деления не проводит. В первом случае идет речь о восстановлении утраченного владения. Личный иск воз­никал в том случае, если должник оспаривал право кредитора требо­вать с него долг.

В качестве судебных доказательств Русская правда признавала присягу, собственное признание, ордалии (судебные испытания, в первую очередь раскаленным железом, когда обвиняемый брал в руки такое железо и по ожогам судили о степени его виновности), свидетельские показания (видоки и послухи). Видоки — те, кто ви­дел преступление, его непосредственные очевидцы, а послухи — те, кто только слышал о преступлении и преступнике, а также свидете­ли доброго имени подозреваемого. О судебном поединке в Русской правде не упоминается, но о нем говорят арабские источники[5]. По­бедивший в поединке признавался выигравшим процесс.

Русская правда обладает определенным сходством с таким па­мятником права франкского государства, как Салическая правда, что объясняется сходным этапом развития общественных отношений. И там, и здесь основным видом наказания является денежный штраф. И по Русской, и по Салической правде наказание зависит от социального положения преступника и потерпевшего.

Русская правда не уделяет большого внимания брачно­семейным отношениям, которые регламентировались церковными правилами и нормами. С принятием христианства ушли в прошлое практиковавшиеся на Руси многоженство и кража невесты. Было за­прещено заключение брака между родственниками и свойственни­ками, а также самовольное расторжение брака.

Читайте так же:  Изменения оплаты налогов

Русская правда являлась первым сборником древнерусского права и оказала влияние на дальнейшее развитие законодательства.

Многие ее нормы впоследствии послужили основой для Псковской и Новгородской судных грамот, а также для литовского законода­тельства.

scicenter.online

Денежный штраф по русской правде

Мы изменили дизайн, добавили актуальную информацию, поддержку мобильных устройств и многое другое. Сейчас new.tisbi.ru работает в тестовом режиме, мы продолжаем его совершенствовать.

ШТРАФ КАК УГОЛОВНОЕ НАКАЗАНИЕ В ИСТОРИИ УГОЛОВНОГО ПРАВА ДОСОВЕТСКОЙ РОССИИ

А.В. Курц, аспирант Марийского государственного университета

В нашей стране штраф применялся в качестве уголовного наказания еще на заре отечественного права. Истоки возникновения штрафа можно увидеть в самых древних памятниках российского законодательства. Одним из таких памятников является Русская Правда. И в ней довольно значительное место уделено денежным штрафам.

Древнейшей формой наказания в нашей стране являлась месть преступнику со стороны потерпевшего или его родственников. По договору с греками 911 г., убийцу можно было умертвить каждому безнаказанно на месте преступления: «Да умрем, идеже аще створить убийство» 48 . Договор 945 г. 49 дает право жизни убийце только родственникам убитого без определения степени родства. Русская Правда ограничила круг мстителей за убийство только двумя степенями ближайших родственников убитого. Правда сыновей Ярослава запрещала убивать убийцу кому бы то ни было, предписав родственникам последнего довольствоваться определенной денежной компенсацией.

Преобладающим видом наказания по Русской Правде были денежные взыскания с преступника, слагавшиеся из двух частей: штрафа и компенсации; штраф поступал князю, компенсация за причиненный преступлением ущерб шла потерпевшей стороне, а именно: за убийство — вира (в пользу князя) и головничество (родственникам потерпевшего), за прочие преступления — продажа (князю) и урок (потерпевшему). Тяжким наказанием в виде денежного взыскания была вира — денежный штраф, взыскивавшийся в пользу князя за убийство свободного человека 50 . Слово «вира», не встречающееся в других славянских языках, считают заимствованным из немецкого языка (Wehrgeld) 51 .

По Правде Ярослава вира взимается в том случае, если нет мстителя (ст. 1 Краткой редакции Русской Правды) 52 . Вира взыскивалась не всегда с самого преступника, но иногда с общины — верви, к которой он принадлежал; в таком случае она называлась дикой вирой и взыскивалась в двух случаях: а) если совершено непредумышленное убийство и преступник состоит с членами общины в круговой поруке; б) если совершено предумышленное убийство, но община не разыскивает убийцу (прикрывает его или не выдает). В первом случае вервь платит с участием самого преступника (в соответственной доле); во втором случае уплата доли рассрочивается на несколько лет (Кар., 5).

Величина виры постоянна: за свободных людей вообще — 40 гривен. Двойная вира в размере 80 гривен полагалась вначале за убийство огнищанина, а позднее — за убийство княжих мужей, конюшего, старосты и тиуна (ст. 19, 22 Краткой редакции Русской Правды; ст. 3 Пространной редакции Русской Правды) 53 , что свидетельствовало об усиленной защите жизни феодалов. За совершение таких преступлений, как отсечение ноги, руки, носа, выкалывание глаза, убийство свободной женщины, взималось «полувирье» — т.е. штраф в размере 20 гривен (ст. ст. 27, 88 Пространной редакции Русской Правды) 54 . За убийство лиц рабского сословия взыскивался штраф в 12 гривен. Родственникам убитого полагалось денежное вознаграждение, именовавшееся головничеством. По мнению большинства исследователей, размер головничества был равен размеру виры.

Русская Правда предусматривает и такой вид наказания, как «продажа» — денежный штраф, взыскивавшийся с преступника в пользу князя за совершение ряда преступлений как против личности, так и имущественных. Уголовное значение продажи видно из некоторых приведенных фактов относительно виры; в Краткой Редакции Русской Правды оно вполне ясно, например, из следующего: «если украдет ладью, то за ладью 30 резан, а продажи 60 резан» (ст. 35 Краткой редакции Русской Правды) 55 . Цифры продажи постоянны: 12 гривен (за убиение вора без требования обороны, оскорбление чести, лишение свободы за кражу холопа и бобра, за истребление коня и скота, за порчу меж); 3 гривны (и 30 кун) за все прочие преступления, кроме самых маловажных, за которые взыскивалось 60 кун или резан. Продажа обычно сопровождалась пошлиной, шедшей судебным агентам и исчислявшейся в размере 20% от продажи. Пострадавший получал денежное возмещение, носившее название «урок». Урок таксирован в законе (Краткой редакции Русской Правды) относительно преступлений личных, наносящих физический вред (за зуб — ст. 68, за палец — ст. 28, за рану — ст. 25 по 1 гривне) 56 ; за преступление против чести Русская Правда не дает таксы, между тем как церковный устав Ярослава содержит подробную оценку чести. При преступлениях имущественных или возвращается вещь, или цена ее, назначенная в законе. Денежные штрафы в определенном количестве могли иметь правильное уголовное значение лишь в период экономического равенства. При несостоятельности преступника они должны были заменяться другими уголовными наказаниями, что, действительно, и находим в позднейшем русском праве. Высший штраф, то есть вира, уплачиваемая без помощи общины, обыкновенно был не под силу для одного преступника, а потому в 3-й редакции Русской Правды вира и заменена уже в законе «потоком».

Высшей мерой наказания по этой редакции Русской Правды являлся так называемый поток и разграбление. «Потоком» называлось лишение личных прав, а «разграблением» — лишение прав имущественных, и то и другое составляет одно наказание, а не два вида наказаний; хотя в одном случае (ст. 31) упомянут один поток без разграбления (за конокрадство), но в другом случае термин «поточити» употреблен в смысле разграбления (ст. 97: за поджог или разграбление имущества преступника прежде всего удовлетворяется потерпевший, а «в остальном князю поточити»). Поток и разграбление не только заменили виру за предумышленное убийство, но и распространялись на конокрадство и поджог, а практика распространяла это наказание и на политические преступления.

Смертная казнь, телесные и членовредительные наказания не были свойственны древнейшей системе русского права, но появились они фактически довольно рано и, прежде всего, в практике церковных судов. Летописи сохранили сведения о смертной казни в Древней Руси. Так, в княжение Владимира Святославича увеличились разбои. Разбой представлял собой в ряде случаев не просто имущественное преступление, а акт социального протеста со стороны людей, терявших в процессе феодализации землю и стоявших на грани потери свободы. По совету епископов Владимир «отверг» виры и начал предавать разбойников смертной казни, но «со испытом», т.е. после судебного разбирательства обстоятельств преступления. В дальнейшем епископы и «старцы» вновь обратились к киевскому князю, указав ему на необходимость возвращения к вирам, которые в условиях усиления военной опасности нужны были для приобретения оружия и коней. Владимир отменил смертную казнь и восстановил виры.

В отличие от Русской Правды, по которой целью наказания являлось возмездие и возмещение материального ущерба, причиненного потерпевшему, Судебник 1497 г. имеет также в виду устрашение преступников и окружающего населения. Поэтому имущественные наказания в Судебнике уступают место другим, более суровым видам наказаний 57 . Денежные наказания, бывшие в период Русской Правды лишь компенсацией за нанесенный ущерб, становятся с XIV в. средством обязательного искупления вины. Из имущества татей и разбойников удовлетворялись убытки истца при разбое. Если имущества не хватало, иски взыскивались в порядке частного вознаграждения с тех, «на кого по сыску доведется», а именно с соучастников (ст. 22 гл. XXI Соборного Уложения 1649 г.) 58 . Сумма иска определялась в размере, указанном разбойниками во время пытки, а в случае, когда разбойники, сознаваясь в разбое, не могли перечислить «животов по имянно», т.е. указать сумму награбленного, то истцу выплачивалась четверть предъявленного иска (ст. 23-25 гл. XXI Уложения) 59 . Это, по мнению М.Ф. Владимирского-Буданова, объяснялось «постоянным в то самое время увеличением исков в челобитных» 60 .

Читайте так же:  Как написать протест прокурору

«Продажа» (по Судебнику 1497 г.) означала денежный штраф за преступление и шла в пользу князя или лиц, осуществляющих правосудие. Размер продажи, как правило, устанавливался по усмотрению суда. Чаще всего продажа являлась дополнительным наказанием и применялась в сочетании с торговой или смертной казнью (ст. 8, 10 Судебника 1497 г.). Но продажа могла быть и самостоятельным видом наказания за злостную невыплату долга, оскорбление словом или дейст-вием. Судебник 1550 г. вводит денежные штрафы, именуемые «пеня». Они взыскиваются с должностных лиц за лихоимство — втрое против взятого (ст. 8-11) — и за нанесение бесчестья обвиняемому, за что пеня назначалась по указанию государя (ст. 25, 26, 35, 71) 61 . Одновременно с выплатой продажи и пени виновный уплачивал денежное вознаграждение в пользу потерпевшего. Если по Судебникам оно полагалось истцу по всем видам преступления: «а побьются на поли в пожеге или в душегубстве, или в разбои, или в татьбе, ино на убитом (виновном) исцево доправити» (ст. 7 Судебника 1497 г.) 62 , то Соборное Уложение 1649 г. сохраняет денежные штрафы всего в восьми случаях — только за Преступления, посягавшие на имущество, здоровье и честь частного лица.

Размеры платы за бесчестье дифференцированы: было бесчестье простое, двойное и тройное. К этому добавлялась система штрафных санкций за каждый вид телесного повреждения — выплата штрафа назначалась за отсечение руки, ноги, уха, носа и других частей тела: «за всякую рану по пятидесяти рублев» (ст. 10 гл. XXII Уложения) 63 . По Соборному Уложению 1649 г. одинаковое значение с пеней имела «заповедь», т.е. денежный штраф за проступки против полицейских распоряжений правительства (Уложение, гл. XXI, ст. 19-20; гл. XXV, ст. 1-2) 64 ; заповедью этот штраф назывался потому, что деяние, наказываемое им, само по себе безразличное, «заповедуется» (запрещается) из соображений полицейских или финансовых. Другой вид заповеди — это добавочное денежное наказание за общие преступления, если преступник раньше совершения преступления угрожал и тем вызвал против себя угрозу со стороны власти в виде заповеди.

Если виновный не имел средств, чтобы выплатить требуемое истцом вознаграждение, он либо выдавался истцу «головою на продажу», т.е. в холопство до отработки долга (ст. 10 Судебника 1497 г.) 65 , либо подвергался правежу «безо всякия пощады» (ст. 133 гл. X Уложения) 66 . Суть правежа заключалась в том, что ответчик регулярно подвергался судом процедуре телесного наказания — его били розгами по обнаженным икрам. Число таких процедур должно было быть эквивалентным сумме задолженности (за долг в сто рублей пороли в течение месяца). Здесь явно звучит архаический принцип замены имущественной ответственности личностной. «Правеж» — не просто наказание — это мера, побуждающая ответчика выполнить обязательство (у него могли найтись поручители, или он сам мог решиться на уплату долга).

То есть в Уложении штраф занимает уже весьма скромное место 67 . Главная цель наказания по Соборному Уложению — устрашение: наказать так, «чтобы смотря на то, иным неповадно было так делати»68. Законодательство Петра I внесло свои коррективы в порядок взыскания штрафов. Денежные наказания взимались не только в пользу потерпевших, но главным образом в пользу государства — казну, Синод, госпитали лечебные и т.д. Наиболее распространенным в то время видом денежных наказаний являлись штрафы. Так, Указом от 17 сентября 1680 г. вместо введенного Уложением 1649 г. битья кнутом за порчу межей и граней (Гл. X. ст. 231) предписывалось «иматъ за всякую испорченную грань по 5 рублев и присылать те пенныя деньги к Москве в Поместный приказ» 69 . Восстановление Указом 1682 г. торговой казни не помешало сохранению денежного штрафа.

Как самостоятельные наказания штрафы от 1 рубля до 1000 взимались с должностных и частных лиц за невыполнение тех или иных предписаний. Так, за ношение русского платья, усов и бороды взыскивался штраф в 50 и 100 рублей с человека и по две деньги с крестьян. Поскольку желающих оставить усы и бороду было очень много, в 1724 г. при Сенате была даже учреждена особая контора. За неявку без «законных причин» на водную Ассамблею взимался штраф в «50 рублев», в другой раз штраф вдвое, «а буде в третей раз, то сосланы будут в предиленною работу»70. Штрафы использовались и как предупредительная мера. За каждого беглого солдата взыскивались денежные штрафы со всех чинов — от офицера в сумме 1 р. 50 коп. до солдата по копейке с человека. В последующем штраф брался лишь с тех, которые были вместе куда-то посланы.

Взиманием штрафов с населения широко пользовалась церковь, беря их как с нарушителей, так и поручителей за них. Штрафы могли уплачиваться не только деньгами, но и «другими вещьми». Невозможность уплатить штраф влекла посылку мужчин на галеры, верфи, женщин в мануфактуры или прядильные дворы, а согласно Указу от 30 сентября 1765 г., использование в казенной и полицейской работе в течение двух недель при содержании на хлебе и воде. За крестьян штрафы взыскивались с их помещиков, а за государственных крестьян — с казначеев и старост. В случае смерти виновных штраф брался с наследников71. Более серьезные преступления наряду с уголовным наказанием сопровождались конфискацией имущества.

По Уложению о наказаниях уголовных и исправительных от 15 августа 1845 г., различали штрафы, поступающие в казну, и пени, поступающие на улучшение мест заключения 72 . Суммы, не имеющие специального назначения, т.е. когда в Уложении или в особом законе не было конкретно указано, в какое место или ведомство они должны быть переданы, обращались в доход государственного казначейства; а по Уставу о наказаниях 1885 г. — в земский по каждой губернии капитал для устройства арестных домов. Специальные же назначения взысканий за отдельные нарушения представлялись весьма разнообразными; в некоторых случаях часть взысканий поступала доносителям и открывателям.

Редакционная комиссия при составлении Уголовного уложения от 22 марта 1903 г. сохранила систему наказаний Уложения 1845 г. Последним родом главных (основных) наказаний по ст. 2 Уголовного уложения 1903 г. являлись денежные пени. Уложение предусматривало назначение пени не только как основное, но и как дополнительное наказание, например, при злоупотреблениях в акционерных обществах, подделке карт, а в особенности при нарушении акцизных уставов. Денежное взыскание составляло такое же наказание, как и пеня, и не считалось вознаграждением за вред и убытки. Денежная пеня, для которой не было установлено особого назначения (например, за нарушение правил об охоте — в особый капитал Министерства Внутренних Дел; за нарушение лесного закона в землях казачьего войска — в войсковой капитал; за нарушение правил о церковных свечах — в распоряжение епархиального начальства т.п.), всегда обращалась на устройство мест заключений.

Размер денежного взыскания по Уложению 1903 г. определялся двояко: или в виде строго определенной законом суммы, или по указанному в законе основанию исчисления, например по размеру действительно причиненного или предполагаемого убытка казне, или же по размеру прибыли, полученной виновным (исчисление по количеству беспошлинно провезенных товаров, бесконтрольно или тайно выкуренного спирта и т.д.), или по продолжительности нарушения (например, при нарушении постановлений о паспортах); в этих случаях взыскания могли достигать весьма значительных размеров.

Читайте так же:  Правила поведения в огнеопасных местах при пожаре

Денежные пени назначались или отдельно, или параллельно с арестом, или, в исключительных случаях, совместно с последним, а еще чаще с тюрьмой, представляя тогда особый вид кумулятивных наказаний. Таковы, например, тюрьма + пеня до 1 тыс. руб. по ст. 260 Уложения 1903 г. (распространение на бирже ложных слухов). Денежная пеня в тех случаях, когда размер ее был точно установлен в законе, всегда определялась только высшим ее пределом — 25 руб., 50, 100, но низший ее предел будет 50 коп., так как по ст. 24 Уложения 1903 г. пеня определялась рублями и полтинами73; так что нельзя было назначать пени в 25 коп. или в 75 коп.; но в тех случаях, когда высший размер пени свыше 100 руб., низший ее размер не мог быть менее 10 руб.; обыкновенный размер определенной законом пени не превышал 500 руб., но в некоторых случаях денежная пеня назначалась в размере 1500 и даже 3000 руб.

При параллельной угрозе арестом и пеней в законе также было установлено такое соотношение: угроза однонедельным арестом приравнивалась 25 руб. пени; двухнедельным — 50 руб., угроза одним месяцем ареста — 100 руб., тремя месяцами — 300 руб., шестью месяцами — 500 руб. Суд, назначая денежную пеню, мог отсрочить ее уплату или рассрочить таковую на время, однако не свыше одного года со дня вступления приговора в законную силу. Сходное правило существовало и в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., но только относительно дел, подсудных мировым судьям и земским начальникам. В случае отсутствия у виновного каких-либо наличных средств для внесения присужденной с него денежной суммы уплата могла быть рассрочена на определенные сроки, в зависимости от суммы взыскания и способов уплаты; при этом закон оставлял не разъясненным, кем могла быть определена эта рассрочка и даже на какой срок.

По Уложению 1903 г. это правило получило большую определенность, так как отсрочка и рассрочка применялись не только единолично судьями, но и коллегиально; они определялись судом при постановлении приговора, и притом на время не свыше одного года со для вступления приговора в законную силу. Уплата пени могла быть произведена немедленно после постановления приговора или после вступления его в силу, но, во всяком случае, не позже одного месяца после этого, если же пеня отсрочена или рассрочена, то она или надлежащая часть ее должны быть внесены не позже наступления дня отсрочки или рассрочки. Эти правила относились ко всем случаям назначения денежной пени по Уложению 1903 г. Устанавливая денежную пеню, закон предусматривал и те случаи, когда приговоренный оказывался несостоятельным к уплате таковой. По Уложению о наказаниях 1845 г. это наказание заменялось задержанием, причем установили такую соразмерность, что при взыскании первых 20 руб. день заключения засчитывался в 50 коп., за следующие — от 20 до 50 руб. — в 75 коп., а за всю остальную сумму — по рублю, так что, например, взыскание в 300 руб. считалось равным 11 месяцам лишения свободы. Задержание, во всяком случае, не должно было превышать шести лет; отбывалось это наказание в тюрьмах.

С изданием судебных уставов в эту систему были введены два изменения: с одной стороны, для денежных взысканий до 300 руб. была допущена замена не тюрьмой, а арестом, а с другой — возвышена ценность дня заключения. Таким образом, по Уложению и Уставу о наказаниях издания 1885 г. денежное взыскание заменялось лишением свободы следующим образом: до 15 руб. — до 3 дней; от 15 — 300 руб. — до 3 мес. ареста; 300 — 900 руб. — до 4 мес.; 300 — 2 тыс. руб. — до 6 мес.; 2 — 10 тыс. руб. — до 1 года; 10-30 тыс. руб. — до 2 лет; 30 — 60 тыс. руб. — до 3 лет; 60 — 100 тыс. руб. — до 4 лет; свыше 100 тыс. руб. — до 5 лет тюрьмы.

Кроме ареста, закон предусматривал и другой вид замены денежных взысканий для несостоятельных: несостоятельные крестьяне и мещане могли быть отданы в общественные работы или же в заработки; такая же отдача допускалась и для лиц прочих сословий, но лишь в случае выраженной ими о том просьбы. Замена денежного взыскания арестом или работами вполне зависела от усмотрения судебного места. При этом по отношению к крестьянам выбор самого рода заработков не мог быть определен судом, а зависел от общества, с которым в этих случаях судья и должен был войти в сношение.

Но и это соотношение пени и ареста в 1903 г. было признано несоответствен-ным, в особенности замена взыскания тюрьмой, на том основании, «что это наказание имеет свои определенные задачи, обусловливающие предполагаемую в тюрьме дисциплину и порядок содержания; всею постановкою своею она направляется к каре проступков, вызываемых буйною или корыстною волею, требующею обуздания и тяжкого урока. Между тем, наиболее крупные денежные взыскания назначаются за нарушение уставов казенных управлений, т.е. собственно за неисполнение гражданских обязательств, поставленное под санкцию уголовной угрозы; применение тюремного заключения к таким действиям вызвало бы очевидное несоответствие между преступлением и наказанием» 74 . Уголовным уложением 1903 г. была принята следующая схема: пеня до 25 руб. — арест до одной недели; от 25 — 100 руб. — арест от одной недели до одного месяца; от 100 — 500 руб. — арест от одного до трех месяцев; от 500 — 1000 руб. — арест от трех до шести месяцев; свыше 1000 руб. — арест от 6 месяцев до 1 года; так что при этой замене размер лишения свободы не устанавливался с полной определенностью, а закон указывал только пределы. Объяснительная записка говорила по этому поводу: установление постоянного точного соотношения между суммой взыскания и числом дней заключения с принятием за основание простой или удвоенной ценности рабочего дня представляется комиссии неверным. Возрастание интенсивности наказания лишением свободы идет вовсе не в той пропорции, в какой возрастает тяжесть денежных взысканий; с другой стороны, и преступность, определяющая срок лишения свободы при замене денежных взысканий, зависит не от одного только объема вреда, но и от степени опасности воли, от свойства побуждений и т.д., так что и в этом отношении формальное равновесие было бы несправедливо75.

Замена пени работой в Уложении 1903 г. не была сохранена, несмотря на приводимые в пользу таковой теоретические соображения, так как практика указала крайнюю затруднительность как устройства этих работ, так и назначения на них через местные общества. Лица, которым денежные взыскания были заменены арестом, освобождались после внесения части денежного взыскания, соразмерной остающемуся сроку заключения или работ, в случае же уплаты ими меньшей части наложенного на них взыскания, срок ареста уменьшался; при таком уменьшении арест засчитывался в соразмерности, установленной приговором суда. Эти правила о замене относились прежде всего к денежной пене, а в особо указанных случаях — и к денежным взысканиям; но они не распространялись на взыскания, определявшиеся в вознаграждение за вред и убытки; на взыскания, наложенные административными и казенными управлениями за подведомственные им нарушения уставов.

www.tisbi.ru


Обсуждение закрыто.